Во-первых, здесь все по умолчанию друг друга знали - пусть не лично, но через друзей, знакомых уж точно - и, как следствие, здоровались. Поначалу человека, прожившего основную часть жизни в миллионнике (ну или почти в миллионнике), это вводит в ступор, но позже начинаешь привыкать.

Во-вторых, здесь была не просто спокойная, размеренная жизнь, а по-настоящему скучная, и любое событие, в том числе появление нового лица, становилось новостью номер один. Вот к этому Александра так и не привыкла: не могла она спокойно выносить внимание к себе, а уж такое пристальное – тем более. Необходимость терпеть связанное с этим неудобство неизменно приводило к раздражению и нервозности, усиливая неудовлетворённость жизнью.

Спрашивается, зачем же согласилась на это место? Тут надо отдать должное некоторой наивности Саши, а также её природному оптимизму. К сожалению (кто-то может сказать, что и к счастью), того и другого за время работы у девушки изрядно поубавилось. Рассматривая предложение отдела кадров, Александра полагала, что достаточно сильна, умна и инициативна для того, чтобы проявить себя квалифицированным работником, достойным повышения в должности либо перевода на работу с большим объёмом в своём родном городе. Была уверена, что надолго здесь не задержится и её, такую умную и красивую (да простит читатель автора за сарказм), скоро переведут.

Но вот незадача, тихое и спокойное место, где она оказалась, никак не способствовало проявлению Сашиных профессиональных качеств. Она исправно выполняла свою работу, но этого было недостаточно. Ну не было здесь ничего интересного и примечательного: ни террористов, ни «расчленёнки», ни контрабанды, ни «отмыва доходов», что в мечтах нашей героини неизменно ею раскрывалось, предотвращалось, обезвреживалось и наказывалось, о чём по всей форме докладывалось начальству и сообщалось в СМИ. Здесь было убийственно тихо и спокойно. Вот и томилась девушка, словно в ловушке, в тисках размеренной жизни.

Ещё одним огромным минусом было само расстояние. Весьма утомительным занятием, надо признать, оказались ежедневные поездки на работу и обратно. Поэтому, когда появилась возможность снять квартиру, Саша не преминула ею воспользоваться. Благо здесь цены за аренду жилья были копеечными. Так и жила она на съемной квартире от выходных до выходных, когда вырывалась из будничного уныния в свой родной город к близким и друзьям.

Однако сегодня был особенный день. Девушка уже давно осталась на работе в одиночестве: доделывала отписанные ей поручения перед уходом в долгожданный отпуск. Наконец с досадой завершив работу, она шагнула из кабинета, заперла дверь и заглянула в приёмную, где оставила письма и документы для подписания и отправки в архив.

Когда в тишине просторного холла раздался резкий звонок мобильного телефона, Саша от неожиданности чуть не выронила сумку. И пока одной рукой она пыталась вставить с замочную скважину ключ, второй принялась на ощупь искать в своем безразмерном бауле неугомонный аппарат.

По рингтону она сразу поняла, что звонит Катя, и явно не просто так, а с очередным безумным предложением на вечер.

Мария.

Июль 2020 года.

Всё началось около года назад, в Санкт-Петербурге. Ты была когда-нибудь в Питере?

Это невероятный город! И удивителен он прежде всего двуликостью впечатлений, шлейф которых оставляет за собой в сердцах побывавших и живущих там. Следуя всеобщей мании систематизации, можно разделить людей на два лагеря: влюблённых в этот город и тех, у кого он не вызывает никаких тёплых чувств, только разочарование и недоумение по поводу восхищения им первых.

Одна моя знакомая после трёхнедельной командировки охарактеризовала Питер, как одну большую психбольницу, где пациенты стараются держать лицо, дабы походить на медперсонал. «Представляешь? – говорила она. – И ведь у них неплохо получается. Первые две недели общения так точно. Но вот третья показала истинное положение вещей. И знаешь, каково оно? Там нет медперсонала. Одни психи!»

