Я же медленно поднялся по ступеням обратно к креслу принцессы.

Она сидела, откинувшись на спинку, бледная, уставшая, но на ее губах играла та самая лукавая, невозможная улыбка, которая раз за разом ломала мои внутренние барьеры.

— Шах и мат, — тихо, только для моих ушей, прошептала она, когда я встал за ее спиной. — Вы были великолепны, Ваше Высочество. Вы уничтожили ее репутацию ее же собственным оружием.

— Мы еще не выиграли войну, принцесса, — ответил я так же тихо, позволяя себе слегка коснуться ее плеча. Печать на моем запястье потеплела. — Но мы выбили у Лу Фэна один из его главных клыков. И самое приятное… он даже не знает, кто именно нанес ему этот удар.

Я смотрел на опустевший центр Зала Справедливости, чувствуя, как внутри меня разгорается давно забытое пламя надежды. Судьба, которую Лу Фэн пытался навязать этому миру, начала стремительно рушиться. И я сделаю всё, чтобы погрести его под ее обломками.

МЭЙЛИН (Ю РА)

Возвращение в мой павильон после Суда над Святой напоминало триумфальное шествие, хотя я чувствовала себя так, словно меня пропустили через жернова мельницы.

Адреналин, державший меня в сознании в Зале Справедливости, стремительно улетучивался. Оказавшись в безопасности своих покоев, я почти рухнула на расшитую подушками софу. Моя грудная клетка тяжело вздымалась, каждый вдох отдавался колющей болью в легких. Проклятие ледяных вен всегда мстило за сильные эмоциональные всплески, но сегодня эта боль была сладкой. Мы одержали маленькую победу. Мы нанесли Ордену Света удар, от которого им так просто не оправиться.

Императрица-мать суетилась вокруг меня, словно наседка. Ее изящные руки с нефритовыми кольцами порхали в воздухе, отдавая приказы служанкам.

— Быстрее! Несите горячий отвар из корня красного женьшеня! Разожгите жаровни! Моя девочка совсем замерзла, ее кожа бледнее лунного света! — матушка присела рядом, укутывая меня в пушистый плед из шерсти снежного яка, и поцеловала в лоб. Ее глаза были полны слез облегчения. — Ох, Мэй-Мэй… Когда эта белая змея швырнула в тебя свою Сферу, мое сердце едва не остановилось. Если бы не мастер Чэн…

Она обернулась и с нескрываемой благодарностью посмотрела на Ли Чжаня.

Мой Злодей стоял у дверей, скрестив руки на груди. В своей иллюзорной маске старого наемника он казался непоколебимым каменным изваянием.

Император Вэй, вошедший следом за матушкой, тяжело вздохнул и подошел к нему. Великий правитель «Лилового лотоса» остановился перед простым (как он думал) телохранителем.

— Ты спас не только мою дочь, мастер Чэн, — голос отца звучал глухо, но искренне. — Ты спас честь всей Империи. Если бы Су Линь удалось заставить Сферу сиять ее Светом рядом с Мэйлин, половина двора поверила бы в обвинения о темной магии. Ты разбил ее ложь вдребезги. Проси, чего хочешь. Золото, земли, титул при дворе — я дам тебе всё.

Я затаила дыхание. Ли Чжань мог бы потребовать генеральский чин. Мог бы получить власть над армией «Лилового лотоса».

Но он лишь слегка склонил седоволосую голову.

— Я уже говорил вам, Ваше Императорское Величество, — его грубый голос звучал бесстрастно. — Я продал свой меч и свою Ци принцессе. Моя награда — это выполненный контракт. Мне не нужны титулы, которые привязывают к одному месту. Мне достаточно того, что моя нанимательница дышит.

Император Вэй долго смотрел на него, и в его суровом взгляде промелькнуло глубочайшее уважение. Правители привыкли к алчности. Бескорыстие пугало их, но и вызывало восхищение.

— Пусть будет так, — кивнул отец. — Но знай: двери Императорской сокровищницы для тебя всегда открыты.

Отец и матушка покинули покои, чтобы распорядиться о допросах и укреплении обороны столицы. Но мои братья не торопились уходить.

Вэй Лонг, сбросив напряжение, рухнул в кресло и вытянул длинные ноги, довольно скалясь:

— Видели бы вы лицо этой фанатички, когда Сфера почернела! Клянусь богами, я готов был рассмеяться прямо там! Чэн, ты просто дьявол! Отразить высшую световую атаку голыми руками!

