Поэтому застегиваю верхние пуговицы рубашки, сажусь в кожаное кресло и включаюсь в процесс.

Почти полтора часа переговоров – и контракт на поставку импортных деталей у меня в кармане. Отмечаю это мысленно и иду в душ.

Осталось сделать еще пару звонков, проверить новые поставки автомобилей в салон – и можно похитить Эмму с работы. Да, снова придется слезно упрашивать Олену Григорьевну отпустить мою Золушку.

Так что за дела. Но сначала – обед.

В ресторане людей немного, и я выбираю столик в самом конце зала, у большого окна. Заказываю свиной стейк с тушеными овощами, достаю телефон.

"Где ты, лисенок?"

Пишу с улыбкой и отправляю Эмме. Ответа нет.

Значит, работает. Она слишком много работает... Я мог бы обеспечить ее всем необходимым… Даже учебу оплатить, если она захочет…

Так, стоп. Чего это я? Не слишком ли серьезно? Готов ли я к таким отношениям? Раньше у меня даже не возникало таких мыслей…

Официант приносит мой заказ, желает приятного аппетита и уходит.

— А я как раз хотел тебе набрать… — слышу позади голос Назара, и через секунду он плюхается напротив меня в кресло. — Решил пообедать. Составишь компанию? — предлагаю, подзывая официанта. — Да, почему бы и нет...

Поесть спокойно уже не выходит – мой друг не слишком молчалив, даже с набитым ртом. Так что весь обед я слушаю его байки.

В большинстве из них фигурируют девушки. О да, это его главная тема.

— Послушай, когда-нибудь ты встретишь такую девушку, что не сможешь даже смотреть на других, — перебиваю я его очередной рассказ, и Назар замолкает. — Ты чего, чувак? Зачем останавливаться на одной, если вокруг столько рыбок? — усмехается он и обводит рукой зал.

Оплачиваю счет и уже собираюсь пойти к себе в номер, но друг предлагает зайти в спортзал. Долго не раздумываю и соглашаюсь.

До вечера еще полно времени, срочных дел нет – почему бы не привести себя в форму?

— А знаешь... есть тут одна птичка... — включая беговую дорожку рядом со мной, говорит Назар. — Не такая, как все? — спрашиваю с улыбкой. — Ммм, определенно не такая. Прямо нецелованный цветочек в саду разврата. — Ну ты и загнул, — смеюсь. — Но мы это исправим, — хохочет в ответ друг.

— Завтра начало конференции. А вечером я уже буду свободен. Может, завалимся в клуб? — спрашивает Назар, когда мы выходим из спортзала. — Может быть… Пока не знаю точно, — отвечаю и, попрощавшись, направляюсь к лифтам.

В кабине снова проверяю телефон. Ни звонков от Эммы, ни сообщений.

Где же ты, лисенок?

Выхожу на своем этаже и замечаю в конце коридора тележку с бельем. В душе вспыхивает надежда, что это Эмма...

Прохожу мимо своего номера и иду прямо к цели. Но, сделав несколько шагов, замираю. Из номера выходит блондинка в форме горничной.

Чувствую разочарование, но, взглянув еще раз, понимаю, что это подруга Эммы.

— Привет, — здороваюсь, подходя ближе.

Но что-то не так. Девушка смотрит на меня так, будто я ее смертельно обидел.

— Прости, что отвлекаю, просто хотел узнать, где сейчас Эмма? — Лучше бы вы ее вообще не отвлекали, — грубо, но сдержанно отвечает она. — Не понял… — Она не такая, как все ваши девушки. Она другая. Очень ранимая.

И я вижу, что она действительно переживает. Переживает за подругу. Это достойно уважения…

— Я не причиню ей боли, — говорю, глядя прямо в глаза. — А что с ней будет, когда вы уедете? Она же вас… — она запинается.

Но я по глазам понимаю, что именно хотела сказать.

— У нас с Эммой все серьезно.

И если до этого момента я сомневался, то сейчас уверен. С ней не получится так, как с другими.

Девушка смотрит мне в глаза, затем, ничего не сказав, проходит мимо.

— Эмму отправили в большой зал на первом этаже. Помогает с подготовкой к конференции, — тихо добавляет она у самого лифта.

И исчезает в кабине.

Зал нахожу без проблем. Зайдя внутрь, сразу замечаю свою лисичку.

