Бард — сухощавый мужчина с длинными пальцами — закончил играть. На пару мгновений музыка смолкла.

— Смотри, вон там отличный столик в углу, — обратился Фиран к Родгару.

— Да, ты прав, — сказал Родгар, найдя столик взглядом. — Гида, займите место, я догоню, — окликнул он подругу, восхищённо оглядывающуюся вокруг.

Стоило им сделать несколько шагов, как бард начал перебирать струны лютни на совершенно иной лад и затянул грустный мотив:

Была надеждой — стала мраком,

Пришла в наш дом, сожгла наш храм.

Фирандаэль замер. В груди что-то болезненно сжалось, а пальцы сами вцепились в ремень сумки. Гида не успела затормозить и врезалась лицом ему в спину.

— Э-эй! Ты чего? — спросила она, потирая ушибленную бровь.

— Это про Элеар, — тихо сказал Фиран. — Про мой… его дом…

— Идём. Не стой на проходе.

Они двинулись к столику. Бард продолжал:

Горит наш лес, горит и плачет,

В дыму не видно света звёзд.

Родгар протиснулся к стойке. За ней стояла женщина — высокая, крепкая, с седыми волосами, убранными в тугой хвост. Она бросила взгляд на Родгара, затем чуть наклонила голову и взглянула туда, где разместились Фирандаэль и Гида.

— А ты не местный. Как и твой друг, эльф, — произнесла она. — Эльфы юга нынче в диковинку. Добро пожаловать в «Танцующее Пламя». Лучшую таверну Астирии, — она широко улыбнулась.

— Спасибо, — Родгар улыбнулся в ответ. — Нам нужны три комнаты, горячая вода и ужин. Мы найдем это в лучшей таверне Астирии?

— Найдёте, — хозяйка хмыкнула. — Если заплатите. По семь серебра с каждого.

Родгар полез в кошель и отсчитал плату. Кошель опустел.

Хозяйка сгребла монеты и одобрительно кивнула.

— Тамия, — представилась она и протянула руку. — Пока ужинаете, комнаты подготовят. Вот ключи, — она выложила на стол три ключа. — Второй этаж, три крайние комнаты по левую руку. Еду и выпивку скоро принесут.

Родгар взял ключи и направился к друзьям. Бард допевал последний куплет:

И там, где пепел лёг на кроны,

Где ветер воет без листвы, —

Твой смех однажды станет стоном,

Когда познаешь груз вины.

Лютня затихла. В таверне на несколько долгих мгновений повисла тишина. Все взгляды были устремлены к Фирандаэлю. Лишь дварфы нарушили тишину:

— Соболезнуем, брат, — они одновременно подняли кружки и выпили, не чокаясь.

Родгар подошёл к столу, где его ждали друзья.

— Ну что, — он передал ключи Гиде и Фирану. — Комнаты скоро будут готовы. А пока предлагаю поужинать и решить, что будем делать дальше.

В скором времени молодая официантка принесла ужин — тарелки с густой мясной похлёбкой, тёмный, горячий хлеб и кувшин пряного вина. Друзья ели молча, и только когда тарелки опустели, Родгар разлил вино по бокалам, откинулся на спинку стула и заговорил:

— Завтра на площади некое посвящение. Предлагаю начать оттуда. Костя… Эмерик же, маг стихий? Значит будет там. А если нет, пойдём в Анклав.

Фиран кивнул, отстранённо смотря в сторону барда.

— Найти Эмерика сейчас самое главное. А как будем выбираться отсюда? — спросила Гида.

— Думаешь, мы сможем выбраться? — Родгар отхлебнул вина.

— Я надеюсь на это, — ответила Гида. — Игра игрой, но всё это слишком реально. За эти несколько дней я дважды убила… — её губы задрожали.

— Мы всё делаем неправильно, — прервал молчание Фиран. — Для начала — расскажите, где вы оказались, когда попали в Элланор.

Гида заглянула в свою дорожную сумку и вытащила оттуда свёрнутую карту.

— Так будет проще, — сказала она и указала пальцем на один из городов. — Я оказалась здесь, в Альерре. За мной была погоня — один из осведомителей предал меня. Я чудом сбежала. Убила одного из преследователей… — Гида схватилась за бокал и осушила его до дна. Родгар подлил ещё.

— Меня вывела маленькая девочка. Босая, в одном платье. Она сказала, что в Старпорте меня встретят друзья. Но когда я назвала ваши имена, настоящие имена, она засмеялась от удивления. Я до сих пор не понимаю, кто она, — закончила Гида.

