Плита, закрывавшая Торвальда, рухнула вперёд. Он успел заметить огненные снаряды, летящие к нему с двух сторон, но не стал даже пробовать уклониться. Вместо этого он сжал кулаки и обрушил их на каменный пол, словно два молота. Стихия отозвалась и в последний момент две новые плиты закрыли Торвальда от огня.

Он посмотрел на Лиару и ухмыльнулся. В следующий миг Торвальд впечатал кулак в камень и участок арены, по которому бежала Лиара, задрожал. У неё на пути вырос огромный кулак. Лиара ушла перекатом вправо за мгновение до того, как каменный кулак ударил бы её в живот. Именно на это Торвальд и надеялся. Он вновь ударил по земле и очередной кулак врезался Лиаре в плечо. Она охнула и, потеряв равновесие, покатилась по арене. Трибуны ахнули.

— Касание! Один-ноль в пользу Торвальда!

Мужчина, сидевший рядом с Фирандаэлем, пробормотал:

— А парень-то не промах.

Фирандаэль скользнул взглядом по трибуне, где сидели Архимаги. Маг огня чуть привстала со своего места, впилась руками в подлокотники кресла и поджала губы. Остальные Архимаги с интересом наблюдали за схваткой.

Лиара прищурилась. Азарт в её глазах сменился злостью. Она вскинула руки, соткала из огня две плети и ринулась к Торвальду.

Торвальд, обливаясь потом, швырял в неё камни, но ни один из них не достигал цели. От первой половины снарядов Лиара ловко уклонилась, другую половину разбила огненными плетьми.

Сблизившись с Торвальдом, она нанесла несколько хлёстких ударов, и он свалился на плиты, шипя от боли.

— Победа Лиары! — Волден вошёл в круг, останавливая поединок.

Площадь разразилась овациями. Лиара, тяжело дыша, помогла Торвальду подняться. Он морщился от боли и обиды, но поклонился. Лиара ответила тем же.

Архимаг огня едва заметно выдохнула и откинулась на спинку кресла. Её пальцы разжались, отпуская подлокотники. На подлокотниках под её ладонями остались обугленные следы.

Волден подошёл к дуэлянтам и громко произнёс:

— Торвальд, ты дрался достойно. Я уверен, в следующем году ты займёшь место послушника. Лиара, восхитительный поединок! — Волден уважительно склонил голову. — Магистр Фенрис может гордиться тобой.

Лиара с широкой улыбкой на лице поклонилась в ответ. Трибуны проводили её и Торвальда аплодисментами.

— Ну что, — Гида протянула руку к Фирандаэлю. — Давай сюда золотой.

Фиран сморщился, но золотой отдал. Гида улыбнулась, обнажая крепкие белые зубы.

Волден дождался, пока шум стихнет, и продолжил:

— Следующий поединок состоится по личному настоянию моего ученика. Совет уже признал его испытание пройденным, однако Эмерик Стенваль пожелал соблюсти обычай и подтвердить своё право на звание в поединке. Его противник — Вагар, послушник магистра Эйрика.

Друзья переглянулись, услышав знакомое имя.

— Живой, — выдохнула Гида. — Он жив.

На арену вышел Вагар. Он даже не шёл, а скользил над камнем на потоках ветра, раздувавших полы его мантии. Заняв своё место, он поклонился зрителям и бросил ехидный взгляд в сторону своего противника.

С противоположной стороны вышел Эмерик. Он пошатывался, лицо было бледным, а белки глаз покраснели от лопнувших сосудов.

— Да он еле на ногах стоит, — прошептала Гида. — Что с ним?

— Он ранен, — тихо ответил Родгар. — Но почему он в таком состоянии вышел на поединок?

Эмерик остановился напротив Вагара и поднял голову. Их взгляды встретились.

— Давно не виделись, водомерка. Я слышал, тебя называют героем. Расскажешь потом, каково это — обделаться от страха, пока воины Астирии защищают наш дом?

Эмерик молчал. Он продолжал мысленно взывать к своей стихии, но ответа по-прежнему не было.

— Начали! — отдал команду Волден, с сочувствием взглянув на Эмерика.

Вагар начал действовать. Полупрозрачное воздушное лезвие, едва заметное глазу, сорвалось с его ладони и со свистом полетело в Эмерика. Тот вскинул руку в попытке призвать воду.

Не сработало.

Лезвие полоснуло его по предплечью. Оно рассекло рукав и кожу под ним. На камень брызнула кровь. Эмерик пошатнулся.

