Тут Максим вспомнил то, что было ночью — плен, побег, убийство. Он до этого не раз видел убитых людей, — как своих соплеменников, так и врагов, — видел раненых, ползающих и стонущих от боли, видел тех, кто умирал мгновенно, молча. Но еще ни разу он своими руками не убивал человека. До этой ночи. Пытаться отогнать от себя эти мысли было бесполезно. Максим пережевывал произошедшее. А еще он никогда ни с кем не говорил о том, каково это — убивать. Ему вдруг стало стыдно и страшно от того, что он ничего не почувствовал, убивая людей. Когда первый раз убил оленя — плакал, а тут — люди… Но смятение быстро прошло — он понимал, что у него не было выбора.

«Хватит мусолить, — приказал он самому себе, — без этого было никак. Не ребенок уже. Убивать — легко. А теперь — спать!».

Тряхнул головой, свернулся калачиком и заснул.

Максим проснулся от странного звука — то ли скрип, то ли скрежет за стенкой. Кажется, из прихожей. Огляделся — Боря и Кирилл спали, Влада не было. За окном стоял ясный летний день. Максим подошел к окну, открыл форточку, вдохнул прохладный северный ветер. Потом выглянул и заметил Влада, заходящего в соседний деревянный дом — склад. Снова из-за стены раздался скрип — кто-то крался по деревянному полу. Максим отвернулся от окна и потянулся за ружьем. Затаил дыхание и медленно направил ствол на дверной проем. Скрип затих, больше не раздавалось ни звука. Время будто застыло. Наконец, снова скрип. У Максима даже отлегло немного — значит, не чудится, не сошел с ума.

«Эй!» — чей-то шепот окликнул Максима сзади. Тот обернулся — у окна стоял человек в черной маске.

Максим хотел разбудить друзей, но не смог выдавить из себя ни звука. Рот как будто зашили. Он лишь дрожащими руками направил ружье на незнакомца.

— Страшно? — спросил шепотом незнакомец в маске. Максим пригляделся — он был одет так же, как один из бойцов на Деревянных горах, что пытались поймать его с друзьями у ворот крепости. Куртка человека спереди была перепачкана бурым. С куртки на пол падали крупные темные капли.

— Свалить хотел? — услышал Максим шепот уже с другой стороны. Обернулся — у двери стоял еще один незнакомец в балаклаве. Одежда его была тоже перепачкана и сочилась темным.

— Думаешь, мы не знаем? — спросил он.

— Что там, за проливом? — продолжил за него второй.

Максим переводил взгляд с одного на другого. Незнакомцы переглянулись и подошли к нему.

— Сваливай с острова, — сказали они одновременно.

Максим все так же смотрел на них и не мог ничего сказать.

— Т-с! Тихо! — цыкнул один из них, — слышал?

Оба бойца повернулись к стене.

Максим подскочил на кровати в холодном поту. Призраки испарились.

Вдруг за стеной раздался грохот, будто кто-то упал. Потом — ворчанье, скрип и тишина.

«Лежать! Не двигаться! — раздался из прихожей крик Влада, — лежать, я сказал!»

— Твою мать, — проворчал кто-то в ответ, — ты-то откуда взялся?

В окно влетело что-то тяжелое. Максим вздрогнул, Кирилл и Боря вскочили и схватились за ружья. Мгновение — и они уже держали окно под прицелом. Со двора кто-то кинул в окно камень. За стенкой, из прихожей, поднялся шум — видимо, дрались.

— Макс, Борис, проверьте дом! — крикнул Кирилл. Он подполз к подоконнику и прицелился снизу в открытое окно.

Снаружи раздался выстрел — пуля влетела со двора и врезалась в деревянный потолок. Кирилл с колена выстрелил в ответ.

— Проверь комнаты, — крикнул Максим Борису, — я в прихожую.

Максим почувствовал прилив сил — внезапное нападение не напугало его, а наоборот, раззадорило. Выскочил в прихожую — там Влад боролся с двумя незваными гостями в камуфляже и масках. Его оружие валялось на полу. Один из нападавших обхватил Влада сзади, а второй хотел ударить спереди, но не успел — Влад запрокинул голову назад и затылком боднул врага в лицо. Потом нагнулся и опрокинул его вперед через себя. Схватил того, что спереди, за воротник, рванул на себя и протаранил ему лицо лбом. Две секунды — два нокаута. Влад нагнулся и схватил карабин. В прихожую вломился кто-то еще.

— Ложись! — крикнул Владу Максим и выстрелил в сторону вошедших. В ушах засвистело.

Облако дыма, крики, глухой стук падающего тела. Выстрел в ответ.

Максим выстрелил в проход еще раз, потом еще. Из глубины дома тоже раздавались выстрелы.

— Пустой, замена! — крикнул Максим Владу.

— Прикрываю, — отозвался Влад.

Максим перевернул широкую лавку и, укрывшись за ней, перезарядился. Сзади раздавались выстрелы, гневные крики и глухой стук. Но Максим знал, что Влад прикрывает его.

В прихожую сунулся кто-то еще — Максим выстрелил, незваный гость отпрянул от двери.

— Пойду проверю! — крикнул Максим и пошел к двери.

Подошел к двум телам, лежащим в дверном проеме — его работа — ногой толкнул их ружья в сторону Влада. Пригнулся, высунул голову наружу. Громыхнуло, лицо обдало щепками — нырнул обратно в дом.

— Иди к нашим, — крикнул ему Влад, — тут я сам!

Максим побежал вглубь дома. Заглянул в комнату, где они еще недавно спали — на полу лежало двое, а Кирилл стрелял в окно. Забежал в следующую комнату — никого. Из кухни раздались выстрелы. Максим заглянул — в эту секунду Борис добивал одного из лежащих контрольным в голову. Максим велел себе не отворачиваться. В эту секунду снаружи к окну подбежал еще один, направил ружье в спину Бори — Максим выстрелил раньше. Попал прямо в голову и тут же отвернулся — его вырвало.

— Живой? — раздался над ухом крик Бориса.

— Нормально всё! — ответил Максим. Поднял голову, вернулся в строй.

Выглянул в коридор — никого. На пороге следующей комнаты его встретили прикладом в голову — на миг в глазах потемнело, свистнуло в ушах, но отвлекаться на боль было некогда. Видимо, враг не ожидал, что Максим устоит на ногах и на секунду растерялся — это стоило ему жизни. Максим уткнул ствол ему в живот и выстрелил. Противника отбросило назад, к стене. Куртку Максима забрызгало кровью. Лишь теперь он почувствовал, как больно его приложили. Голова загудела, в ушах звон, лоб горит.

Тем временем выстрелы утихли.

— Уйдёт! — раздался крик Бориса.

Максим, пошатываясь, вышел в коридор, направился ко входной двери. Несколько раз споткнулся о тела, но доковылял до прихожей, выглянул во двор.

От дома убегал один из бойцов противника, а стоявший у крыльца Борис поднял ружье, прицелился и выстрелил. Беглец упал и еще немного прокатился по земле. Замер.

— Четыре, пять, — раздавалось из глубины дома, — шесть…

Кирилл считал убитых. Как до этого волков.

Максим притронулся к голове и тут же отдернул руку — жгучая боль сковала череп, будто кипятком обдало. Он прислонился к стене, вздохнул. Закрыл глаза, спиной сполз по стенке вниз. