— Я слышал, по деревне слухи поползли, — незнакомый бас становился раздражительным. — Мол, бондарь выжил в лесу.

— Как поползли, так и уползут! — рявкнул Генри.

— Блять, я не обвиняю, — проворчал в ответ мужчина. — Я это к тому, что… что будем говорить, если ещё какой-нибудь умник вот так вот припрётся в лес, потусит тут и выживет? Наша репутация встанет под угрозу. Люди могут начать прощупывать почву. Границы дозволенного. Могут начать пытаться оставаться в лесу.

— Никто больше не выживет, — с жестокой злостью ответил Альфа. — Они либо сидят ночью дома, либо умирают. Теперь за это я отвечаю.

Марлен почувствовала, как от страха подкосились колени. Как сердце подскочило к горлу, задрожали пальцы, из которых едва не вывалилась корзинка. Дыхание сбивалось, кололо кончики пальцев.

Ветер сменил направление. Поток ударил сперва в бок, а затем… в спину.

В ту же секунду оборотни напряглись. Оба покосились на куст малины. А те, кто молча валил деревья рядом, выпрямились и также свернули шеи в сторону леса.

Девушка рефлекторно отступила на шаг назад, и под ногой тут же хрустнула ветка. Внезапный ужас прострелил тело.

— Я знаю этот запах, — зачарованно пробубнил незнакомец. — Да ну нахуй.

— Я тоже, — шокировано кивнул Генри, который, казалось, испугался не меньше внезапной гостьи. Натянул на лицо нечто похожее на вежливую улыбку, прищурился, после чего шагнул вперёд. Пару секунд помолчал, но всё же решил, в итоге, крикнуть: — Марлен? Марлен, принцесса, это ты? Чего ты там топчешься, выходи!

— Я, — губы по-прежнему дрожали. Собрав остаток воли в кулак, она точно так же натянула на лицо фальшивую, кривую улыбку и вышла из-за куста. — Да. Это я. Привет. — Она попыталась выглядеть максимально невинно, словно только что подошла к поляне. Помахала рукой, мило зажмурилась, склонила голову в сторону. — Нолана выдернули на работу. Я не знала, чем себя занять, и пошла в лес собрать ягод. Услышала звук топора и пришла на него.

На неё таращилось, в общей сложности, несколько десятков жутких, холодных глаз. Кто-то из волков таскал бревна. Кто-то рубил их, но все они замерли, уставившись на внезапного человека.

— Она пиздит, — пугающе пробормотал высокий блондин, с которым пару минут назад говорил Генри. — Она всё слышала. От неё адреналином за версту пасёт.

— Я это понял, — также пугающе ответил Альфа. — Блять. Только не это. Сука. Только не это. Вот проблем мне было мало!

— Кайзер будет вне себя, — незнакомец скривился. — Что будем делать?

— Дай подумать, — Генри тяжело вздохнул. — Не знаю. Прямо сейчас нет идей. Но она должна навсегда закрыть рот теперь. Я не хочу, чтобы Кайзер окрысился на меня до конца времён из-за какой-то дуры.

Марлен чувствовала, как саднит горло. Как темнело в глазах, звенело в ушах. В голове не было ни одной мысли. Подошвы жгло от желания бежать. Она из последних сил сжала зубы. Проглотила раздражающий ком, прищурилась и выдала:

— Расслабься. Расслабься, Альфач, я всё и так знаю. Просто я не такая дура, чтобы дать Нолану понять, что я знаю. Я в курсе, что ты уступил меня ему. Знаю насчёт его нестабильности и твоей попытки стабилизировать его мной. — Девушка показательно закатила глаза.

А сердце по-прежнему адски стучало под рёбрами. Пару секунд назад хотелось молиться, чтобы она поняла всё не так. Как угодно, но не так, а сейчас Марлен умоляла, чтобы самые ужасные догадки оказались правдивы. Правдивы — только бы получилось договориться с этим волком и его стаей.

— Знаешь? — Генри шокировано вскинул брови, но тут же злостно их сдвинул. — Откуда? Этого никто не знал. Ни одна грёбаная живая душа, до свадьбы я держал рот на замке.

