В этот раз его рассказ выходил куда более структурированный. Он ещё вкратце рассказал про себя и своё падение всё глубже. Но всё равно ощущалось недосказанность. Потом перешёл на ребят.

Подчинить их было несложно. С полным парнишкой наделали разных фото и начался террор через чаты. Его постоянно добавляли туда, и весь класс травил его, под указкой Сын Ги. И кошмар этот не заканчивался.

С последним долговязым парнем поступили вообще очень просто. Его запугали. Потому что Сын Ги сам не пачкал руки.

— Хэ Ну, — коротко сказал я.

— Да, говорят, что он и ещё несколько ребят из класса, тех, кто покрепче у Сын Ги на окладе сидят. Правда, тоже слухи, но несмотря на все свои богатства платит он не очень щедро.

Я взглянул на телефон. Сын Ги появился в сети и что-то печатал.

Давай увидимся

Лёд тронулся. Я положил руку на плечо бывшего друга. Даже не знаю, станет он снова моим другом или нет?

— Спасибо тебе Джун Хо. Моя память. Она так ко мне и не вернулась, но… ты прояснил картину гораздо лучше, чем получилось в первый раз. Тебя проводить? Время уже позднее?

— Я что девочка? — рассмеялся он.

— Нет, но уже поздно.

— Хва Джин. Оставь мне хотя бы последние капли достоинства, — вздохнул Джун Хо. — Мне недалеко. Я сам доберусь.

Телефон завибрировал. Сын Ги скинул адрес.

Некоторое время спустя

Каннам

Ночной парк Ханган в Чамвоне казался вымершим. Неоновые вывески небоскрёбов Каннама, отражались в чёрной глади реки ломаными цветными линиями, создавая обманчивое ощущение тепла. На самом же деле ледяной ветер, дувший с воды, пробирал до самых костей.

Сын Ги зябко потянул вверх замок дорогой брендовой толстовки и спрятал руки в карманы. Капюшон он опустил пониже на глаза. В этот час ему меньше всего хотелось, чтобы его кто-то узнал.

Назначенное место встречи клуб Apex Хва Джин не принял, что разозлило Сын Ги, но воспоминания той ночи быстро охладили его пыл. Не то чтобы он пытался устроить ловушку, но в мыслях такое промелькнуло и не раз. Именно поэтому он ещё не выполнил условия их договора.

Он брёл по пустой, идеально ровной асфальтированной дорожке набережной, с каждым шагом всё больше чувствуя себя вновь раздавленным.

Сын Ги остановился у парапета, невидящим взглядом уставившись на футуристическое плавучее здание Seoul Wave Art Center. Его тёплый, золотистый свет мягко покачивался на волнах, контрастируя с холодной темнотой вокруг. Сын Ги сделал глубокий вдох, пытаясь успокоить дрожь в груди. Привыкший в такое время ходить вместе с парочкой бойцов, он ощущал максимальный дискомфорт. Хэ Ну проводил его настолько близко, насколько это было возможно. Ведь дальше местность была слишком открытой.

Наконец, впереди, у самой кромки воды, Сын Ги заметил силуэт. Какой-то парень… нет, он точно видел по его надменной осанке, кто там стоит спиной к нему, спрятав руки в карманы и уверенно подставив лицо встречному ветру. Его идеальная, прямая осанка и тёмный спортивный костюм с полосками, который даже в темноте выглядел безупречно, показались Сын Ги до боли знакомыми.

Это был На Хва Джин никаких сомнений. Ноги Сын Ги стали ватными. Во рту пересохло, он на ходу открутил горлышко маленькой бутылочки дорогой воды и опустошил до конца. Несмотря на ночную осеннюю прохладу, его бросило в жар. На лбу выступила испарина.

Но выбора не было. Хотя опять в голове промелькнуло что-то тёмное. Он представил, как резко хватает Хва Джина и тот летит в воду. Но толку с этого? Здесь не так высоко, а этот ублюдок наверняка умеет плавать. Ещё у него есть шокер.

Я ощутил чьё-то приближение и едва заметным, уже выверенным движением оглянулся. Одет он был по-спортивному. Словно кто-то из жилого комплекса, примыкающего к набережной, вышел на прогулку, но по силуэту его узнал. Высокий. Даже очень. Чем ближе он подходил, тем сильнее замедлялся. Но я не торопился, а продолжал наблюдать за ночным сверкающим Сеулом и его искажённом в тёмном зеркале Хангана отражении.