Она ловко управляется с огромным, как по мне, пылесосом. Ее тонкая фигурка юрко двигается между креслами и столами. Пара непослушных локонов выбилась из прически, и девушка время от времени заправляет их за ухо.

Незаметная форма горничной вовсе не портит ее внешний вид. Наоборот.

Платье подчеркивает стройные ноги, пояс фартука – талию, а высокий воротничок притягивает взгляд к красивой шее… И снова в паху становится тесно.

Эмма проходит возле сцены, и ее монстр в руках затихает. В зал входит группа молодых людей, начинают накрывать столы скатертями, расставлять мебель.

А я смотрю только на нее.

Эмма аккуратно складывает пылесос и катит его за ширму. Я медленно двигаюсь вдоль стены, следуя за ней. Вижу, как она открывает дверь и затаскивает туда оборудование.

Когда она входит внутрь, быстро подхожу и захожу следом. Но не успеваю даже разглядеть ее в темноте, как чувствую сильный удар по голове.

— Черт…! — вырывается у меня, и я оседаю на пол, держась за больное место.

— Адам…? — слышу испуганный голос своей лисички позади.

Через секунду включается яркий свет, и передо мной на колени падает Эмма.

— Боже, Адам… Это ты… А я… — лепечет она со слезами на глазах.

А я чувствую, как по пальцам стекает что-то теплое. И точно знаю – это не вода.

— У тебя кровь! Боже, тебе нужно в больницу! — вскрикивает Эмма и вскакивает на ноги.

— Успокойся. Просто помоги мне дойти до моего номера, — опираясь на стену, поднимаюсь на ноги.

В голове немного кружится, но терпимо. Кажется, рана неглубокая. Значит, ничего страшного.

— Ты уверен? Может, вызвать скорую? — переспрашивает девушка, глядя на меня испуганными глазами.

— Все нормально. Просто в номер, — спокойно отвечаю и опираюсь на ее плечо.

Пока мы поднимались в лифте, я услышал раз двадцать про скорую и столько же извинений, на что только улыбался.

Но меня беспокоила не рана, не боль… Я хотел понять причину.

Почему она ударила меня? Неужели я так сильно ее напугал? Или она испугалась чего-то другого? Или кого-то?..

Адам

— С тобой все в порядке? — спрашиваю, наблюдая, как дрожит Эмма, обрабатывая рану на моей голове.

Хорошо же она меня приложила... пришлось выпить обезболивающее.

— Все нормально. Я просто... — мнётся девушка. — Тебе очень больно? — спрашивает, прикладывая тампон. — Нет, терпимо. Почти не болит уже. Зато буду знать, что пугать тебя себе дороже.

Хочу разрядить напряжение, но по выражению её лица понимаю, что не выходит. Эмма старается улыбнуться, но выходит плохо.

— Прости меня... Я не думала, что ты... тебя... — Успокойся.

Беру её ладони в свои руки и подношу тонкие пальчики к губам. Такие холодные... Вся дрожит.

— Ты не виновата. Не стоило мне так подкрадываться.

Её глаза бегают по моему лицу. Кажется, она хочет что-то сказать, но... Вместо слов она обвивает руками мою шею, наклоняется и дарит поцелуй. Трепетный, лёгкий, хрупкий... как нежный весенний ветерок. И с каждой секундой мне всё сложнее сдерживать свои желания. А желания у меня — ого какие...

Руки начинают блуждать по её телу, а в голове уже рисуются такие картины, что становится неудобно сидеть. Прижимаю лисичку ближе к себе и углубляю поцелуй. В ответ у неё вырывается стон. И это заводит ещё сильнее. Чувствую, как она пытается сделать шаг назад, и, замирая внутри, отпускаю её.

Как же тяжело себя контролировать. Но я очень стараюсь. Могу даже поклясться, что впервые так сдерживаю себя с девушкой.

— Я обещал тебе сюрприз. И он всё ещё ждёт, — улыбаюсь Эмме, получая в ответ лишь кивок.

Сидя за рулём, то и дело бросаю взгляд на Эмму. Сегодня она какая-то испуганная. Ещё там, в зале, я заметил, что она ведёт себя странно. Будто напугана… всё время озирается.

— Ты чего-то боишься? — спрашиваю, останавливаясь на светофоре. — Нет, всё хорошо… — вижу, что она что-то скрывает.