— Забирайте, господин, — он вырвал кейс из рук Хэ Ну и передал Пауку, уронив несколько пачек, торопливо поднял их и сложил. — С вами приятно работать. Спасибо за оперативность и качество ваших услуг. А теперь не могли бы вы оставить нас наедине.

— Да, конечно, хорошего вам рандеву, — улыбнулся Паук и передал деньги. — Сейчас мы только пересчитаем их.

Это заняло некоторое время. А Сын Ги просто весь дрожал от волнения. Что-то шептал и улыбался. Наконец, когда бандиты-наёмники покинули склад, а Хэ Ну проверил дверь и запер её изнутри, мажор подошёл к своей жертве.

Он взял стул из офисных. Простенький. Металлические ножки, пластиковая спинка и сидушка. Никаких колёсиков. Самый дешёвый и практичный вариант для такого места. Он поволок его в центр по полу, смакуя момент. Поставил и сел перед Хва Джином, облокотившись на спинку.

— Рад меня видеть⁈ — улыбнулся он.

В ответ услышал мычание. Он сделал жест и Хэ Ну снял верёвку и помог вытащить кляп, большой кусок ткани, плотно утрамбованный в рот.

— Ну, привет, ублюдок. Помнишь, я спрашивал тебя…

— Помереть хочешь? — послышалось сипло в ответ.

— Верно. Какой сообразительный. Жаль, соображалка немного туго у тебя работает. И теперь ты точно помрёшь. Сегодня. Но сначала мы немного развлечёмся. Эй, Хэ Ну. Притащи-ка ящик с нашими игрушками, — Сын Ги кивнул в сторону стеллажей. — Он должен быть где-то там.

— Да, босс.

Сын Ги подсел ближе.

— Ты готов к весёлой ночке? Умирать будешь долго и мучительно?

— Мне вот интересно, ты в детстве убивал животных? — вдруг раздался холодный голос Хва Джина, он опять смотрел на него пристально и надменно.

— Не пялься! Сколько я тебе уже говорил! Ублюдок! — он замахнулся рукой и ударил…

Но его кисть оказалась в тисках — человеческих тисках.

Как это? Он хлопал глазами. Его руки? Хва Джин. Он же был связан, а теперь одна держала его за запястье, болезненно выкручивая. И почему-то она была в плотной тёмной резиновой перчатке.

— Мне вот кажется, что убивал.

— Ублю…

Хва Джин отпустил его руку, и этот же момент, когда Сын Ги ещё не успел произнести до конца слово, в ногу ближе к паху вонзилось болезненно жало. Но это был не просто «ожог» или «укол». Ощущение оказалось гораздо ярче, словно в мышцы вогнали раскалённый стальной штырь, который бешено вибрировал.

Вместо крика из его горла вырвался лишь глухой, страшный хрип. Дикий, нечеловеческий спазм скрутил его тело так, словно все сухожилия одновременно попытались завязаться в узлы. Мозг моментально потерял связь с конечностями, Сын Ги хотел отпрянуть, но его руки лишь беспомощно скрючились.

Раскалённая, вибрирующая боль прошила нижнюю часть тела, поднимаясь от бедра к животу и выжигая способность мыслить. Глаза закатились, обнажая белки, а челюсть свело мёртвой судорогой.

Хва Джин жёстко удерживал трещащий шокер, вжимая его в плоть долгие, почти бесконечные пять секунд. Когда он, наконец, отпустил кнопку, мажор рухнул на пол.

Он повалился набок, как подкошенный мешок, с глухим стуком ударившись плечом и виском о наливной пол. Внутренности горели огнём, а лёгкие наотрез отказывались сделать нормальный вдох.

Сын Ги лежал на боку, поджав колени к груди в позе эмбриона, его тело сотрясала крупная, неуправляемая дрожь. В ушах стоял невыносимый, ультразвуковой свист, сквозь который он едва слышал, как его пленник спокойно встал со стула.

Сын Ги хотел заговорить, позвать на помощь, но смог лишь судорожно заглотить ртом воздух, оставляя на глянцевом полу капли холодного пота.

Хэ Ну рылся на стеллажах среди ящиков и в этом шуме не сразу обратил внимание на происходящее за спиной. А когда обернулся, картина выбила из колеи ещё сильнее, но в какую сторону он пока сам не понимал.

— Какого? Эй. Хва Джин! Ты что с ним сделал? Ублюдок! — наконец воспрянул духом Хэ Ну, сжимая кулаки. Всё-таки ему мажор платил в последнее время весьма щедро.

