Ближе к центру экспозиции был выставлен портрет с моим изображением. Это фото Гарик сделал несколько месяцев назад.

…Было раннее утро. Я проснулась в тот день от прекрасного чувства, постучавшегося в сознание: меня посетило вдохновение. В голове возник сюжет, который поселил в душе радость, счастье, умиротворение и предвкушение. Помню: сидела на подоконнике с чашкой кофе, повернувшись лицом к окну, но видела вовсе не серый вид весеннего перекрёстка, а золотистый пляж, солнце, клонившееся к горизонту и два силуэта, держащихся за руки и объединённых любовью счастливых людей - мужчину и женщину. Именно так Гарик меня не только застал, но и успел сфотографировать. Оказывается, я тогда улыбалась, и сейчас не узнавала себя в этой мечтательно-счастливой девушке, освещающей улыбкой блёклое в утренней мгле пространство кухни.

Мария

июль 2020 года

Жила я в то время в квартире Гарика. Он сдавал мне одну из комнат своего лофта. Кстати, так мы с ним и познакомились. Приехав в Санкт-Петербург, я искала съёмное жильё, желательно недорогое. Были у меня некоторые сбережения, но всё же по большей части находилась в постоянном режиме экономии. В принципе, такое положение вещей характерно для творческих людей.

Совершенно случайно, в одной из галерей на Невском, где проходили открытые мастер-классы, я услышала о Гарике. Он искал себе соседа, но при этом не пытался заработать на аренде, готов был пустить к себе совершенно бесплатно. Гарик находился в поиске родственной души для ведения, как он потом выразился, «тёплых бесед за чашечкой кофе для поднятия творческой потенции». Проще говоря, ему нужен был глоток свежего воздуха, требовалась муза, и определялся он, муза перед ним или же нет, только после личных встреч. К тому моменту я была далеко не первым претендентом на роль квартиранта. Почему его выбор пал именно на меня, сказать не могу, но мы, как закадычные друзья, проболтали на своеобразном собеседовании больше часа, совпав внутренними ритмами. Учитывая, что женщины Гарика интересовали исключительно лишь в качестве музы, неловких моментов в совместной жизни почти не возникало.

Квартира его занимала часть третьего этажа здания, некогда бывшего то ли заводом, то ли фабрикой, но реконструированного под модные сейчас жилые помещения по типу лофтов. Она была просторной и светлой благодаря панорамным окнам во всю стену. Основное помещение квартиры выполняло роль и холла, где проводились встречи с многочисленными друзьями Гарика, и творческой мастерской. Имелся даже островок, отведённый под небольшую кухню, которая отделялась от основного пространства барной стойкой. Всё было просто, но стильно, в духе самого хозяина. Несколько спальных комнат находились на втором уровне и, к счастью, были изолированы от холла добротными дверями, давая возможность уединиться, что меня, как интроверта, несказанно радовало.

Выйдя из спальни на следующее утро после открытия выставки, я застыла. В моих планах было принять душ, выпить кофе и выплеснуть на голову счастливого автора своё негодование по поводу наличия в экспозиции работы под номером одиннадцать, но открывшаяся моему взору картина поставила на паузу мысли о скорой расправе над Гариком.

Мой взгляд пополз по традиционным последствиям бурной вечеринки: пространство холла в хаотичном порядке было заставлено грязной посудой с остатками закусок, бутылками из-под шампанского и кучей фужеров. Судя по их количеству, вчерашнее афтерпати посетило не менее двадцати человек. Пол был сплошь усеян конфетти и ошмётками лопнувших воздушных шаров. Удивительно, ни одного целого шара не сохранилось.

Недоумённо озираясь, пыталась ответить себе на вопрос: почему я со своим чутким сном ничего не услышала? От поиска ответа меня отвлёк стон, сравнимый по своей музыкальности лишь с рёвом рано пробудившегося медведя. Застыв безмолвной статуей с пустой от разбежавшихся мыслей головой и бешено колотящимся сердцем, я смотрела во все глаза, как из-за диванной спинки сначала появилась мужская лапища, а потом и сам её обладатель, не так далеко ушедший в своих размерах от ранее указанного животного. Помятый, со следами жуткого похмелья на лице, он с трудом встал с дивана, осматривая пространство вокруг явно в поисках живительной влаги.

