— Пачку сливок и банку сахара, — ответил Мартин. Он поймал на себе наши удивленные взгляды. — Что? Добавлю их в кофе, это тоже калории.

Официант ушел. Пол Фримен тем временем перелил вино из бокала в кружку с кофе, помешал напиток ложкой. Отложил ее, попробовал напиток на вкус и улыбнулся, чуть не дернувшись от наслаждения.

— Итак, господа. Я партнер компании «Нью-Лайн синема». Как вы наверняка знаете, мы специализируемся на небольших экранах по всей Америке. Студенческие кампусы, независимые кинотеатры и так далее. Еще полгода назад я бы отказал вам, только услышав о жанре вашей картины. Боевик, верно?

— Да, именно, — сказал Мартин. — Но с социальной подоплекой. У нас история о ветеране, который не может найти себя и мстит за убитую жену.

— Звучит весьма… банально, — Пол отодвинулся от стола, растянулся на стуле и сложил нога на ногу. — Но я не сужу о фильме, не увидев его. С таким сюжетом нам придется извернуться, чтобы написать такой синопсис, который заинтересует зрителя.

— Пол, ты сказал, что раньше боевик тебя бы не привлек. Что изменилось?

— Я — всего лишь партнер фирмы, один из тех, кто ищет для нее фильмы. Раздаю везде свои визитки и ищу таланты, если так можно выразиться. «Нью-Лайн синема» всегда специализировалась на умном кино, но недавно политика фирмы изменилась. Мистер Шей решил, что нам пора расширяться и захватывать рынок менее… изысканными жанрами. Вроде боевиков. Недавно компания даже выпустила свой первый фильм, «Трюки» называется, он собрал кое-какие деньги.

— Получается, нам повезло, — подал голос Кристофер.

— В некотором роде, да. Если ваш фильм качественный, мы поможем с экранами. Остается его только посмотреть.

— Сразу скажу: мы его сняли на восемь миллиметров и расширили на оптическом принтере до шестнадцати, — немного стыдливо произнес Мартин.

— Шестнадцать миллиметров — это не проблема. Мы немало фильмов в этом формате пускаем в прокат. И они даже приносят хорошие деньги. А как ваш фильм называется?

— «Отпор», — сказал я. — Его особенностью стали трюки. Я их сам выполнял. Мы разбили машину, избили кучу людей, все выглядит крайне натурально, почти документально. Мы даже думали, что рекламную кампанию можно раскрутить вокруг этого момента.

— О рекламе еще рано говорить, мистер Клейтон, — Пол поднял ладонь, мол, придержи коней. Удивительно, что он запомнил мою фамилию. Профессионал, сразу видно. — Впрочем, все наши обсуждения ничего не стоят. Я просто хотел посмотреть на вас, познакомиться, оценить. Вы не представляете, сколько вокруг клоунов, которые хотят познакомиться с продюсером, но у которых на руках нет никаких карт. Ни ролей, ни резюме, ничего. Вы же не такие люди, верно?

Мартин поставил на стол портфель, отщелкнул застежки, откинул клапан — и вынул наружу контейнер с «Отпором».

— Мы не дурачки какие-то, мистер Фримен, у нас есть фильм, — сказал Мартин, дав своей интонацией понять, что он оскорблен. — И мы верим в его потенциал. Это будет хит.

— Неужели? — Пол хищно улыбнулся. — И чем вызвана эта уверенность?

— Я… — начал Мартин. Но Пол его тут же перебил.

— Сколько копий вы уже продали кинотеатрам? Сколько денег фильм принес? За какие сроки? Как вообще идет прокат?

Я посмотрел на Мартина, Мартин — на меня. Я пожал плечами.

— Нет никакого проката, — сказал режиссер. — У нас нет денег на производство копий.

— Даже на десять копий денег нет? — продюсер прикончил кофе и поставил кружку на красную салфетку.

— Только на две. Мы поэтому и стали дистрибьютора искать, потому что сами прокат не потянем.

— О, да? И какой у вас бюджет? — Пол высокомерно ухмыльнулся. — Десять центов и банка пива?

— Ну, мы не считали деньги… Тысяч пятнадцать. Какая разница, если фильм хороший?

— Мистер Гловер, фильм за пятнадцать тысяч долларов не может быть хорошим. Это идиотизм, и вам это хорошо известно, не так ли? Или вы не в курсе современных расценок?