Ответом на один из его вопросов последовал треск шокера-трещотки.

— Слабак, сразу видно. Что не можешь без оружия? Какой из тебя мужчина?

Хва Джин не реагировал, а шагнул в его сторону, но остановился и ещё раз вжарил Сын Ги теперь в задницу, заставляя его выгнуться и распластаться в неестественной позе.

— Ублюдок! Я тебя урою, — Хэ Ну хотел поднять руки в боксёрской стойке, но потом схватил один из разводных ключей, лежавших на стеллажах.

— А кто говорил про оружие? — раздался, наконец, холодный голос Хва Джина.

Хэ Ну взмахнул несколько раз ключом оценивая перспективы использовать его как оружие. По ощущениям перспектива выглядела сомнительной, но встретится кулаком с шокером он не хотел. Но надо было спасать босс, поэтому он бросился в лобовую атаку с тем, что было…

И через несколько мгновений смог сам ощутить, что такое быть униженным и растоптанным. Электрическая трещотка вонзилась в солнечное сплетение. А удара инструментом Хва Джин играючи избежал.

— С-с… — Хэ Ну, оказался более стойким, но также осел на пол, а после второго полностью завалился.

Сейчас оба. И Сын Ги и Хэ Ну боялись лишь одного — третьего удара.

— Надо немного привести вас в порядок, — звучал голос Хва Джина где-то рядом. — Не переживайте, я о вас позабочусь. Одноклассники. Как вы заботились обо мне и Джун Хо. И… других ребятах.

Несколькими часами ранее

Квартира Паука

Токго Сон возвращался домой в приподнятом настроении. Ему очень понравилось свидание. И справился он, как ему самому казалось на ура. Ещё бы. Ведь финал весьма феерично прошёл в лавотеле. А теперь его ждала поездка за кругленькой суммой. Что ещё могло быть лучше? Только сумма побольше. И скоро он её увидит. Ведь работёнка, связанная с ресторанчиком, подходила к концу. Конец лета. За это они сорвут ещё один приличный куш.

Но когда он поднялся и застыл рядом с дверью, что-то его смутило. И прежде чем ткнуть ключом в замочную скважину, он взялся осторожно за ручку и попробовал открыть дверь. Она поддалась.

— Какого? Я что не закрыл? Или это младший. Ублюдок Джун! Ещё и за окна в кабинете что-то говорил. Вот же придурок. Чего он опять приходил сюда.

Токго Сон настолько привык к своему образу жизни, и столько раз избегал самых жутких проблем и передряг, что он уже думал исключительно в ключе «я всегда прав» или «у меня всё схвачено». Ну и подобные вариации.

Он разулся, нацепил тапочки и шагнул вглубь своей обители. Как его глаз опять дёрнулся. В кабинете горел свет, а дверь была приоткрыта.

Похоже, этот малой ублюдок ещё здесь. Паук быстро закипел и оскалился. Он бросился к двери и распахнул её. То, что он увидел, было, мягко говоря, неожиданным.

Два его главных помощника сидели в углу на диванчике. Пом держался за разбитое лицо, которое частично покрывали пластыри. Рыхлый же сидел с бледной рожей, и, когда появился босс, он вскочил.

— Господин, только не надо!

Не надо, что Паук не услышал. Потому что в помещении был третий человек, и он сидел за его столом, а перед ним стопками лежали документы, которые должны были лежать в сейфе. И он их лениво листал, словно инспектор, пришедший с какой-то проверкой.

Токго Сон привык всегда и везде выходить победителем. Неважно как. Драться он особо не умел и не любил, поэтому на всякий случай таскал с собой миниатюрный шокер, умело спрятанный в подкладке его пиджака. Да так, чтобы достать его было возможно в мгновение ока.

Паук бросился на незваного гостя, который даже не встал из-за стола. Не посмотрел его. Что это вообще за приколы? Это же их цель!

Он резко обогнул стол и атаковал сбоку, замахиваясь шокером. Сон прекрасно знал, что бить в шею опасно, именно поэтому он туда и целился. Но какого было ощутить удар шокера на себе.

Он даже не понял, как его рука изогнулась, а шокер очутился в руках того самого парня. И теперь Сон пытался что-то сказать, но не мог выдавить даже слова.

— Не переживай! — улыбался старшеклассник, глядя на него сверху вниз из его же кресла. — Первый раз? По глазам видно. А я думал бандиты в Корее хотя бы что-то на себе пробовали. Ты вот попробовал. Ничего, речь вернётся.