— А кто тогда? — было видно, что президент не верит ни единому слову.

— Я не знаю.

— Вы лжёте!

— Нет, — До Кён снова покачал головой, чувствуя себя китайским болванчиком. — Но мы заберём его, как и было договорено.

— А вот уж нет! — президент оттолкнул руку До Кёна и встал, нависнув над ним. — Сюда уже мчатся медики! Вы не посмеете отказать ему в получении первой помощи!

До Кён хотел что-то возразить, но понял, что президент прав. Стоит сейчас проявить показное малодушие, как его заклеймят, и потом будет очень сложно работать. А этого допустить было нельзя.

Кое-как До Кён выдавил из себя улыбку.

— Хорошо, я поеду с ним.

— Вы же не думаете, что он сможет убежать.

— Я знаю, на что он способен, — возразил До Кён, но сам понял, что голос его звучит не особо убедительно.

Дело в том, что он почувствовал пульс парня, и тот действительно был очень и очень слаб. Однако, повинуясь какому-то порыву, До Кён окунул указательный палец в лужу, растекающуюся под Гису и поднёс окровавленный палец к носу. А затем даже лизнул его. Кровь как кровь, самая настоящая.

— Да вы что, в самом деле, — президент смотрел на него с некоторой брезгливостью, — действительно думаете, что такое можно подделать?

— Вы не видели, откуда стреляли? — поднимаясь, спросил До Кён.

— Понятия не имею, — ответил президент. — Кажется, откуда-то с задних рядов, но это не точно.

— Осмотрите задние ряды, — распорядился До Кён подошедшим к нему подручным. — Ты и ты. Остальные со мной.

Зал к тому моменту практически опустел. На сцену выбежали медики с носилками. Они работали невероятно оперативно. Они поставили носилки рядом с Гису, аккуратно подхватили его и переложили на них. Всё в течение буквально двух секунд.

— Я еду с вами, — сказал До Кён медикам.

Но те на него даже не взглянули, совершая безумно быстрые манипуляции над бесчувственным телом. Причём, действительно над бесчувственным. Когда его грузили на носилки, было ощущение, что грузят безвольную куклу. Человек так при всём желании сделать не сможет. А тут складывалось впечатление, что костей внутри конечностей Гису просто не осталось.

Носилки уже укатывали прочь за кулисы. До Кён поспешил за ними, но один из медиков остановил его.

— Мы никуда и не едем. Хирургия через дорогу. Дойдёте сами.

И поспешил вслед за носилками. До Кён оглянулся, увидел президента в окружении телохранителей, своих подручных и друзей Гису Хегая, столпившихся у сцены со взглядами замершими на луже крови. И после этого ринулся вслед за медиками их носилками на колёсах.

— Мы срочно едем туда! — Метёлка уже обувалась, держась за косяк.

Такой стремительности Лиза от неё совершенно не ожидала.

— Куда? В зал награждений?

— Ты что, сдурела? В хирургию! Она там, напротив!

Машина уже ждала их внизу. В другой раз Метёлка не стала бы брать с собой Лизу, но на этот раз так уж вышло. Она даже не подумала, что девушку можно отослать.

Через полчаса они уже были возле больницы. Тут столпилось подозрительно много народу. Метёлка даже увидела людей Топора, но самого его на месте не было.

Так же тут были школьники, судя по всему, друзья Гису. На место прибыли и люди самой Метёлки. Их можно было вычислить по абсолютно безмятежному выражению на лицах.

Но ещё тут были чужаки. Причём, вооружённые чужаки. И возглавлял их некто столь незапоминающейся наружности, что Метёлка даже не сразу обратила на него внимание, несмотря на всю свою подготовку.

Она стремительно влетела в приёмный покой и обратилась к персоналу.

— В последние полчаса к вам поступил юноша. Что с ним?

— Подождите, — сказали ей у стойки регистрации. — Вы законный представитель?

— Нет, я друг. Разве это важно?

— Там целая толпа друзей, — женщина за стойкой пожала плечами. — Ждите, вас оповестят.

— Надо понимать, есть ли хоть какие-то шансы и чем можно помочь? Может быть, нужны какие-то препараты?