— Слушай, да, это не блокбастер, — быстро и пламенно говорил Мартин. Слова продюсера его явно задели. — Деньги мы сэкономили благодаря связям, благодаря своему энтузиазму. Как уже сказал Джош, он сам делал свои трюки, мы не нанимали каскадеров, а какие там трюки — это надо видеть, он с крыши спрыгнул, тачку полицейскую разбил, у нас там даже погоня есть, драки кровавые. Это видеть надо, говорю тебе, это хит.

— И снимали вы наверное все с одного дубля, потому что денег на пленку не было? Можешь не отвечать, это и так понятно. И фильм наверняка зернистый, потому что вы его растянули из нищего формата.

— Недостатки формата можно выдать за изюминку! Это не проблема, а художественная особенность! — Мартин нервными движениями заснулу катушку обратно в портфель.

Мне совсем не понравилось, как этот хмырь наехал на Мартина.

— Сбавь обороты, мистер Фримен, — с угрозой сказал я и указал Полу в переносицу. — Я за этот фильм чуть человека не убил, это серьезное дело.

— Это угроза? — он поднял бровь.

— Тебе никогда не угрожали? Угроза совсем иначе звучит. Могу продемонстрировать.

— Нам всем нужно успокоиться, — вмешался Крис. — Пол по факту нигде не ошибся, у нас и правда дешевый фильм. И у нас нет никаких гарантий, что фильм может принести кассу.

— Вот он, самый здравомыслящий человек здесь, — Фримен подвинулся поближе ко столу. — Мне жаль, что я отнял ваше время. Но мне пора идти. Если, конечно, вам больше нечего сказать.

Я приподнялся с места, чувствуя, как во мне закипает ярость. Кристофер мигом вскочил с места, он подпрыгнул ко мне и буквально вдавил меня обратно в стул, надавив на плечи. Мартин молчал, смотря в одну точку.

— Фильм у нас может и дешевый, но мои партнеры вас не обманывают — лента и правда очень качественная для своих денег, — как можно мягче и деловитее произнес Кристофер. Он говорил своим фирменным голосом теледиктора. — Если вы не готовы рискнуть, может, вы знаете людей, которых заинтересует наше кино? Дадите нам чью-нибудь визитку или подскажете телефон?

— Другую визитку? Да, могу предложить кое-что, — Фримен вынул из внутреннего кармана пиджака несколько визиток, перебрал их, нашел нужную и швырнул ее на стол. — Про «Трому» слышали? Вот они на малобюджетном трэше специализируются. Хорошего дня, джентльмены.

Пол отодвинул стул, проскрипел деревянными ножками по полу, встал и ушел. Никто из нас к визитке даже не прикоснулся, мы сидели, погруженные в тяжелую тишину. Настроение улучшила еда — официант расставил доски перед нами с вилками и тарелками. У меня потекли слюни, когда я увидел свой бургер. Рядом встал огромный кофейник Мартина почти на четыре литра.

Мы поели молча, каждый думал о своем. Когда официант вернулся, предложив нам счет, я спросил у него:

— А что это за постеры у вас на стенах? Не могу понять, я не видел эти фильмы.

— Потому что это не фильмы. Это ж театральные постановки.

— И по какому критерию вы их отобрали?

— Это идея владельца. Если постановка с треском проваливается, мы вешаем ее постер. У нас здесь коллекция эпичных провалов. Вот «Келли», например, там было всего одно представление, они закрылись в день премьеры, представляете? А самое смешное, это, наверное, «Завтрак у Тиффани», она даже до премьеры не дошла, ее закрыли еще на превью. Умора, да?

— Да уж, — невесело сказал Мартин. — Обхохочешься…

Закончив с завтраком и расплатившись, мы посидели немного. Никто из нас к визитке даже не притронулся. Смелость на себя взял Кристофер. Он поднял ее, прочел имя очередного неизвестного мне человека и фирму, которую тот представлял.

— «Трома», значит? — Мартин качнул головой. — Это издевательство. Они же и правда бракоделы. Секс-комедии для самых тупых.

— Давайте прямо сейчас им позвоним, — предложил Кристофер. — Почему бы и нет? Какие еще варианты?

— Попробовать кредит взять и самим фильм распространять. Тысяч пятьдесят нам хватит на первое время, — тихо проговорил Мартин.

— А если фильм не выстрелит? — спросил я. — Как мы этот долг отдадим? Почки продадим?