Если я отдам ему свою часть нашего общего ядра… если я высвобожу свою иномирную душу и волью ее без остатка в его удар…

Это создаст Абсолютный Парадокс. Энергию антиматерии. Сбой в системе, который Божественный Паразит не сможет ни переварить, ни адаптировать. Этот удар разорвет его изнутри, стирая из реальности.

Но цена… о, боги, цена…

Я посмотрела на татуировку на своем запястье. Темный Дракон, сплетенный с Лиловым Лотосом. Наша брачная связь. Мой якорь в этом мире. Единственное, что надежно удерживало мою душу в теле Вэй Мэйлин, победив Проклятие…

Если я вырву свою суть из нашего Слияния и превращу ее в оружие, тело принцессы умрет. Связь будет разорвана. Ли Чжань сможет выжить, потому что получит всю полноту энергии и убьет монстра, но я… я исчезну. Меня просто вышвырнет из этой реальности. Обратно на Землю. В мою пустую, серую жизнь. Если вообще не испепелит саму мою суть… Интересно, увижу ли я его когда-нибудь снова?..

Я перевела взгляд на поле боя.

Су Линь издала победный рев, придавливая Ли Чжаня к земле гигантской золотой лапой. Его броня рассыпалась. На разбитых губах пузырилась кровь. Но он упрямо, дико, из последних сил пытался поднять меч, не отводя от монстра своего бешеного, несломленного взгляда.

Мужчина, который пошел против целого мира ради меня. Который поверил мне, принял меня со всеми моими страхами и утайками. Который назвал меня своей Императрицей и показал, что значит быть любимой не словами, а так, что горят сами небеса.

Выбор был очевиден. Я не позволю ему умереть в этой дикой резне. Я лучше сгорю сама.

— Брат Фэн, — мой голос прозвучал неестественно ровно, почти ласково. Я обернулась ко второму принцу.

Фэн поднял на меня измученный взгляд, по его виску текла кровь.

— Мэй-Мэй? Что… Что ты делаешь? Твоя аура… она становится белой…

— Держи барьер, брат. Сложи свои силы с магией отца, — я кое-как подошла к нему и легко поцеловала в пыльную щеку. Затем посмотрела на отца, который в шоке поднял голову. — Береги Лонга, отец. Защитите матушку. И простите меня за то, что так мало побыла вашей дочерью.

Я развернулась и шагнула за пределы защитного купола, прямо в ревущий золотой шторм.

— МЭЙЛИН! НЕТ! — истошный, надрывный крик Ли Чжаня разорвал грохот битвы.

Он почувствовал. По нашей связи он мгновенно понял, что я собираюсь сделать. В его глазах вспыхнул панический, первобытный, животный страх — страх, которого он не испытывал даже перед лицом смерти.

Он из последних сил рванулся ко мне, игнорируя то, что золотая когтистая лапа монстра разрывает его спину. Задыхаясь, он полз по искрошенному мрамору, протягивая ко мне окровавленную руку.

— НЕ СМЕЙ! ОСТАНОВИСЬ! ТЫ ОБЕЩАЛА! ТЫ ОБЕЩАЛА МНЕ СЧАСТЛИВУЮ ИСТОРИЮ! С ТОБОЙ! Ю РА! — он впервые выкрикнул мое настоящее имя, которое я шепнула ему однажды ночью. Той самой, когда мы слились воедино. Мне так хотелось поделиться с ним чем-то действительно настоящим от меня. Тогда он не стал расспрашивать, дав мне время со всем разобраться и решить. Полагаю, он уже тогда понял, что я не просто «бедная болезная принцесса, знающая слишком много». Ну разве он не идеал мужчины?..

Я посмотрела на него сквозь пелену горячих слез, чувствуя, как мое сердце буквально разрывается на куски.

— Я и пишу ее, мой Император, — прошептала я, зная, что он услышит меня в своей голове. — Я пишу прекрасную историю для тебя. Живи, Темный принц моего сердца.

Я закрыла глаза, раскинула руки и потянулась к самому центру нашего Слияния. К той точке, где мой Лед когда-то встретился с его Пламенем.

Стремительный и адски болезненный разрыв.

Татуировка на моем запястье вспыхнула нестерпимым, ослепляющим бело-фиолетовым светом. Я начала с корнем выкручивать свою чужеродную душу из его Тьмы. Это было больнее, чем сгорать заживо. Больнее, чем тысяча ножей, вонзившихся в нервы.

