Гарик задумался на секунду и вполне серьёзно ответил:

- Маша, я верю тебе и, более того, уверен, что ты в норме. Наш мир необъятен, множество физических явлений ещё до конца не изучено и не найдено объяснений кучи существующих фактов. А то, что мы не можем что-то объяснить, вовсе не означает, что этого не существует. И да, я вижу, что-то между вами есть. Но больше склоняюсь к вашей взаимной симпатии и влечению, – друг мне улыбался, отчего стало гораздо легче.

- Спасибо, – от всей души поблагодарила я.

- Да… Шумиха была та ещё… - явно вспоминая события вчерашнего вечера, проговорил он.

Мария

октябрь 2020 года

Следующая неделя стартовала черепахой-флегматиком, вышедшей на прогулку. Первые два дня тащились словно месяц. От навязчивых мыслей и переживаний пухла голова, а настроение скакало от предвкушающе восторженного до дёргано панического.

Но в среду всё поменялось.

Первое, что я услышала, выйдя из душа – это как разрывается мой сотовый. Проскакав мокрой ланью по коридору второго этажа, я забежала в комнату и схватила телефон, запоздало соображая, что высветившийся номер мне незнаком.

- Алло. Я вас слушаю.

- Доброе утро. Могу я поговорить с Симбирской Марией? – прозвучал незнакомый мужской голос.

- Да, это я.

- Меня зовут Королёв Станислав, я корреспондент журнала «Мир искусства». Мария, хочу взять у вас интервью. Вы не против? – молодой человек был ожидаемо напорист.

- Э… Даже не знаю. А о чём конкретно?

Я была удивлена. Неужели пророчество Гарика в действии?

- О вашем творчестве, конечно. Наше издательство интересует, как так получилось, что столь талантливый художник – и никому до сих пор не известен…

В моей голове туманной дымкой подвис вопрос: Королёв льстил или издевался? Как же надоело наощупь рыться в усыпанных блёстками сознаниях медийных персон.

-… небольшую статью о вас. Пока небольшую, а там будет видно. Ну так как? – поинтересовался собеседник.

- Я в принципе не против, – ответила, всё ещё не веря в происходящее.

- Отлично. Тогда, может, прямо сегодня и увидимся? Во сколько вам удобно? – не стал затягивать журналист.

- Хорошо. Мне нужно часа два, и буду свободна, – прикинула я время для сбора и завтрака.

- Мария, скажите, могу я снять ваши работы? Нам нужны фото для иллюстраций к статье.

- Да, думаю, это можно устроить. Перезвоните мне минут через пятнадцать, нужно кое-что уточнить.

- Хорошо, – согласился собеседник.

Отключив телефон, я побежала вниз в поисках Гарика, которого застала на кухне.

- Гарик, представляешь? Мне позвонили из журнала, хотят интервью взять, – выпалила я на одном, изрядно сбитом дыхании.

- Можно я это скажу? – с довольным видом протянул друг.

Я кивнула, признавая его правоту и своё поражение.

- Я же говорил! – торжествовал он с довольным видом. – Что за издание?

- «Мир искусства».

- О, это Рудик. Соглашайся, – посоветовал Гарик.

- Уже. Хотела вот спросить, могу ли сюда корреспондента пригласить: он хочет сфотографировать картины. А кто такой Рудик? – поинтересовалась, наливая себе кофе.

- Это главный редактор. Минуту, – с этими словами Гарик достал из кармана телефон и набрал номер.

- Доброго и солнечного утра, Рудольф Константинович. Узнал, дорогой? – Гарик широко улыбался невидимому собеседнику. – Здравствуй. Твои тут интервью хотят у Марии Симбирской… Да-да. Рудик, помнишь, рассказывал про музу? Так вот, это она. Да, – Гарик рассмеялся. – Мне в этой связи свой адрес бы не светить, – продолжил он после небольшой паузы. – Кто? Ага… Всё. Договорились.

Отключившись, Гарик обратился уже ко мне:

- Зови сюда этого Коровьева.

- Королёва, – поправила друга, торопливо прожевывая кусок, который только что откусила от его бутерброда.

- А всё равно, – отмахнулся он. – Поздравляю, Маш. Теперь ты, считай, влилась. Дальше – больше. Очень рад за тебя.

