Чан некоторое время покопался в отчётных документах компании, которые были в открытом доступе и потёр глаза, уставшие от монитора.

— Да уж, тут бы мощный аудит не помешал, — пробормотал он.

И действительно, при достаточных объёмах продаж, прибыль компании оказывалась более чем скромной. Это совершенно точно неспроста.

— Кто-то стремился вывести активы? — предположил Чан и сосредоточил своё внимание на компаньоне Ок Докчхона.

Пё Тэсон учился вместе с Ок Докчхоном со старшей школы, а в университете они начали совместный бизнес. И какое-то время оба вкладывали в него все свои силы. Вот только с вполне определённого момента у Пё Тэсона стало появляться всякое. Отличная машина, квартира в престижном районе и так далее.

По сути Чан мог сказать, что дело решено. В бизнесе, если нет единой руки управления, всегда находится кто-то, кто решает воспользоваться плодами общего дела в собственных интересах.

Но ему оставался неясен ещё один момент. Как так получилось, что Ок Докчхон остался и вовсе у разбитого корыта? Дело в том, что на данный момент его предприятие находилось на стадии банкротства.

И вот тут ему сильно помогли социальные сети. Несмотря на то, что страница самого Докчхона была сильно почищена, там нашлись фотографии, как с бывшим партнёром, так и с девушкой.

Страница же бывшего компаньона просто изобиловала фотографиями, особенно новыми. И вот там уже фотографий той самой девушки было просто немерено.

Чан откинулся на спинку кресла и задумался. По сути, Пё Тэсон не только бизнес забрал у друга, но и его девушку. Это было настолько подло, что Чан даже скривился. Внутри вскипела праведная злость, требующая справедливости.

На данный же момент ни о какой справедливости речи не шло. На Докчхоне висели многомиллиардные долги, и его жизнь не предвещала ничего хорошего.

— И что ты хочешь от меня, Гису? — вслух проговорил Чан. — Он сам влетел в эту яму, и всех моих средств не хватит, чтобы его оттуда вытащить.

Однако всегда должен иметься выход. Возможно, у Докчхона остались хоть какие-нибудь активы. И потом, он всё-таки предприниматель, а это означало, что он примерно понимает, как зарабатывать деньги.

Это соображение подвигло на Чана. Он быстро придумал легенду для себя и выдвинулся по адресу, который передал ему Гису.

Когда Чан позвонил в дверь, за ней не послышалось ни единого звука в ответ. Ушёл? Но Чан почему-то так не считал. Человек, попавший в подобную ситуацию, скорее всего пребывает в состоянии глубочайшей депрессии. Вряд ли он отправится на прогулку в парк.

Другое дело, что уже могло случиться непоправимое. Хотя нет, если человек попросил о помощи, то в нём до сих пор жива надежда. А это значит, что он хватается за жизнь изо всех сил.

Тогда Чан принялся стучать в дверь изо всех сил. Это должно привести человека в себя.

Наконец, за дверью послышались мелкие шаркающие шаги, а слабый голос произнёс:

— Кто там?

— Я из программы аудита, — как можно более серьёзно проговорил Чан. — Мне нужно проверить кое-какие параметры, касающиеся вашего предприятия.

Не сразу, но всё-таки щёлкнул замок и дверь приотворилась.

— Я вас слушаю.

— Могу я поговорить с вами?

— Если вы по поводу морозильных шкафов, то я их сегодня же отдам, — проговорил человек, на что Чан приподнял бровь.

— Нет, мне поручено узнать о вашей ситуации в целом. В зависимости от этого будут приниматься решения в отношении вас.

Ок Докчхон молчал. Затем сделал движение и распахнул перед Чаном дверь. Тот зашёл внутрь квартиры, где чувствовался слабый запах алкоголя. Но первым в глаза бросилось распахнутое окно.

Чан решил, что он вовремя. Теперь требовалось понять, какая ситуация на самом деле, и что нужно предпринять.

— Должен признаться, — негромко проговорил Докчхон после того, как Чан уселся на предложенный ему стул. — Это я во всём виноват. Мои неверные решения привели меня в столь плачевное положение.

— У вас же есть компаньон, — заметил на это Чан.

— Был.

— Что случилось?