Но Вэй Фэн не разделял веселья старшего брата. Второй принц медленно, бесшумными шагами приблизился к Ли Чжаню. Его веер был закрыт и зажат в кулаке, как короткий клинок.

— Мой брат прав. Ты дьявол, Чэн, — вкрадчиво произнес Фэн, останавливаясь вплотную к наемнику. — И именно это меня беспокоит. Я видел множество мастеров Огня. Ни один из них не способен погасить концентрированный Свет Ордена. Свет можно отразить зеркальным щитом, можно рассеять иллюзией. Но ты его поглотил. А поглотить Свет может только…

— Исключительно плотная, закаленная в боях аура, брат, — резко перебила я, приподнимаясь на локтях. Сердце заколотилось о ребра. Фэн был слишком умен. Если он догадается, что перед ним Темный принц, кровь прольется прямо в этой комнате. — На Севере маги учатся выживать, а не показывать фокусы на банкетах. Мастер Чэн использует грязные, агрессивные техники. Какая разница, как он это сделал, если я жива?

Фэн перевел свой цепкий, холодный взгляд на меня.

— Разница в том, маленькая сестренка, что мы впустили в семью человека, чье прошлое — черная дыра. И я не уверен, что он не опаснее самой Су Линь.

Ли Чжань даже не моргнул. Он смотрел на Вэй Фэна сверху вниз с таким ледяным спокойствием, что второму принцу пришлось приложить усилия, чтобы не отвести взгляд.

— Ваше право не доверять мне, принц Фэн, — ровно ответил Ли Чжань. — Мое дело — стоять между угрозой и принцессой. Ваше дело — искать врагов в тенях. Предлагаю каждому заниматься своей работой. Например, я бы на вашем месте сейчас охранял не меня, а посла Чжао.

Фэн нахмурился.

— Чжао в Подземельях Отчаяния. Оттуда никто не сбегал за последние триста лет.

— Оттуда не сбегают, — согласился Ли Чжань, и его губы изогнулись в кривой усмешке. — Но туда очень легко проникнуть, если хочешь заставить кого-то замолчать навсегда. Лу Фэн не оставит в живых человека, который знает имена его казначеев и спонсоров. Если Чжао умрет этой ночью, у вас не будет доказательств против Ордена.

Эта мысль ударила Фэна, как плеть. Его глаза расширились. Он резко развернулся к дверям.

— Лонг! Поднимай гвардию! Мы идем в нижние уровни!

Когда братья ураганом вылетели из комнаты, оставив меня под присмотром лишь внешнего кольца стражи, я бессильно откинулась на подушки.

— Вы специально их спровоцировали, Ваше Высочество, — прошептала я, глядя, как Ли Чжань подходит к моей кровати.

— Твой брат Фэн слишком умен. Ему нужно было дать кость, чтобы он отвлекся от моей ауры, — Ли Чжань опустился на край матраса и без лишних слов стянул иллюзорные перчатки.

Его горячие, мозолистые пальцы легли на мое запястье, нащупывая пульс. Темная Ци мягким, согревающим потоком хлынула в мои вены, усмиряя взбунтовавшееся Проклятие.

Я прикрыла глаза, наслаждаясь этим спасительным жаром.

— Но ведь вы были правы, — заметила я. — Безликие попытаются убить Чжао сегодня ночью. По канону… то есть, по логике Лу Фэна, мертвые не болтают. Фэн и Лонг не смогут остановить мастера теней.

Ли Чжань молчал. Его пальцы, передающие энергию, ритмично поглаживали мое запястье. Это было почти ласковое движение, которое никак не вязалось с его суровым лицом.

— Они и не должны его останавливать, — наконец произнес он, и в его голосе зазвучала сталь. — Потому что это сделаю я.

Я резко распахнула глаза.

— Вы? Пойдете в подземелья? Но если братья увидят вашу Тьму…

— Я не позволю им ее увидеть, — он наклонился ближе, его взгляд стал гипнотическим. — Чжао обладает списком тайных спонсоров Ордена Света на Юге. Если этот список попадет к Вэй Фэну, Империя «Лилового лотоса» начнет политическую войну. А мне нужно, чтобы началась настоящая война. Мне нужно это золото, чтобы вооружить моих людей. Я перехвачу ассасина, выбью из Чжао информацию и обставлю всё так, будто Безликий успел уничтожить посла до прихода твоих братьев.