— Так приводи её в Милый Дом, — сказал Ён Гван, вываливая остатки риса в опустевшую общую кастрюлю. — Там ей быстро компании найдётся.

Чхоль и я повторили за ним. Ха Ныль перешла на шёпот.

— Мама не разрешает. Ей не нравится это местечко.

— Как будто тут лучше, — пробурчал Ён Гван.

— Это мой дом вообще-то! — топнула она ногой в поношенном кроссовке.

Словно услышав своё упоминание, хозяйка крикнула из-за кассовой стойки.

— Обнови выпивку, господину Киму.

Ха Ныль тут же глянула в зал. Там поднял руку один из посетителей.

— Уже бегу, аджосси, — поклонилась она.

Мы доели. Ещё немного поболтали с Ха Ныль. Мне удалось увести разговор от моей звёздной вспышки. А парни и сами болтали об этом с неохотой. Выпили ещё по банке газировки, и тогда наша юная хозяйка украдкой спросила.

— Вы же, правда, заплатите?

Я положил на стол оранжевую купюру.

— На сдачу захвати что-нибудь в Милый Дом, — сказал я.

Она улыбнулась и поклонилась нашему столу.

— Спасибо, ребят. Вы лучшие!

— Нуна, ну ты чего.

— Я на работе! — строго сказала она и убежала к маме, которая с подозрением рассматривала вручённую ей купюру.

Вскоре попрощавшись с хозяйками, мы вышли из забегаловки. И нам навстречу попалась компашка Джон Джэ, они двигались в сторону ресторанчика Ха Ныль. Они были увлечены болтовнёй, но выглядели трезвыми.

Мы разминулись.

— Ну, что теперь, может, в Милый Дом заглянешь? — предложил Ён Гван. — Ты давно там не был. Да и Тэ Сон хотел тебя увидеть.

— Но сам не пришёл, — едко подметил Чхоль.

— У него дела, сам знаешь, — вздохнул Ён Гван. — Опять какие-то тёрки с Тиграми.

Я это подметил.

— В другой раз парни, у меня по дому ещё есть дела.

— Ну, блин! Давай хотя бы ненадолго.

— Нет, — отрезал я, мы попрощались здесь же на улице и разошлись.

Я глянул ещё раз в сторону ресторанчика и увидел четвёрку Джон Джэ. Они стояли неподалёку шумно, но не сильно болтали. Он заметил меня одного и торопливым шагом подошёл ко мне.

— Юный господин, я вас видел, просто не стал отвлекать. Вы были с друзьями. Прошу прощения, — он глубоко поклонился.

— Не надо аджосси. Сохраняйте лицо. Взрослым не подобает так вести себя с молодыми. Вижу, вы прям похорошели.

Кажется, я смог смутить даже этого неудавшегося бандюгана. С его лица сходил алкогольный загар. И ему так было гораздо лучше.

— Ну, что вы, юный господин. Вы другое дело. Мне нисколько не стыдно. Вы нам всем сильно помогли. И лицо вернули на место. Парни упирались поначалу. Но теперь сами радуются, хоть и ворчат. Но это возрастное.

— Хорошо, — улыбнулся я. — Только не буяньте!

— Мы даже не пьём, только по выходным. И долг весь вернули. Подработка, где мы пересекались. Помните. Нам хорошо помогла и напомнила, как зарабатывать честным, пусть и тяжёлым трудом.

— Вот и хорошо.

Мы поклонились навстречу друг другу, в этот раз Джон Джэ всё же сделал не такой глубокий поклон. И разошлись.

Я двинул в сторону дома, переваривая ещё один денёк, наконец-то не так сильно насыщенный событиями, но было над чем поразмыслить.

Мама тоже удивила, она вернулась сегодня засветло. И я встретил её как раз рядом с дверью. Она опять достала сумку с продуктами из машины, но стоило ей повернуться к двери, как она уронила её и завопила.

— Мама, что случилось? — я почти мгновенно оказался рядом и взял её за руку.

Она дёрнулась и отшатнулась, но не от меня, а от двери. Ничего в этой железяке не было. Металл добротный. Даже ржавчины ещё нет. Мы её с парнями приделали, чуть расширив забор. Вот и шумели вчера, вызывая гнев бабули Пак.

Я пока не мог точно понять, что её так напугало, но чувствовал, что дверь является главной причиной.

— Э-это что такое? — она протянулась в сторону двери, но рука опустилась.