Докчхон вдохнул было, чтобы быстро что-то ответить, судя по всему, обелив партнёра, но всё же выдохнул, ни сказав не слова. Но Чан продолжал сверлить собеседника глазами, поэтому тому ничего не оставалось, как начать говорить.

— Он ушёл, присвоив средства нашего общего бизнеса.

— И вашу девушку до кучи, да?

— Откуда вы знаете?

— Мне нужно было понимать, с кем я имею дело. Итак, меня больше интересует, на что вы готовы пойти, чтобы выбраться из той ситуации, в которой оказались.

— То есть вы хотите мне помочь? — с подозрением, но и явной надеждой спросил Ок Докчхон.

— Нет. Но вы сами можете помочь себе. Мне лишь надо понимать, хотите вы этого, или нет.

— Конечно! Конечно, я хочу. Но даже не знаю, с чего начать. Пё Тэсон оставил меня ни с чем. Более того, благодаря ему у меня огромные долги, а из активов — только партия морозильных шкафов, которые напрочь никому не нужны. И линия их производства. Где была моя логика, когда я по совету Тэсона в это вкладывался, не знаю.

— Во сколько можно оценить этот актив?

Докчхон пожал плечами и покачал головой вместо ответа. Было ясно, что он из-за всего остального даже не задумывался над этим вопросом.

— Мне нужна эта информация, — сурово проговорил Чан. — Поймите, сейчас идёт речь о том, чтобы обойтись без самых суровых мер.

— А разве такое бывает?

— Всякое бывает, — ответил на это Чан. — Иногда случаются чудеса.

— Чудеса? — переспросил Ок Докчхон, и в его глазах блеснуло какое-то воспоминание.

— Напишите мне, что за оборудование, за сколько вы его взяли, и какова его стоимость на рынке. А мы с вами потом обсудим всё остальное. Одно могу сказать: отчаиваться пока рано. Жизнь иногда изменяется очень круто и в одно мгновение.

В глазах у Докчхона блеснули слёзы.

За бесконечным потоком чужих желаний я постепенно забыл, что в очень скором времени меня ждёт приём у президента, который обещал стать очень непростым во всех смыслах.

Но сплошной поток абсолютно разных, иногда совершенно абсурдных желаний меня сводил с ума. И одно из них меня даже заставило напрячься.

«Мне нужен Гису Хегай».

Я даже на какой-то дико короткий момент представил себе, как киллер, нанятый корпорацией, заходит в какую-то компьютерную игру и проходит там квест, где в конце загадывает желание найти свою жертву.

Да, некоторые желания действительно опасны, и выполнять их не стоит. Правда, с этой картинки я всё-таки сильно поржал. Уж слишком неправдоподобной она мне показалась. Хотя, если бы исполнением желаний занимался действительно бог, и не Белькьяу, а какой-нибудь сильный, могло бы и выйти. Или нет?

Есть же у них какие-то правила, и они их придерживаются. Вот Белькьяу молчит, как рыба об лёд, и об их корпоративной этике ни слова. Ладно, сам разберусь.

Через некоторое время я вычислил того, кто написал это желание. Даже не так: потребовал меня. Разумеется, это была Минсу.

Да-да, она пришла в игру и истово молилась, чтобы бог-хомяк выдал меня ей прямо на блюдечке с голубой каёмочкой.

Сначала, памятуя о словах Метёлки, я хотел забить. Ну не время нам сейчас встречаться. О нашей связи скорее всего знают, поэтому за ней могут следить.

Но затем я усмехнулся. Во-первых, я сам вполне смогу вычислить слежку, если таковая вообще будет. А во-вторых, будет ли у Белькьяу ещё более преданный фанат, чем Минсу, если её желание исполнится?

Я взял в руки телефон, чтобы набрать её номер. Но затем положил обратно. Ведь всё должно выглядеть так, что исполнилось её желание. Тогда я зашёл в форму с обратной связью и написал:

«Надуй щёки и считай про себя до ста. Он сам выйдет на связь».

Ну вот, теперь нормально. Можно было успеть приготовить себе чаю и придумать ещё какие-нибудь моменты. Например, надо было подключить к звонку нейросеть, чтобы изменить голос. Мелочь, но хорошо работает против прослушки.