— Нет, Джон. Не читал…

Этот фильм Карпентер в моей реальности не снял. После провала «Нечто» его уволили с проекта, а в кресло усадили другого режиссера.

Сколько бы я не обсуждал с людьми на площадке судьбу нашего фильма, никто не воспринимал мои слова всерьез. Люди вложили в этот фильм свои души, они старались, рисковали здоровьем, отмораживали себе пальцы в этой канадской глуши, а потому верили — их труд оценят по достоинству. Они просто не могли представить сценарий, при котором «Нечто» потерпит крах.

Наконец, наступил последний съемочный день. Все актеры встали поодаль от декораций, я подошел к режиссеру. Тот отдал команду по рации, и затем все семь камер засняли, как полярная станция взлетает на воздух. По всем декорациям прошелся каскад взрывов, пламя рвалось к небу огненными шарами, по горам разошлось звучное эхо. Казалось, что земля трясется, и кое-кто из актерской группы всерьез переживал, что на лес впереди сойдет снежная лавина.

— Да что за херня? — прошептал Карпентер. — Почему казарма не взорвалась…

Один из зарядов не сдетонировал вовремя. Прошло двадцать секунд, прежде чем последняя постройка не разлетелась в щепки.

Когда техники по рации подтвердили, что в лагере больше нечему взрываться, мы спустились в долину на снегоходах. Нам предстояло закончить фильм последней сценой, в которой мой герой встречает еще одного выжившего. Это был Чайлдс.

Накануне мы с Китом несколько раз спрашивали у Карпентера, кто из нас инфицирован, кто стал Нечто, а кто остался человеком, но так и не получили точный ответ.

— Слушайте, откуда мне знать? Вы оба можете быть чистыми. Либо кто-то из вас заражен. Это может быть Чайлдс, это может быть Маккриди. Вы что, не читали сценарий? — режиссер развел руками. — Носитель может даже не подозревать об этом. Либо один из вас уже стал Нечто и просто притворяется. Кто знает? В этом и фишка концовки.

В итоге мы прислушались к себе. Посоветовались и решили играть так, словно мы одновременно заражены и здоровы. А там уже зритель сам пусть додумывает.

— Мотор!

Я снял шапку (этого требовал сценарий), прошелся валкой походкой по проторенной тропинке — протопал буквально метров пять, и за это время жутко замерз. Забрался в руины станции, сделал несколько шагов навстречу камере и лег на какие-то коробки.

Я уставшими глазами смотрел в пол, отыгрывая полную смиренность со своей участью. Мой герой знал, что скоро умрет от переохлаждения. Уши у меня моментально замерзли, а ресницы покрылись липкой моросью. Борода побелела, изо рта шел пар, который грел кончик моего покрасневшего носа.

Рука потянулась к бутылке с виски, я поднес ее к губам и услышал шаги позади. С трудом развернулся, демонстрируя зрителю, что тело персонажа уже начало дубеть.

Снаружи бушевало пламя. Горело тряпье, пропитанное бензином. В кадр вошел Кит Дэвид, игравший Чайлда. В руках он держал ствол огнемета.

— Ты один остался? — спросил Чайлдс.

— Нет, не один, — ответил я.

— Ты убил… это?

— А где ты был, Чайлдс?

— Я увидел Блейра. Вышел за ним и тут же потерялся. — Чайлдс подошел поближе и, кряхтя от боли и усталости, сел напротив.

Я наигранно посмеялся и отвернулся, посмотрел на огонь. Туда же посмотрел и Чайлдс.

— Взрывы подняли температуру в лагере, — сказал он. — Хоть и ненадолго.

— Нам тоже недолго осталось.

— Как будем выбираться отсюда?

— А может, нам и не надо? — я замолчал, выдержав паузу. Чайлдс с интересом уставился на меня.

— Если ты волнуешься на мой счет…

— Если бы мы прятали друг от друга сюрпризы… — я выдохнул очередное облако пара, — то сейчас мы все равно не в состоянии их показывать.

— Ну… — Чайлдс едва заметно кивнул. — И что теперь будем делать?

— А почему бы нам… Не остаться здесь. И просто подождать немного? Посмотрим, что будет.

— Да, — согласился Чайлдс.

Я протянул ему бутылку, он принял и сделал глоток. Увидев это, я снова посмеялся. Злую иронию этой ситуации понимал только Маккриди.

Я положил голову на коробку у плеча и прикрыл глаза, слушая, как трещит дерево, терзаемое огнем.

И правда, что будет дальше? Смогу ли я спасти этот фильм? Стану ли звездой, наконец?

Я знал, что узнаю ответы уже в предстоящем 1982 году.

Оставалось только немного подождать.