И вот в то воскресенье, двадцать четвертого числа, я начал активную охоту на Колодцы.

С того дня я быстро вошел в привычный ритм. Каждое утро я просыпался, заботился о Хоббсе, затем завтракал, рассматривая карту и решая, куда пойти - у меня еще не было четкого представления о лучших местах для поиска, поэтому я старался охватить как можно больше. Я уходил около девяти, чтобы не попасть в час пик, искал до часу, потом возвращался домой к обеду и проводил вторую половину дня, упражняясь с сиглами, изучая каталог или занимаясь исследованиями. После захода солнца я ужинал и отправлялся на второй за день поиск, возвращался домой около полуночи, ложился спать и начинал все заново на следующее утро.

Это была тяжелая работа, но я получал от нее удовольствие. Апрель - это время, когда в Англии все начинает прорастать и расти, и деревья, которые в начале месяца были голыми, теперь покрылись зеленью. Вишни были в полном цвету, оставляя россыпи лепестков на тротуарах и в водосточных канавах, а колокольчики и нарциссы были яркими цветовыми пятнами в парках. Погода стояла прекрасная, и я носился взад и вперед по восточному Лондону, наслаждаясь красотой лондонской весны.

Единственное, что мешало мне быть по-настоящему счастливым, - это отсутствие денег. Банковский баланс словно невидимая цифра висел у меня над головой, неуклонно сокращаясь и заставляя меня продолжать поиски в надежде на передышку. Но удача была не на моей стороне, и, хотя я нашел несколько колодцев, все они были либо заперты и недоступны, либо пусты. Каждый вечер я возвращался домой с пустыми руками, и с каждым днем цифра на моем банковском счете уменьшалась все больше.

В среду днем я вернулся домой с хорошими новостями: по электронной почте пришло сообщение о том, что мое заявление на получение статуса "зарегистрированного поисковика" для Линфорда было одобрено. В связи с этим у меня теперь были данные для входа в реестр Колодцев.

О реестре Колодцев я читал на сайте Линфорда: это была своего рода официальная запись, которая определяла, у кого есть права на пользование Колодцем. Сейчас у меня был доступ только для чтения, чем я немедленно и воспользовался. Интерфейс был достаточно прост: вы просто прокручивали карту Соединенного Королевства, нажимали на нужное место и отправляли запрос на информацию. Приложение приостанавливалось, пока просматривало базу данных, а затем выдавало результат: "зарегистрировано" или "нет данных".

Я проверил несколько случайных участков улицы и получил результат "нет данных", а затем прокрутил страницу до церкви отца Хоука. Значок "размышления" в приложении покрутился недолго, после чего церковь вспыхнула фиолетовым цветом как "зарегистрированная". Особняк Эшфордов тоже стал фиолетовым. Я попробовал еще несколько случайных мест, прежде чем ввел координаты своего собственного Колодца. В результате появилась серая надпись "нет данных", означавшая, что никто больше не знает о нем. То же самое относилось и к Колодцу в Ченнелси.

Ладно, с этой частью вроде бы все получилось. Оставалось выяснить, как зарегистрировать Колодец самостоятельно.

В приложении была кнопка "Заявить", но она была закрашена серым цветом. Я попытался активировать ее и получил сообщение о том, что мне нужен проверочный код. Как я мог получить такой код?

Я вернулся к электронному письму от Линфорда и прочитал написанное мелким шрифтом.

"Эй, эй, бегун вернулся!"- крикнул Феликс, когда я вошел в паб. "Ты что, ускользнул от телефонных ищеек?"

"Я же говорил тебе, что не бегаю от коллекторов", - сказал я Феликсу, присаживаясь на скамейку.

"Мог бы меня одурачить", - сказал Колин.

Сегодня были только я, Феликс и Колин. Отношения Габриэля с его не-девушкой (что ни для кого не было сюрпризом) потерпели крах, и Киран помогал ему собирать осколки. Я взял стакан воды и села за наш обычный столик.