— Привет, — бросил тихо Сын Ги и остановился рядом.

Я сразу же ощутил, что от него пахнет лёгким перегаром.

— Что-то ты долго не выходил на связь? В школу ходишь, а меня игнорируешь? — холодно спросил я. — Или ты передумал выполнять нашу договорённость, я и так был достаточно терпелив.

Глянул на него краем глаза. Сын Ги кривился. Он был выше меня, даже когда сутулился и согнулся, словно ему на плечи положили груз.

— Н-нет, — рыкнул он в ответ. — Просто. Мне надо время. Не могу я так сразу. Прошу, Хва Джин. Дай мне ещё немного времени. Мне надо собраться… с духом. Как бы это не звучало, но если я сделаю это… то, о чём мы договорились, я потеряю контроль. В классе я главный. А это…

У меня в кармане прозвучал его голос, это была часть исповеди, заснятой на камеру. Звук был отчётливо слышен в шуме ветра.

— Надеюсь, тебе не стоит напоминать, чем это может грозить. А это будет компенсация, скажем так. Твоим сотрудникам. Ты же главный вот и компенсируй им.

Сын Ги даже не ответил, он просто молча кивнул. Только через несколько секунд заговорил.

— Да, я всё прекрасно помню и понимаю. Не публикуй, прошу. Сделаю всё, как мы договорились.

— У тебя неделя, — холодно сказал я. — До конца следующей недели я должен получить хорошие известия от моих друзей по несчастью. И если ты что-то задумаешь. Как-то обхитрить… у меня есть в Хандо ещё глаза и уши.

Я включил ещё одну запись. Мне сделал её Джун Хо. Простенький блеф, но реакция Сын Ги была бесценна.

— Ощущаешь, как меняются роли. И, да. Я подумал на счёт моей компенсации. Миллиард вон вполне заслуженно.

— Миллиард⁈ — Сын Ги оскалился и сжал кулаки. — Да ты… ты шутишь? Это большая сумма даже для меня?

— Реально? Сколько ты заплатил Паукам? Триста пятьдесят? А ещё хулиганам в Гин По? — бандитами у меня их даже язык не повернулся назвать. — Двести? Не думаю, что для тебя это было тяжело. Месячные траты? Или недельные?

Сын Ги фыркнул.

— Я тебя понял, на сборы этой суммы мне потребуется время, прошу.

— Неделя. Как раз соберёшься с силами.

— Хорошо.

— И ещё, — я посмотрел на него, он не смог долго держать зрительный контакт. — Что скажешь о сборах с класса. Какую сумму надо сдавать Кан Уку.

— Это… ты что не помнишь…

Даже не стал отвечать на его вопрос.

— Прости. Точно. Ты же забыл. Он требовал собрать по миллиону за каждого человека в классе.

А вот это разнилось с тем, что сказал Джун Хо. Требовалось уточнение.

— И ты собираешь деньги со всего класса? Раз говоришь, что главный?

— Н-нет. Я собирал только с троих, а потом ещё с тебя, когда ты сломался.

Я глянул на него тяжёлым взглядом.

— П-прости. Но это было так, — он чуть отступил, словно боялся, что я его ударю.

— И как же мы вчетвером смогли собирать такие суммы? Даже миллион вон для обычного корейского школьника это огромная сумма. Сколько нас было человек в классе? Полагаю, около тридцати, то есть тридцать лямов с трёх человек, по десять на человека? Не многовато ли? Сомневаюсь, что родители Джун Хо смогли бы выделить ему десять миллионов на карманные расходы.

С местной экономикой я немного ознакомился. Возможно, в интернете были не совсем точные данные, но они давали примерное представление. Большинство школьников могли рассчитывать на две, максимум три сотни тысяч вон в месяц на карманные расходы. Понятно, что мажоры могли позволить себе гораздо больше. Но со слов Джун Хо никаких мажоров среди товарищей по несчастью и не было.

Сын Ги мялся.

— Говори.

— Я ничего не знаю. Ты бы лучше у своего дружка Джун Хо спросил, — Сын Ги чуть ли не визгнул.

— Тише. Что ты имеешь в виду. Ты же главный в классе и ты не в курсе? — я поднял бровь.

— Д-да. Но есть тот, кто главнее.

— Пак Кан Ук?

— Да. Даже миллион для многих, это большая сумма. Но он дал возможность, они выполняли какие-то поручения лично для него. Вы выполняли. Может ты и сам что-то вспомнишь.