Для меня же Питер – город-вдохновение! Каждая его улочка, каждый поворот – как вспышка целой истории, жизни. Он для меня необъятная вселенная, огромный калейдоскоп событий и судеб, рвущийся сквозь творческий островок моей души наружу, на холст. Нигде и никогда в своей жизни я так много не писала, как там. Это было удивительное время.

К сожалению, нет ничего вечного и принцип цикличности нашей действительности взял верх. За белой полосой неизбежно пришла чёрная. В особые минуты отчаяния мне кажется, что наступила настоящая задница, из которой никак не получается выбраться. Жаль, не взять совета у Эйс Вентуры, он в этом знаток.

Мой близкий знакомый – фотограф Гарик – выставлялся в одной частной художественной галерее. Был этим событием горд и счастлив. Надо отдать должное, данный выставочный центр набирал обороты популярности и находится почти на её пике, когда моему другу выпал такой счастливый билет. Конечно, я не могла не пойти, да и, откровенно говоря, было жутко интересно.

Под экспозицию друга был отведён один из залов на втором этаже центра. Выставочное помещение, по сути, залом в привычном понимании не являлось, а больше походило на лабиринт, состоящий из коридоров-комнат разного размера и конфигурации, перетекающих друг в друга. В целях концентрации внимания на фотографиях, расположенных на стенах помещения, свет был приглушён, а сами работы подсвечивались встроенными в потолок светильниками, визуально образуя световые ниши, в центре которых и располагались творения. Было довольно много посетителей, что безмерно радовало друга.

Заметив меня у входа, он летящей походкой пересёк холл и немного театрально заключил меня в приветственные объятия.

- Ты умничка! Пришла! – воскликнул он, ослепляя широкой улыбкой.

- Конечно, я пришла. Как такое можно пропустить?! Гарик, я за тебя рада. Поздравляю от всей души, желаю насладиться триумфом по полной программе, и пусть перекосит от зависти всех твоих недругов!

На это парень счастливо рассмеялся.

Я была одной из тех немногих людей, которые знали, сколько трудов вложено Гариком в эту выставку, сколько сил и нервов потрачено, и испытывала настоящее чувство гордости за него. Экспозиция называлась «Струны души». Невероятный талант моего друга был заметен невооружённым взглядом и, судя по одобрительному гулу и звучащим поздравлениям в адрес автора, его по достоинству оценила и здешняя публика. Центральными персонажами работ Гарика были люди. Мужчины и женщины, старики и дети, взирали со стен на посетителей, излучая всевозможные эмоции: смеялись и грустили, злились и были счастливы, кидали в зал разочарованные и наполненные горечью, заинтересованные и мечтательные взгляды. Но всех их неизменно объединяло одно – искренность. Безусловно, Гарик был одарён. Так передать множество эмоций лицами совершенно разных людей, при этом гармонично их объединив, мог только настоящий художник. Часть коллекции была отведена под пейзажи. О! Какие виды! От них кружилась голова, душа откликалась, не давая возможности остаться равнодушным.

Счастливый автор сопровождал меня, пока я медленно продвигалась вперёд вдоль стен, вываливая на мою голову весь восторг и воодушевление, которые царили сейчас в его душе. Я улыбалась в ответ и действительно была за него рада. Заметив, как загорелись его глаза при взгляде на только что вошедшую компанию очередных знакомых, твёрдо заверила:

- Гарик, я немаленькая девочка и в состоянии сама просмотреть здесь всё. Желаю, чтобы ты по полной насладился этим моментом и требую немедленного исполнения моего желания! – подхватывая его пафосный тон, заявила другу, после чего уже мягче добавила. – Иди наслаждайся, это твоё время.

Похлопав парня по плечу, кивнула в направлении многочисленных поклонников.

- Ты, дорогая, всегда меня понимала. Спасибо тебе. Ещё увидимся.

Поцеловав меня в щеку, Гарик упорхнул в толпу посетителей.

А я продолжила свой поход. Каждая из работ выставки уже была мне знакома. Переходя от одного изображения к другому, просто наслаждалась их структурой и композицией, получая эстетическое удовольствие. Однако меня ожидал небольшой сюрприз. В тот момент определить его полярность сразу не смогла.