Но главной магией этой локации, которую я уловил с первых мгновений, несомненно был свет. Из-за того, что двор глубокий и узкий, утреннее солнце ещё не залило его целиком, а пробивалось сквозь крыши плотными, почти осязаемыми косыми лучами.

Свет падал на серый бетон фрагментами, длинными светящимися полосами, похожими на театральные софиты. Пространство делилось на зоны яркого золота и глубоких, драматичных теней.

Это камерная сцена словно застыла в ожидании команды: «Камера, мотор».

Внутри уже трудилась съёмочная группа. Выставляла свет. В углу двора поставили портативную кабинку для переодевания, а рядом с ней стояли два рейла — вешалки на колёсиках с одеждой.

Судя по визгам, летевшим оттуда, представитель бренда находился именно там. Её несложно было заметить. Это была женщина возрастом, как моя мама, наверное. Я уже привык к внешности корейцев, но вот с ощущением возраста у меня до сих пор имелись трудности.

Она была одета ярко.

— Эй, вот эти вещи сюда, — аджума жестикулировала пальцами, махая из стороны в сторону словно дирижёр во время сложной музыкальной партии. — А вот это сюда. Последовательность должна быть такой!

Мы двинулись в тот шумный угол. По поведению она мне напоминала Айшу из Неста. Но чуть старше возрастом. Мы поклонились и, следуя этикетку, сделали глубокие приветственные поклоны тогда, как менеджер Ким и она обменялись равными едва больше кивка головы.

Она бросила быстрый взгляд на девушек.

— Бегом в раздевалку, — рыкнула она.

Кивок менеджера Кима заставил их двигаться шустро. А вот на мне она остановилась подольше. Её взгляд тут же упёрся в мои глаза, словно встретились два хищника в дикой природе. Я даже ощутил некоторое напряжение и почти не мигал.

— Вот так! — она направила на меня острый ноготь, расплывшись в довольной улыбке. — На Хва Джин именно поэтому я захотела тебя. Повтори этот взгляд в кадре. Именно он мне и нужен. Современная яркая, но при этом холодная дерзость! То, что сейчас так не хватает молодёжи. А моя коллекция именно про это.

Девушки переоделись, и к ним тут же подскочили визажисты и стилисты. Поправили макияж, волосы.

Первой, как и было прописано по сценарию мероприятия, стартовала Авана.

Мы наблюдали со стороны, и я погрузился в процесс, стараясь разложить его на составляющие и понять, что тут вообще происходит. В отличие от предсказуемого поведение на подиуме, где просто требовался идеальный контроль над телом и по сути выполнение одного элемента — походки, в съёмках нужен был артистизм.

И сонбэ выдала его в полной мере.

Её съёмка стала абсолютным взрыв цвета, ритма и вирусной энергии.

Она влетела в кадр со спины, резко развернулась лицом к камере и сделала культовое движение «v-sign» у самых глаз, лучезарно улыбаясь, выгодно продемонстрировала безупречно ровные и белоснежные зубы.

На ней был укороченный топ, массивные наушники и широкие карго, которые идеально контрастировали с кислотно-розовым граффити на заднем плане.

Авана не играла в недосягаемую модель. Она общалась с камерой так, словно оператор её друг и это не коммерческая съёмка, а всего лишь случайное желание снять «видосик» для айки.

Она кружилась, заставляя одежду двигаться в такт, и то и дело приближала лицо к объективу, дуя на прядь волос.

Кадр постоянно ломал перспективу. Оператор то опускал камеру к самому бетону, то взмывал вверх.

Авана на ходу в финальном кадре, словно какая-то фокусница выхватила из кармана очки, ловким уверенным жестом открыла их и её глаза спрятались за чёрными стёклами.

— Снято! — крикнул оператор.

Авана улыбнулась и танцующей походкой направилась к нам.

— Видишь, Хва Джин, вот что такое настоящие модели, — с подколкой сказала она. — Это почти актёры. И у нас, особенно у меня, уверена в этом направлении всё ещё впереди.

Монтажёр за ноутбуком трудился на стульчике со специальной подставкой под технику.

— Пять минут перерыв, — сказала аджума бренда и склонилась над ним.

Наше трио тоже стали в сторонке, внимательно наблюдая за шустрой работой паренька, который, кажется, был ещё младше меня.