— Наверное, одна из Кайр, — тихо сказал Фирандаэль. — Как Дорнис.

— Дорнис? — Гида подняла глаза.

— Пряха, — коротко ответил эльф. — Та, что отвечает за настоящее. Она нашла меня в лесу. Сказала, что моя судьба связана с судьбой континента. И отправила на юг, к постоялому двору. Дальше вы знаете…

— Хм, — Родгар задумался. — А ко мне старуха пришла. Говорила про послание, про девушку, которую нужно встретить. Тебя, Гида.

— Получается, тебя встретила Скелос, а Гиду — Вайрис, — подытожил Фиран. — Хорошо. Значит, каждый из нас встретил одну из Кайр. Дальше. Я заметил, что каждый раз, когда мы принимаем воспоминания своих персонажей, нам открывается что-то новое. Возможно, без этого мы не поймём, что с нами происходит.

Родгар и Гида переглянулись. Фиран продолжил:

— Наверное, прозвучит глупо, но, когда будете ложиться спать, попробуйте, не знаю, помедитировать что ли. Отрешиться от всего лишнего и попытаться принять воспоминания Родгара и Гиды. Я сделаю то же самое.

Ребята кивнули. Родгар допил вино.

— Значит, завтра найдем Эмерика. Потом того, кто поможет нам вернуться домой. А пока — спать. Завтра будет долгий день, — подвёл итог Фиран, вставая со стула.

Гида свернула карту и поднялась следом. Родгар задержался на мгновение, будто хотел что-то добавить, но промолчал и тоже встал.

Гида умылась, переоделась и села на край кровати. Закрыв глаза, она попыталась отрешиться от всего лишнего.

В соседней комнате Фирандаэль сидел на полу, скрестив ноги. Он слушал ветер, гуляющий по ночным улицам Астариса, скрип половиц и собственное дыхание. Потом позволил памяти подняться из глубины сознания.

Родгар поставил меч у изголовья, так, чтобы можно было дотянуться до рукояти, и лёг. Стоило его голове коснуться подушки, как он провалился в сон быстрее, чем ожидал.

Общий зал опустел. Бард спал, прислонившись к стене, сжимая в руках свою лютню.

Костя проснулся от холода. Это был не холод снаружи: окна лазарета Анклава оставались закрыты. Холод был внутри. Чуть левее сердца, казалось, застыл комок льда.

Костя ещё немного полежал, вглядываясь в руны на потолке и стараясь привыкнуть к этому ощущению.

Ведьма. Метка. Сон.

Образы путались и сменяли друг друга.

Он сел на кровати. Тело плохо его слушалось.

Сколько же я проспал?

Костя встал на холодный каменный пол и замер. Он попытался почувствовать воду. Как в день, когда он попал в Элланор.

Ничего. Пустота.

— Давай, — прошептал он, вытянув руку ладонью вверх. — Ну же!

Стихия не откликнулась.

Костя огляделся в поисках своих вещей. Они лежали на столе, аккуратно сложенные. Рядом лежал амулет, выданный ему наставником Волденом.

— Точно! Амулет! — воскликнул Костя и бросился к столу.

Стоило ему коснуться амулета, как комнату озарила вспышка, и единственный синий камень, связанный со стихией воды, пошёл трещинами.

— Нет. Нет. Нет! — прокричал Костя. — Да что происходит?!

За дверью послышались шаги.

— Эмерик? — из-за двери раздался голос Гуннара. — Всё в порядке?

— Да! Минуту! — ответил Костя. Он надел амулет на шею, быстро оделся и открыл дверь.

Гуннар выглядел гораздо лучше — всё ещё в бинтах, но стоял он уверенно.

— Ты кричал, — заметил Гуннар, оглядывая Костю. — Всё в порядке?

— Да, — стараясь звучать как можно увереннее, ответил Костя. — Испугался, что проспал посвящение.

— Магистр Волден сказал, что ты уже прошёл его, — Гуннар прищурился.

— Ещё нет. Но пройду… Как и все.

— Упёртый? — Гуннар одобрительно улыбнулся. — Хорошо. Пойдём. Ты же не против, что я тебя провожу?

Костя не стал возражать. Они вышли в коридор. Светильники с волшебным огнём горели вдоль стен. Костя на секунду задержался возле одного из них — того самого, из которого недавно пытался тянуть силу и чуть было не обжёгся. Отклика не было. Только холод внутри.