Пространство вокруг меня пошло серебристыми трещинами.

— НЕТ!!! — рев Ли Чжаня был полон такой чистой, первородной агонии, что небеса над нами содрогнулись.

Я не остановилась, тихо глотая слезы. Собрала всю парадоксальную энергию своей души, всё свое существование вне книжного пространства, и направила ее по нашей увядающей, горящей связи прямо в тело Темного принца.

— ВОЗЬМИ ВСЕ ЭТО! — закричала я, срывая голос, чувствуя, как мои ноги уже начинают превращаться в светящийся пепел. — Сожги эту тварь! Ради мира и свободы!

Всё мое существо вонзилось в Ли Чжаня.

Его тело выгнулось дугой. Абсолютная, космическая энергия ударила в него, смешиваясь с его Первородной Тьмой. Пространство вокруг Темного принца исказилось, пошло графитовыми фракталами, сквозь которые пробивался свет других измерений.

Дьявольская оболочка Су Линь взвыла. Божественный Паразит почувствовал угрозу, которую не мог осознать, теорвер, которой не было в его Вселенной. Он бросился на Ли Чжаня всем своим гигантским весом.

Но мой принц был уже не просто могущественным темным магом. Напитанный энергией Абсолютного Парадокса, он стал воплощением конца самой реальности.

Его глаза сияли слепящим, серебристо-черным светом. Он поднял свой сломанный меч. Лезвие удлинилось, сотканное из энергии, разрывающей ткань пространства.

— Я УНИЧТОЖУ ТЕБЯ И ЭТОТ ПРОКЛЯТЫЙ МИР! — его крик был криком безумца, потерявшего всё.

Он обрушил меч на монстра.

Это был не просто удар стали о плоть. Это был удар антиматерии по материи. Небо раскололось надвое. Золотой паразит даже не успел закричать — он начал распадаться на атомы, стираться из существования, словно кто-то вымарывал его ластиком с листа бумаги. Ударная волна парадокса испарила облака в радиусе тысячи ли.

А я падала. Падала в бесконечность…

Мое тело, лишенное души и связи, стремительно превращалось в серебристый пепел. Я уже не чувствовала ни боли, ни веса. Лишь невыносимую, удушающую тоску.

Последнее, что я увидела перед тем, как мир окончательно погас, и меня затянула воронка межпространственного перехода — это то, как Ли Чжань, отбросив меч, из последних сил бросился ко мне.

Он упал на колени в кровавую вязь, сгребая обожженными руками осыпающийся серебристый пепел, прижимая его к своей окровавленной груди, и его чудовищный, полный отчаяния крик всё еще звенел в моих ушах, когда я открыла глаза в холодной палате сеульской больницы.

ЛИ ЧЖАНЬ

Тишина.

Абсолютная, удушающая, вакуумная тишина опустилась на разрушенную столицу Империи "Лиловый лотос". Грохот битвы, рев безумного монстра, крики умирающих — всё это исчезло, стертое с лица земли взрывом Абсолютного Парадокса.

Огромный кратер дымился там, где еще минуту назад возвышалась гора золотой гнили. Божественного Паразита больше не существовало. От Лу Фэна и Су Линь не осталось даже молекул. Удар антиматерии выжег их из самой ткани мироздания.

Но я не смотрел на кратер бедствия.

Я стоял на коленях в залитой кровью и едкой кислотой грязи. Мой меч, пробивший брешь в реальности, валялся в стороне, наполовину расплавленный от чудовищного перегруза энергии.

Мои руки — израненные руки в изодранных, покрытых сажей латных перчатках — судорожно сгребали с растрескавшихся мраморных плит горстки серебристого пепла.

Этот пепел не разлетался по ветру. Он слабо, едва заметно мерцал, испуская тончайший аромат миндаля и чего-то невероятно родного.

— Мэйлин... — с надрывом прохрипел я. Мой голос сломался, превратившись в гортанный, животный хрип.

Я бездумно собирал пепел, прижимая его к своей груди, к тому месту, где под расколовшейся броней бешено колотилось сердце. Моя Тьма, которая только что уничтожила лживого бога, сейчас жалко, беспомощно металась вокруг моих ладоней, пытаясь склеить эти серебряные пылинки, пытаясь вдохнуть в них жизнь.

Но магия не работала. Связь, которая еще недавно пульсировала в моих венах, связывая нас воедино, была оборвана с корнем. Моя половина души зияла черной, рваной дырой.