— Не так! — фыркала аджума. — Этот кадр сюда надо было.

Парень некоторое время терпел её постоянные подсказки, а потом повернулся и укоризненно сказал.

— Госпожа, прошу потерпеть, это быстро. Вы взглянете на черновой вариант, а потом уже мы внесём правки, если они потребуются.

Её лицо побагровело, она повернулась к менеджеру Киму, который находился рядом, но дирижировал подготовкой для следующей съёмки.

— Мелкий дерзкий сопляк, — фыркнула женщина без сила и застыла.

Время тянулось напряжённо и мне казалось, что аджума не выдержит и взорвётся.

— Всё готово, — парень повернул к нам ноутбук.

Мы подступили, глядя чуть со стороны, потому что центр заняла недовольная нанимательница.

Весь ролик Аваны был собран из суперкоротких, клиповых секундных вспышек, наполненных смехом, ломаными переходами и живой уличной эстетикой.

— Такой контент, наши зумеры досматривают до конца и мгновенно репостят себе в сторис или отправляют друзьям, — пояснила Сивилла.

— Ага. Мы его ещё называем Тик-Ток вайб, — хмыкнула самодовольно Авана, словно и монтажом занималась она. — Хорошая работа хубэ. Не придраться.

Парень повернулся к ней и подмигнул.

— Спасибо сонбэ, столько высокая оценка от самой Аваны греет мою душу.

— Только нос не задирай, — хохотнула девушка.

— Ещё раз! — фыркнула аджума на наши любезности.

— Юна ты следующая, — повернулся в нашу сторону менеджер Ким. — На изготовку.

Сивилла кивнула и пошла. А аджума ещё несколько раз посмотрела готовую нарезку, и её лицо стало удовлетворённым. Она даже явила нам улыбку.

— Здорово, — её внимания уже переключилась на Сивиллу.

— Наблюдай стажёр, — Авана игриво пихнула меня в плечо локтём. — Так работают профи. И в этом плюс агенства JC. В отличии от некоторых «старой закалки», где тебя загоняют и стараются слепить что-то своё, ломая реальный потенциал личного бренда. У сонбэ Джей Си всё устроено иначе, она стремится раскрыть твоё нутро в самой выгодной форме.

Даже энергетика резко изменилась. Несмотря на тёплую погоду, все ощутили лёгкую прохладу.

Сивилла сделала первый шаг в полосу солнечного света, и мир вокруг неё словно замедлился.

Камера оператора плавно скользнула следом за ней на уровне глаз, ловя безупречную геометрию оверсайз-жакета. Она не смотрела в объектив, а её холодный, слегка надменный взгляд был устремлен куда-то сквозь кирпичные стены Сонсу-дона.

Она двигалась ленивой, гипнотической походкой сытой львицы, едва касаясь пальцами ржавых перил пожарной лестницы.

Вдруг она остановилась и резко обернулась, бросив пронзительный взгляд в камеру. Один-единственный мимолётный прямой взгляд из-под ресниц, слегка приподнимая подбородок.

В финале Юна села на краю бетонной кадки с бамбуком, изящно скрестив ноги в грубых дизайнерских ботинках. Солнечный блик мягко очертил её идеальную «стеклянную» кожу.

— Снято! — показал большой палец оператор.

Менеджер Ким одобрительно кивнул и добавил, когда Сивилла проходила мимо.

— Юна, ты как всегда на высоте.

Отчего Авана вздохнула, надув губы.

— Вот всегда так. А где моя похвала?

Сивилла приблизилась к нам с едва заметной улыбкой.

— Для начала её надо заслужить, — но тут же резанул подругу ещё глубже, почти бесшумно, так что смогли услышать только мы двое. — Только зачем? Ты всё ещё требуешь похвалы… Разве тебе за это деньги платят?

— Ащщ. Молчи ты, — огрызнулась Авана, с Сивиллой она редко вступала в конфронтацию.

Пусть они и были одного возраста, но доминирующую позицию всегда занимала Юна. Мы уже уткнулись на экран ноутбука, где творилось чудо монтажа.

Ролик вышел коротким, без лишних движений. Сначала проходка, резкий разворот, идеальный статичный портрет под эстетичный, качающий бит. Чистый минимализм с выгодными ракурсами, который заставит четверть миллиона её сабов судорожно искать в комментариях бренд её одежды.