Охрана тоже была, но почти незаметная, переодетая в ту же одежду, что и остальной персонал. В случае чего они готовы были отреагировать в любой момент, готовые к любому происшествию. Сегодня непредвиденного просто не было.

Многочисленные и невидимые камеры по всей территории клуба создавали ещё один слой безопасности.

В welcome-зоне, парящей над верхушками деревьев, пахло диким женьшенем и сандалом. Гостям предлагали аперитивы. Коллекционное шампанское и ледяной чай из пяти вкусов омиджа, поданный в тончайших пиалах из матового белого фарфора.

Здесь не было суеты. Сдержанные поклоны, негромкие приветствия на корейском и английском, общая атмосфера предвкушения чего-то сакрального и величественного.

Когда двери Гранд-Болрума бесшумно разошлись в стороны, взглядам гостей открылось величественное пространство.

Семиметровые панорамные окна обнажали сумерки, опускающиеся на горы, а под сводами зала замерла кинетическая инсталляция из трёх тысяч хрустальных капель, плавно мерцающих янтарным светом.

Рассадка подчинялась строжайшему корейскому этикету чондо — уважению к иерархии и возрасту.

Несколько десятков круглых столов из полированного обсидиана были расставлены так, чтобы никто не сидел спиной к сцене. В самом центре, прямо перед подиумом, располагался главный стол — «Для Первых».

Места за ним предназначались для председателя Шина, ключевых членов семей основателей, и главных руководителей. Также несколько мест за эти столом сегодня специально были отведены для министров и нескольких политиков, поддерживающих компанию.

Гости занимали свои глубокие кресла из антрацитовой кожи. Посуда на столах заслуживала отдельного внимания. Тяжёлые приборы из традиционного корейского бронзового сплава юги, который исторически использовался при королевском дворе и славился способностью определять чистоту пищи, соседствовали с футуристическими бокалами сложной геометрии.

Стол семьи Ким

Отец семейства находился среди «Первых», так что здесь остались мать, старший сын Со Джун и Сын Ги.

— Хён, я не понимаю, почему тебя туда не взяли, — возмущался, как всегда, Сын Ги, обращаясь к брату.

— И не поймёшь, если так продолжишь, — сдержанно ответил Со Джун.

Несмотря на опасения Сын Ги до сих пор ему ещё не прилетело от родни за звёздный час модельного показа. Но больше всего Сын Ги бесило то, что Хва Джин его и здесь затмил. В сети больше был интерес к источнику гнева отпрыска семьи Ким из конгломерата FF. Чем сам отпрыск. То есть он. И это бесило мажора! Очень сильно!

Он поймал взглядом одного из официантов, которые скользили бесшумно между столами.

— Принеси чего-нибудь выпить мне, — Сын Ги уловил оценивающий взгляд брата и добавил: — Молодёжного и, обязательно безалкогольного!

— Да, господин, — поклонился стройный парень. — Есть какие-то предпочтения?

— На свой вкус. Ты же вроде молод, — хлопнул его по руке Сын Ги.

Мать бросила строгий взгляд в его сторону.

— Сын веди себя прилично!

— Хённим. Так как я себя должен продолжать вести? От чего я ничего не понимаю? — он посмотрел в сторону стола, где ещё собирались остальные члены правления и знатные гости. — Старика председателя ещё нет. Он, как всегда, любит показать, кто здесь биг босс. Даже политиканам.

— Сын Ги! — голос матери повысился на один тон и изменился в интонации.

— Например, не будешь слушать мать.

— Простите меня, что я так молодой и мятежный, — поклонился Сын Ги.

Честно. Ему вообще не хотелось находиться на этом представлении надменных богатеев. Ему хотелось выпить. Что-то нормальное, а не Chilsung Cider, тоже выпивка — освежающая газировка, которую ему принёс официант на небольшом подносе вместе со стаканом, наполненным льдом, и с тонким слайсом льда. Парень хотел перелить напиток, поставив на стол сначала стакан, но Сын Ги опередил его и забрал банку.

— Дай сюда.

— Не веди себя как дикарь брат, — посмотрел Со Джун на Сын Ги и кивком попросил официанта.

— Позвольте, господин, — тот учтиво протянул руки, быстро налил в стакан и ретировался, забирая жестянку с собой.

— Ещё принеси чего-нибудь! — крикнул ему вдогонку Сын Ги. — Другого!