Резко подскочившее в сознании замешательство выдавило из меня нечленораздельный звук. Мужчина подобрался, будто войдя в боевой режим, резко поднял на меня глаза (могу представить, какой вспышкой головной боли сопроводилась для него эта реакция) и тут же, смягчившись, прохрипел:

- Доброе утро, миледи. Прошу прощения за мой вид. Мы вчера с Гариком немного увлеклись обсуждением современного искусства.

Представить этого коротко стриженного, почти двухметрового обладателя горы мышц за подобными беседами с утончённым Гариком было для меня не то чтобы невозможным, но очень близким к этому.

- Э… Доброе утро? – почему-то с вопросительной интонацией ответила я.

- Меня зовут Дмитрий. Ещё раз прошу меня простить за вторжение.

- Ничего. Всё в порядке. Мария, – представилась я. – А Гарик у себя?

- Да, вчера я сгрузил его туда, – кивнув в сторону комнаты друга, мужчина скривился от очередного болезненного прострела в голове.

- Может быть, хотите кофе? – предложила незнакомцу, окончательно выйдя из ступора. – Ванная комната там.

- Буду безмерно вам благодарен, – ответил тот и направился в указанном мной направлении.

Добравшись до кухни сквозь завалы, оставшиеся после вечеринки, я первым делом включила кофемашину. Поразмыслив, достала из холодильника бутылку минеральной воды. Повезло же гостю, что холодильник её приберёг! В аптечке нашёлся только аспирин. Думаю, подойдёт. Организовав пару бутербродов, я решила немного убрать захламлённое пространство вокруг.

За этим делом и застал меня проснувшийся Гарик.

- О, дорогая, немедленно брось это непотребство. Я уже вызвал специально обученных людей. Профессионалы справятся быстрее и лучше нас, – на удивление бодрым голосом сообщил мне парень, спускаясь по лестнице.

У меня закралось подозрение, что он ещё не протрезвел.

- Доброе утро, гений. Когда ты успел отпраздновать? И без меня!

- О, крошка, тут такое празднество было! Просто феерия! Я, кстати, тебя будил, ты не проснулась. Всё хорошо?

Мария

конец сентября 2020 года

Не скажу сейчас сколько времени прошло с того дня, как мы втроём стали соседствовать под одной крышей, но обычная пасмурная погода Питера обрела официальный календарный статус – наступила осень. Был примерно конец сентября. Возвратившись с каждодневного похода по городу в поисках вдохновения, я застала в квартире очередные творческие посиделки друзей Гарика. Обсуждение было в разгаре, поэтому мой приход остался незамеченным. Пока снимала верхнюю одежду, до меня долетела суть разговора.

- Гарик, дорогой, ну как же так? Ты мне не доверяешь? Или фонду? – крайне эмоционально вопрошала яркая рыжая дама средних лет, выбивающаяся своим официальным офисным видом из разношёрстной компании близких друзей Гарика. – Ты скажи, что тебе ещё рассказать, а? Давай сайт фонда покажу. Им триста лет в обед, стабильная и серьёзная организация. Всё на счету, каждую копейку тебе распишут, если надо.

- Эльза, голубушка, ну что ты? Обижаешь! Конечно, я тебе доверяю. Столько лет сотрудничаем, - промурлыкал успокаивающе Гарик.

- Но… - протянула Эльза.

- Что, но?

Явный перебор уровня недоумения на лице Гарика не ускользнул от цепкого взгляда его собеседницы.

- Но! Ты хотел сказать «но»! – с напором произнесла Эльза.

- Дорогая, мы не на ипподроме. Чувствую себя лошадью, честное слово, – рискуя нервами дамы, ответил друг.

- Гарик!!! – рявкнула рыжеволосая, припечатав его до кучи хлёстким набором нецензурных выражений.

- Хорошо, хорошо. Я тебя понял. Всё очень серьёзно и благородно. Напомни, пожалуйста, цель, – добившись в очередной раз ярких эмоций, произнёс Гарик.