— Дверь. Поменяли. А то наша никуда не годилась, держалась на честном слове. Свой срок она отслужила. Да, ещё замок надо поменять, — я не отпускал руку матери, шагнул к двери и повернул ручку. — Зато открывается и закрывается хорошо, — продемонстрировал. — В идеале весь забор сменить, а это так пока первый кирпичик.

Не знаю, получиться с контрактом Джей Си или нет. Её личный визит был хорошим знаком. Но не стопроцентным. Да и с контрактом они не торопились. Не думаю, что юристам профи составило бы труда набросать его за два часа. Возможно, он уже и лежал на столе рэп-дивы, и она меня просто маринует, а меня ещё ждал визит в Ганним. Это тоже могло быть поводом.

Она вздохнула и высвободила свою руку, хотя я уже ощутил, как её ладонь вспотела.

— Возьми сумку, пожалуйста, — сказала мама и проскользнула скорее во двор, нехотя коснувшись двери. — Давай внутри поговорим.

Но мы не говорили. Сразу. Я дал ей время отойти от впечатлений, а сам размышлял над предположениями Чхоля и реакцией матери. Теперь его теория находила некоторые подтверждения. Посмотрим, что скажет Ын Джон.

Я помог накрыть на стол. И всё это время она была напряжённой.

— Как дела на работе? — между беготнёй с кухни к столу спросил я.

— А! — вздрогнула она. — Да ничего. Всё нормально. Господин Ли хороший начальник, пусть он бывает редко на заводе, но про нас не забывает. И премию обещал в этом месяце хорошую, — она всплеснула руками. — Ганним! Прости Хва Джин! Я совсем забыла. Какая же я дура! Документы на ресторан просрала. Теперь ещё со школой. Не хочу, чтобы ты возвращался в Хандо.

— Не надо так, — я расставил последние тарелки и указал рукой. — Садись давай. И не называй себя плохими словами. Все мы делаем ошибки. Для людей это нормально.

Ын Джон смотрела на меня с удивлённым лицом.

— Сынок. Спасибо за тёплые слова, но я правда сделала глупость, — она села первой, а я следом за ней напротив. — Большую глупость!

— Уже лучше. Просто ошибка. Главное, её не повторять.

— Ну со школой что делать-то? — вздохнула она между едой. — Времени всего две недели осталась до конца месяца. Не хочу, чтобы ты возвращался в Хандо! — повторилась она. — Это место… из-за него я чуть не лишилась тебя. И ты теперь изменился. Почти не похож на себя прежнего.

— А я изменился в худшую сторону? — задал я резонный вопрос.

— Нет! Что ты! Ты… ты стал взрослее. Но как-то это слишком быстро для меня.

— По поводу Ганним не переживай, благодаря моей подработке, у меня есть теперь приглашение на собеседование.

— Правда? А что ты раньше не сказал⁈

— Прости, как-то запамятовал. Из головы вылетело. Последние дни выдались насыщенными, да и времени поговорить нормально не было, — смотрел я на неё. — В прощальный вечер Со Ён не до этого было. Не хотел нарушать наше веселье.

— Хорошо же отдохнули?

— Ещё бы. Отличные семейные посиделки.

— А тебе раньше не нравилось подобное.

— Теперь нравится, правда.

Она улыбалась, но я всё равно чувствовал её немного напряжённое состояние.

— С ресторанчиком непонятно, что будет, — вздохнула она и посмотрела куда-то в сторону кухни, а потом на меня. — Не хочу терять это место. Оно мне дорого! Надеюсь, и вам с Со Ён.

Я ел неторопливо, чувствуя полноту в животе после еды у Ха Ныль. Однако надо было набирать массу. А это я до сих пор ещё не начал нормальные тренировки.

— Конечно, дорого, мама. Правда, я не помню, но сам понимаю, что домик в Каннаме, всяко лучше, чем здесь, хоть я уже немного привык к Гин По. Да и к школе ближе. Где, кстати, он находится?

— Точно! Ты же не помнишь! — она назвала адрес. — Это недалеко от центра районы. Его сложно пропустить там по центру микрорайона большая заброшенная стройка, — она вздохнула. — На которой я тебя тогда и обнаружила. Бедный, Хва Джин.

— Богатый! Пусть не деньгами, но у меня есть ты и Со Ён, — улыбался искренне я и ощущал приятное тепло от этой искренности.

— Спасибо. Но на это сильно не побалуешь. А если Ганним тебя возьмут, денег нужно ещё больше!