— Всё необходимое у нас есть, — женщина покачала головой. — Лучше идите, дожидаться результатов на улицу. Я вам всё равно ничем не помогу, а тут вам лучше не находиться.

— Да вашу ж… — прорычала Метёлка и уже развернулась, чтобы идти на улицу. — Оказывается, есть ещё места, где моё слово ничего не значит.

И тут в одном из коридоров послышались шаги. Метёлка замерла и обернулась. По коридору шёл врач, халат которого был покрыт свежими красными пятнами. Он подошёл к женщине за стойкой регистрации, что-то сказал ей, а затем зашёл в дверь для персонала, где, судя по всему, хотел переодеться.

Метёлка еле сдержалась, чтобы не рвануть за ним. И тут её подозвала та самая женщина, которая рекомендовала дождаться результатов на улице.

— Извините, — проговорила она, и тон её стал заметно мягче, что совсем не добавило Метёлке оптимизма, — вы же по поводу Гису Хегая пришли, так?

— Да, всё так, — женщина напряглась, чувствуя, как собирается, словно взведённая пружина.

— К сожалению, мы ничем не смогли помочь. Гису Хегай умер, не приходя в сознание. Нам очень жаль, примите наши соболезнования.

— Нет, — Метёлка качала головой, отказываясь верить в то, что слышит. — Этого не может быть.

— Это всегда тяжело, — женщина была явно привычна к подобной реакции. — Но поверьте, мы сделали всё, что могли. И сообщите, пожалуйста, остальным. Или мне это сделать?

— Да-да, — Метёлка развернулась и пошла на улицу.

Но в дверях ей встретился тот самый невзрачный. И у Метёлки проскочила мысль, а уж не он ли стоит за всем произошедшим. Решив побольше понять, она задержалась.

Мужчина говорил негромко, но, видимо, ему очень не понравилось, сказанное женщиной, потому что он весьма громко заявил:

— Нет! Этого не может быть! Я должен видеть его тело!

Женщина невозмутимо продолжала ему что-то объяснять, явно не собираясь идти на поводу этого человека, считавшего, что перед ним открыты все двери.

Метёлка хмыкнула.

— Что ж, есть двери одинаково закрытые перед всеми.

После чего вышла на улицу. Первым делом она нашла взглядом Лизу. Та, в свою очередь, сверлила взглядом парня, стоящего в компании друзей Гису. И этого парня Метёлка знала. Когда-то Гису и просил Лизу для перевоспитания этого самого парня. Впрочем, это не её дело.

Тут к Метёлке двинулся один из ребят. Как она помнила, его звали Чан Ан.

— Как он? — спросил он, подойдя почти вплотную.

Метёлка лишь покачала головой.

— Что⁈ — воскликнул Чан. — Не может быть! Это же Гису, он не может просто так…

— Извини, я сама в шоке.

— Но… — парень запнулся, затем развернулся и, не прощаясь пошёл к своим.

По реакции встретивших его девушки и других ребят, она поняла, что для них происходящее — тоже является сильнейшим шоком.

Да, она и сама не могла предположить, что всё так закончится. Нелепо, глупо, непонятно.

Хуже всего, что произошло всё на закрытой и сверхохраняемой территории. А это означало, что ни малейшего доступа к расследованию у неё не будет. Там всё будет расследовать секретная служба, и результаты, скорее всего, засекретят.

А жаль, было бы интересно, кто смог пробраться почти вплотную к президенту, чтобы устранить героя страны, да ещё и на его награждении.

Метёлка призналась самой себе в том, что у неё было ощущение нереалистичности происходящего. Но факты оставались фактами. И теперь им предстояло жить в новой реальности. Там, где нет Гису Хегая.

Она позвала Лизу, и они поехали обратно.

Чан отказывался верить в то, что сказала ему Метёлка. Он и глазам-то своим отказывался верить, когда явно видел, что Гису упал и истекает кровью.

Самое главное, что, казалось, никто не видел, кто произвёл выстрел. Всё внимание было сосредоточено на награждении и странных людях, не сводивших с Гису глаз. Впоследствии, анализируя всё случившиеся, Чан пришёл к выводу, что для этих людей произошедшее тоже стало неожиданностью.