Гости поблизости обратили на него внимание.

— Мне продолжать, брат? — смотрел на него с нескрытым презрением Со Джун. — Вот эта твоя диковатость. В средней школе ты таким не был? Может тебя кто-то обижает, в этой школе Хандо. Там же нет личной охраны.

Сын Ги хотелось что-то ответить этому ублюдку Со Джуну, но разница в возрасте… просто не позволяла этого сделать. Тринадцать лет. Брату было всего тридцать, а он уже входил в состав крупных руководителей FF. Вполне заслуженно. Сам начал с базовой позиции, даже не в филиале отца. Да и Сын Ги прекрасно понимал, что это издёвка. Низкая, и ощутимая.

— Не надо, — вздохнул обречённо Сын Ги. — Никто меня не обижает. Это даже звучит смешно.

Но брат его проигнорировал.

— А что за инцидент произошёл у тебя с какой-то моделью? Неужели ты опускаешься настолько низко?

— Со Джун, помягче, — вмешалась мать.

— Он уже не ребёнок. Взглянул бы лучше на своего друга У Джина. Вот каким должен быть младший брат чеболя.

Тут Сын Ги захотелось ляпнуть что-то в духе: «мы ещё не чеболи», но он понимал, что подпишет себе бесплатный абонемент на выговор от брата. Лучше бы физически как-то наказал его. Оплеуха вполне сошла бы. Чем этот моральный холодный прессинг. Долбанные аргументы и факты!

— Ты позоришь нашу семью. И считай, тебе повезло, что этот парень оказался так хорош…

Сын Ги не выдержал и слегка хлопнул рукой по столу.

— Хватит, хённим. Это была… просто небольшая стычка… Я его, вообще-то, знаю, да и был там как организатор. Он накосячил.

— Организатор очередной мутной схемы? — голос брата сквозил едкой иронией. — Что ещё за друган с тобой был на сцене?

— Мальчики, тише — посмотрела на них мать, всё так же увлечённая созерцанием своего мужа и отца этой шумной парочки. — Не ссорьтесь из-за пустяков.

Даже спустя годы она любила и боготворила его.

И не только мать смотрела на братьев. Другие гости опять обратили на них внимание.

Но Со Джун всё же договорил, оборванную ранее фразу, наблюдая за реакцией младшего брата.

— … он был так хорош, что перетянул на себя всё внимание. Тебе бы стоило поблагодарить его за это, может денег дать, — Со Джун выдержал паузу, в зале было сдержанно тихо, так что он хорошо слышал тяжёлое дыхание брата, которое ещё и участилось. — Или твоё эго настолько хрупкое, что ты даже не можешь искренне поблагодарить кого-то ниже тебя статусом? За то, что прикрывает твою задницу. Допускаю, что не специально, но всё же… Факт остаётся фактом.

Сын Ги просто закипели внутри, но каким-то чудом сдержался.

Стол семьи Чо

За этим столом, расположенным недалеко от стола семьи Ким, было больше людей. Мать-героиня, которая ещё была с похмельем, после показа мод. Правда, на ней последствий отдыха с Джи Хён было почти не видно. И вся пятёрка детей от мала до велика. Самый младший сын даже сейчас продолжал учиться, выполняя какие-то задания на планшете. И никого это не смущало. Просто в семье Чо рос очередной гений.

Остальные за этим столом был сосредоточены не на собрании. Для них это уже было привычным делом, хотя масштаб обычно поменьше. И все кроме Джи Хён знали причину данного события. А вот блудная сестра была сейчас центром общего притяжения за столом семьи Чо.

— Мама, ты знала? Нет! Ты точно знала! — возмутилась, в который раз Джи Хён, она не планировала попасть на подобное мероприятие, когда согласилась на уговоры матери после того, как отвезла друзей.

— Ничего я не знала, — улыбнулась Ю Джин, отпивая из бокала.

— Мама, не налегайте, — галантно обратился к ней У Джин.

— Я лечусь. Это моё лекарство. Ты ещё маленький.

— Что там за страсти накаляются за столом Кимов? — посмотрела в сторону шумного Сын Ги старшая сестра. — Ты не знаешь? Джи Хён? Вы же с мамой были на том же мероприятии, что и этот балбес Сын Ги! Как он ярко выступил. Повезло, что этот парень-модель, такой красавец. Ты случайно, не знаешь его Джи Хён?