— Не обязательно его открывать, чтобы понять очевидные вещи. — Девушка иронично усмехнулась, хотя по спине раз за разом ползли волны ужасающего холода. — Всё происходящее вокруг меня орало об этом. Во-первых, в какой-то момент нашего с тобой знакомства ты стал от меня отдаляться, хотя ещё не сближался с Аделиной. Ты будто пытался от меня… отвыкнуть. Хотя перед свадьбой наоборот должно быть сближение. Во-вторых — взгляды твоего дружка. Думаешь, я их не замечала? Да он таращился на меня как полицейский на беглого насильника. В-третьих — твои попытки принизить меня на фоне сестры. В глубине души ты боялся, что я взбунтуюсь и откажусь вступать в брак с Ноланом, тогда всё будет напрасно. И поэтому ты методично долбил меня сравнениями с сестрой. Чтобы я «знала своё место». Я всё вижу, Генри, я не слепая. А ещё я знаю, чего хочу. Знаешь, чего я хочу? Брак с высокоранговым волком. И Нолана я ни за что не упущу.

От собственных рассуждений мокли ресницы. Она замечала всё это. Видела. Просто отказывалась вербализировать, потому что страшно. Разрывающе больно. Настолько, что хотелось кричать. А ещё — убийственно одиноко. Ещё никогда Марлен не ощущала себя настолько брошенной всеми, как сейчас.

Хотелось думать, что они поверят. Что «съедят».

— Ты меня удивляешь. Девочка. — Генри жутко улыбнулся. — Как-то даже обидно, что тебе с самого начала было срать, он будет с тобой или я, ну да похуй.

— Тебе тоже срать — я или Аделина. — Йорфер развела руками. — Так что нечего обижаться. Кстати… — она прикрыла глаза. Даже если они сейчас её отпустят, в любом случае нельзя будет принимать никаких поспешных решений. А значит, некоторое время придётся играть относительно знакомую роль. И в эту роль входит «отбеливание» репутации мужа перед его дружками. — Нолан правда всё наше знакомство… прямо обычный. Спокойный, уравновешенный мужчина. Если бы не таблетки, я бы даже не подумала, что с ним что-то не так.

— Таблетки? — спросил кто-то из стаи.

— Успокоительное. — Генри нервно улыбнулся. — Он иногда пьёт успокоительное. Что ж… рад это слышать.

Буря в глазах постепенно затихала. Похоже, Альфа «сожрал» слепленную на ходу легенду. Слепленную из адреналина, подсознательных выводов и случайных фраз, вырванных из подслушанного диалога. Получилось. Сработало.

— А что ты тогда так трясёшься? — Генри вновь подозрительно прищурился. — Я думал, ты сейчас бросишься бежать. Был в этом уверен.

— Передо мной — пару десятков взрослых оборотней, которые думают, что я раскрыла их секрет. Я думала, вы меня убьёте, или типа того. Это, мягко говоря, пугает. — Марлен опять закатила глаза.

— Нет, — Альфа задумчиво хмыкнул. — Ты бы доставила море проблем, если бы ринулась прочь. И я бы заставил тебя замолчать. Но не смертью — иначе какой я друг после этого? Если решу убить жену своего Беты. У меня были бы другие методы.

— Не стоит спрашивать, какие, да? — девушка сжала кулаки. Всё внутри натянулось. Так сильно, что едва не трещало.

— Не стоит, — Генри сложил руки на груди.

— Ладно. Вопрос исчерпан, я надеюсь? Пойду соберу ягод и вернусь к любимому, — Марлен попыталась мило зажмуриться, но получилось, скорее, нервно.

— Иди, — Альфа отвернулся и добавил: — Напоминаю, Нолан не должен знать о том, что ты знаешь. Иначе у тебя будут большие неприятности.

— Я осознаю этот факт, Генри, — сквозь зубы пробормотала девушка. — Пойду за ягодами. И порыдаю от напряжения, потому что вы меня напугали до потери сознания. Нолану скажу, что испугалась, потому что заблудилась.

— Молодец. Умная девочка. — Раздался голос позади, когда Йорфер развернулась и пошла прочь. Но эти слова не заставили остановиться снова.

Стеклянный взгляд изучал ветки под ногами, под ногами раздавался их хруст. Кончики пальцев по-прежнему кололо, что-то внутри болело, стало трудно дышать. Но, почему-то, прямо сейчас слёз не было. Словно шок, страх и стыд были так сильны, что внезапно обрубили все чувства в теле, чтобы их носительница не сошла с ума.

Всё не так. С самого начала.

Любимый Генри подарил её лучшему другу, когда тот попросил. А тот… попросил. Ему было плевать на её мечты, планы, влюблённость, он просто сказал: «Отдай, симпатичная, моя будет. У неё ещё сестра есть, сестру возьмёшь». А потом прикинулся благодетелем, чтобы вызвать хоть какие-то чувства. Хотя бы… благодарность.