"Так что на этот раз?"- спросил Колин. "Ты снова перестал есть?"

"Дело не в этом", - ответил я ему. "Это из-за работы в Линфорде".

"Ты все еще этим занимаешься?"

"Он сказал об этом на прошлой неделе", - сказал Феликс, зевая.

Я никогда не понимал, насколько большим секретом должен быть Друкрафт. Отец говорил, что нужно быть осторожным, но он также говорил, что можно иногда рассказывать людям, если я доверяю им и соблюдаю осторожность. В прошлом я признавался Колину и остальным, что занимаюсь друкрафтом, но только в том смысле, что это было какое-то странное хобби, которым я занимался в свободное время. Однако с прошлой недели я начал менять эту ситуацию. Я рассказал Колину и Феликсу о Линфорде и о том, как они будут платить за месторасположение Колодцев, хотя и старался не раскрывать никаких подробностей.

Но с подробностями или без них, я знал, что, сказав Колину и Феликсу о том, что пытаюсь получить настоящую работу в Друкрафте, я переходил черту. Проблема заключалась в том, что я не знал, где именно находится эта черта и что произойдет, если меня поймают по ту сторону. Однако сейчас я чувствовал себя настолько подавленным, что был готов пойти на это. Мне нужно было с кем-то поговорить, а эти ребята были моими самыми близкими друзьями.

"Мое заявление одобрили", - сообщил я Колину. "Они говорят, что я могу начать, но..."

"Но что?"

"Они взимают с меня плату, прежде чем я смогу работать", - неохотно признался я.

"Конечно, взимают", - весело сказал Феликс.

"Сколько?"- спросил Колин.

"Сто тридцать фунтов за подачу заявления на лицензию, сто восемьдесят фунтов за выдачу лицензии, затем сорок фунтов за обработку", - сказал я ему. "Плюс еще шестьдесят за проверку биографии и кредитоспособности".

"Звучит примерно так", - сказал Феликс. "Помнишь, как Киран подписывал контракт с Uber? Ему тоже пришлось заплатить за все это, и еще сотню за частного врача".

"Как кто-то может позволить себе все это, если он еще не зарабатывает?"

"Влезть в долги", - подсказал Феликс, пожав плечами. "Это как со студенческими займами, не так ли? Они хотят, чтобы ты был на крючке, чтобы ты работал усерднее".

"Хорошо", - сказал Колин. "Я не хочу показаться более циничным, чем Феликс..."

"Спасибо, - пробурчал ему Феликс, делая глоток.

"Но разве ты не должен быть привычен к таким вещам?"- продолжал Колин. "Я имею в виду, сколько лет ты работаешь?"

Я молчал. Потому что, конечно, Колин был прав: большинство моих работ так или иначе меня обманывали. Бар в Хокстоне неделю за неделей недоплачивал мне, а когда я пожаловался, менеджер ехидно предложил, что разницу я должен компенсировать чаевыми. В колл-центре у всех были плановые показатели на месяц, и если ты не выполнял их, то должен был работать сверхурочно без оплаты, пока не выполнишь. Государственная служба была лучшей из плохих, и даже тогда агентство ясно дало понять, что, если я буду слишком часто брать больничные, меня уволят.

"Я подумал, что компания друкрафта может отличаться от других", - сказал я наконец.

"Что?"- спросил Колин. "Ты подумал, что компания, продающая поддельное дерьмо, будет лучше?"

Колин всегда был из тех, кто считает, что если что-то нельзя измерить, то этого не существует, и я знал, что он воспринимал друкрафт как шутку. Это значит, что мне никогда не приходилось сильно беспокоиться о том, что он узнает, что это реально, но время от времени это немного раздражало. "Это не подделка".

"Если ты так говоришь, чувак", - вздохнул Колин. "Ну что, теперь, когда цветок увял, ты подумываешь о том, чтобы вернуться к нормальной работе?"