— Касание! Один-ноль в пользу Вагара! — прокомментировал Волден.

Эмерик направил руки вперёд, целясь в противника. Его била мелкая дрожь. Он представил водяные кинжалы — как тогда, в комнате, в первый день. Пальцы защипало — но лишь на мгновение. Он ощущал лишь комок сжатого холода в груди — подарок Ледяной ведьмы.

Вагар двинулся в сторону Эмерика, смеясь. Его смех разнёсся по арене, и часть трибун вторила его смеху.

— Это всё? — Вагар развёл руками. — Все разговоры только о герое, что в одиночку отбил атаку орков, а он даже на секунду не может подчинить свою стихию. Дерись!

Вагар резко потянул обе руки на себя. Порыв ветра ударил Эмерика сзади, прямо под колени. Эмерик упал на спину, и у него перехватило дыхание.

— Два-ноль!

С трибун раздались недоумевающие возгласы. Гида вцепилась в рукав Родгара.

— Почему они не останавливают бой? Это нечестно!

Родгар молчал. Он смотрел, как Эмерик с трудом поднимается.

Вагар не торопился. Он медленно обошёл Эмерика по кругу, наслаждаясь моментом. Воздух вокруг его рук дрожал, готовый сорваться по первому зову послушника.

— Самое смешное, — Вагар остановился в трёх шагах от Эмерика. — Я ведь даже немного занервничал, когда узнал, что ты вернулся. Подумал — неужели этот недоносок и впрямь стал сильнее? Но ты оправдал мои ожидания.

Он поднял руку для завершающего удара.

Эмерик, скрипя зубами, всё-таки смог встать. В его глазах заблестел холодный синеватый огонь. А в воздухе вокруг него начали появляться мелкие льдинки. Кровь брызнула из его носа, запачкав мантию.

Вагар заметил перемену и перестал улыбаться. Он взмахнул рукой, словно метнув диск, и воздушное лезвие устремилось Эмерику в грудь.

Эмерик стоял, не шелохнувшись. Лезвие разбилось. Разлетелось ледяной крошкой, ударившись о невидимую преграду. По арене прокатилась волна холода. Гида прижалась к Родгару и спросила:

— Что это?

— Не знаю, — ответил Родгар. Ему и самому стало не по себе.

Вагар закричал от ярости. Его руки замелькали, выплетая сложный узор, и перед ним закрутился плотный вихрь, поднимая с пола пыль и каменную крошку. Он вложил в этот удар всё, что мог.

Вихрь рванулся к Эмерику.

Эмерик сделал глубокий вдох и, будто наслаждаясь морозным воздухом, резко вскинул руки снизу вверх. Волна мороза поползла по вихрю, и через секунду рядом с Эмериком рухнула глыба льда, не причинив ему никакого вреда.

На этом Эмерик не остановился. Очередной взмах руки, и прямо из воздуха возник десяток ледяных копий.

— Водомерка, говоришь?! Лови! — вскрикнул Эмерик и шагнул вперёд, одновременно с этим вскидывая руки в сторону Вагара.

Копья, рассекая воздух, полетели к Вагару. Он крутанулся на месте, и потоки ветра сомкнулись вокруг него защитным коконом. Это и спасло ему жизнь. Копья разлетелись о защитный кокон. Часть осколков прорвалась сквозь ветер, рассекла мантию и оставила на теле Вагара десятки неглубоких порезов.

Вагар опустился на одно колено. Из многочисленных порезов сочилась кровь.

— Поединок окончен! — Волден быстрым шагом вышел на арену.

Он остановился между Эмериком и Вагаром.

— Нарушение! — прохрипел Вагар. Он попробовал подняться, но не смог. К нему подбежали двое учеников. Они подхватили его под руки и повели прочь с арены.

Волден проводил его взглядом и повернулся к Эмерику. Тот дрожал и, казалось, вот-вот должен был упасть. Но держался.

— М-магистр…

— Позже, — прервал своего ученика Волден. Он повернулся к трибунам.

— Поединок окончен! Вагар не может продолжать бой. Эмерик Стенваль подтвердил право носить звание послушника Анклава Стихий.

Трибуны встретили тишиной результат боя. Прозвучало лишь несколько неуверенных хлопков.

Родгар, Гида и Фиран не хлопали. Они молча смотрели на друга, который сейчас медленно шёл к выходу с арены, опустив плечи.