С этими словами Гарик обнял меня до хруста позвонков и, мурлыкая что-то себе под нос, отправился по делам. Свой завтрак он благородно оставил мне.

Как ни крути, прозорливый друг оказался прав. В мой адрес посыпались самые разные предложения. Был звонок от журналиста ещё одного издания – уже не такого узконаправленного, а более светского, два предложения от известных блогеров, звонки из выставочного центра и одной галереи. Экспоцентр включил меня в свой план на ближайшее полгода, а с галереей сразу начали плотную работу по подготовке выставки работ. Происходящее было слишком стремительным и, как я считала, совершенно мной не заслуженным, поэтому до конца расслабиться и насладиться происходящим по полной я не могла. Где-то на подсознательном уровне ждала, что раздастся звонок, и мне скажут: «Извините, произошла ошибка, всё отменяется». Однако и отказываться от такого шанса, выпадающего далеко не каждому, мне не хотелось. Это же сбывающаяся мечта! Возможно, поэтому при подготовке выставки старалась вдвойне, полностью погрузившись в работу, как бы пытаясь наперёд доказать всем, что они не ошиблись.

Всё закрутилось, завертелось и я вместе с этим вихрем, совершенно потеряв счёт времени. Поэтому, когда спустя две недели раздался звонок, а на экране телефона высветился незнакомый номер, я была уверена, что это из галереи.

- Да, алло. Я вам уже отправила исправленный список. Добавила всё, как договаривались, – я сидела за столом на кухне и намеревалась слопать бутерброд, который мне заботливо сварганил Дима.

Мария

октябрь 2020 года

Я так волновалась, что даже не запомнила, на какой этаж мы поднялись. Покинув кабину лифта, осмотрелась и поняла, что на площадке всего одна дверь. Это пентхаус? Водитель в своей невозмутимой манере открыл её передо мной и молча удалился. Меня никто не встречал.

Потоптавшись на пороге, я зашла и опять застыла в нерешительности. Гардероба или ещё чего-то в этом роде в прихожей не было. Где раздеваться, понятия не имела. Стоит ли снять обувь? Вроде бы я, стоя под крышей этого шикарного дома, всё ещё была в родной стране, а в ней не полагалось тащить грязь туда, где живут люди. Мелькнула мысль о наличии в доме детей, но уже через миг я вспомнила слова Гарика о том, что детей у Орлова нет

Поток моего мысленного рассуждения на тему санитарии прервало появление улыбчивой женщины лет пятидесяти пяти. И она настолько просто и располагающе выглядела, что тут же возник вопрос, не ошиблась ли я дверью.

- Мария, здравствуйте, – обратилась она ко мне. – Илья Владимирович предупредил, что вы приедете. Проходите, пожалуйста. Меня зовут Анна Ивановна, я помогаю по дому.

- Здравствуйте, очень приятно познакомится, – ответила я, постепенно расслабляясь.

Во-первых, Орлова нет дома, а это значит, что, возможно, я его не увижу и сохраню душевное равновесие. Во-вторых, женщина вела себя настолько дружелюбно, что иных вариантов, как перестать нервничать и начать улыбаться ей в ответ, у меня не оставалось.

Тем временем Анна Ивановна, отодвинув в сторону – как мне сначала показалось – часть стены напротив входа, открыла моему взору комнату, служившую гардеробом. Там я сняла пальто, ботинки и проследовала вслед за ней вглубь квартиры.

Да… Изнутри пространство не походило на квартиру. Скорее это был дом – двухэтажный как минимум. Справа располагалась лестница, выполненная в лучших традициях минимализма: перил нет, опор нет, только ступени, вмонтированные в стену. Вся левая стена дома состояла из высоченных окон, благодаря которым широкое пространство гостиной было светлым и каким-то радужным. Наверное, это от того, что сегодня светило солнце. Интересно, а в пасмурную погоду здесь также уныло и серо, как за окном? Скорее всего, да: огромные размеры, отсутствие мягкости в обстановке и преобладающие серые тона в интерьере точно не способствовали теплу и уюту.

Преодолев комнату, мы очутились в широком коридоре, ведущим куда-то вглубь и имеющим кучу дверей. Открыв очередную передо мной, женщина произнесла: