Скорее всё постепенно собиралось вокруг одного объекта — живого организма.

Именно это мне сейчас и было нужно.

Не робототехника. Не материалы. Всё это никуда не денется.

Если получится то, ради чего я вообще сюда полез, времени потом будет достаточно.

А сейчас стоит хотя бы один раз не хвататься за всё подряд.

Я открыл ещё пару университетов из списка.

Один оказался очень близок к Кастору, но лабораторная практика начиналась заметно позже.

В другом можно было намного свободнее собирать собственную программу, зато часть необходимых мне дисциплин приходилось добирать отдельно.

Плохими они не были.

Просто каждый раз находилось для меня какое-нибудь «но».

Через некоторое время я вернулся к Кастору.

— Веста.

— Да?

— Покажи ещё раз их исследовательские направления.

Передо мной раскрылся список.

Я медленно пролистал его.

Клеточная биология.

Генетика.

Регенеративная медицина.

Исследования старения.

Вот на последнем я остановился.

Конечно, это ещё не означало, что там кто-то сидит и разрабатывает бессмертие.

Скорее наоборот. Судя по описанию, занимались вполне конкретными вещами: механизмами возрастных изменений, восстановлением функций тканей, накоплением повреждений, нарушениями клеточной регуляции.

Но именно с таких конкретных вещей всё и начиналось.

Я свернул список.

— Похоже, это подходит больше всего.

— Кастор соответствует заданным вами требованиям лучше остальных представленных вариантов.

— Я тоже заметил.

Несколько секунд ещё смотрел на главную страницу университета.

— Ладно. Что у них там с поступлением?

Веста открыла раздел для поступающих. Пробежался глазами по первым строкам.

Потом вернулся обратно. Прочитал внимательнее.

Улыбка постепенно исчезла.

— Ага.

Требования оказались заметно серьёзнее, чем я надеялся.

Для поступления нужно было подтвердить базовую подготовку сразу по нескольким направлениям. Биология, химия, математика, работа с данными, основы экспериментальной методологии. Отдельно проверялось умение разбирать результаты исследований и понимать, насколько вообще из них можно делать заявленные выводы.

Я открыл подробное описание первого блока.

С биологией ещё ладно. Большую часть перечисленных тем я хотя бы уже начал проходить.

Химия выглядела хуже.

Математика сначала вообще не испугала. Всё-таки с ней я дружил куда лучше. Потом открыл примеры и быстро понял, что одной моей старой базы здесь тоже будет недостаточно. Часть методов я видел впервые, другие знал только настолько, чтобы понимать название.

Дальше шёл анализ данных.

Потом экспериментальная методология.

Вот здесь список незнакомого снова начал расти.

— Веста, это минимальные требования?

— Да.

— Прекрасно.

Продолжил читать.

Само поступление состояло из нескольких этапов. Сначала проверка фундаментальных знаний. Затем задачи, где нужно было не просто дать правильный ответ, а объяснить ход решения. Последняя часть была связана уже с исследовательской работой: анализ предложенного эксперимента, поиск ошибок в его построении, оценка полученных данных и предложение дальнейших действий.

Вот последнее мне даже понравилось.

По крайней мере там проверяли не то, насколько хорошо человек умеет запоминать материал.

Я открыл несколько примеров прошлых вступительных заданий.

Первое по биологии смог хотя бы понять.

На втором пришлось открыть справку.

Третье было по химии.

Закрыл справку.

Открыл другую.

Минут через пять вернулся к заданию и понял, что всё равно не знаю, с какой стороны к нему подойти.

Следующий пример оказался проще.

Потом попался анализ эксперимента. Здесь я уже чувствовал себя увереннее. Нашёл несколько очевидных проблем, ещё одну заметил только после того, как перечитал условия второй раз.

Ответ сверил.

Две нашёл правильно.

Ещё три пропустил.

Откинулся назад.

Картина была понятна.

Совсем безнадёжно я не выглядел. Где-то мог нормально рассуждать, где-то помогал старый опыт, где-то уже работало то, что успел изучить за последние недели.

Но дыр было слишком много.

Особенно там, где требовались знания, которые нельзя было заменить общей логикой.

Я снова посмотрел на сроки подачи.

До ближайшей проверки оставалось немного времени.

Можно было, конечно, отложить всё и сначала несколько месяцев готовиться.

Только я пока даже не понимал, насколько мои представления о собственных пробелах совпадают с реальностью.

Примеры давали общее представление. Настоящая проверка могла показать куда больше.

— Веста, когда ближайшая дата вступительных испытаний?

Она вывела дату.

Я посмотрел на неё несколько секунд.

— Запиши меня.

— Подтвердить регистрацию?

— Подтверждай.

На экране появилось уведомление.

Готово.

Теперь хотя бы узнаю, насколько всё плохо на самом деле.

До вступительного испытания оставалось чуть больше недели. За это время я не пытался совершить чудо: просто прошёлся по тем местам, где на примерах совсем ничего не понимал, освежил математику и немного глубже залез в химию. Особого смысла пытаться за несколько дней закрыть все пробелы всё равно не было.

В назначенное время сел за терминал и открыл приглашение. Перед началом система ещё раз проверила личность, оборудование и помещение, после чего убрала всё лишнее с экрана и оставила только первое задание.

Началось с биологии. Здесь было терпимо: несколько вопросов прошёл довольно быстро, на одном пришлось посидеть подольше, но в целом хотя бы понимал, что от меня хотят. Потом пошла химия, и вот тут темп сразу просел.

Первую задачу ещё разобрал. Во второй почти сразу встретил метод, который успел посмотреть только мельком. Условие я понял и даже примерно представлял, что происходит, а вот нормально рассчитать результат уже не мог. Несколько минут покрутил данные, попробовал зайти с другой стороны и в итоге оставил промежуточное решение, чтобы не тратить всё время на одну задачу.

Следующая оказалась не лучше. Название процесса было знакомым — я буквально пару дней назад про него читал, — только одно дело знать, что он существует, и совсем другое, когда тебе дают конкретные условия и спрашивают, как изменение одного параметра повлияет на всю систему. Я выбрал наиболее логичный вариант, расписал ход мысли и пошёл дальше, хотя уверенности в ответе почти не было.

С математикой стало немного легче. Часть задач была непривычной, но хотя бы здесь я понимал сам язык. Где-то не знал конкретного метода, зато мог попробовать добраться до решения через то, что уже умел. Получалось не всегда, но хотя бы не было ощущения, что передо мной текст на неизвестном языке.

Настоящие проблемы начались ближе к концу.

Передо мной появилось описание эксперимента: несколько групп образцов, условия проведения, метод измерения и полученные результаты. Требовалось оценить работу и указать проблемы, которые могли повлиять на достоверность вывода.

Здесь я уже мог разгуляться.

Я медленно прошёлся по описанию и первые две ошибки нашёл почти сразу. Одна группа отличалась не только по исследуемому параметру, а в нескольких измерениях использовались разные условия. Ещё немного подумал и заметил проблему с количеством повторов.

Потом перечитал всё сначала. Что-то ещё здесь явно было.

Один из результатов слишком сильно выбивался из остальных. Первой мыслью было просто исключить его из выборки, но я вовремя остановился. Слишком просто. Ошибка измерения? Особенность образца? Нарушение процедуры? Из условия это определить было нельзя, поэтому так и написал: исключать значение без дополнительной проверки нельзя, сначала нужно понять причину отклонения.

Следующий вопрос просил предложить дополнительную проверку. Один вариант пришёл сразу, потом придумал второй и записал оба. На этом блок закончился, и я даже немного расслабился.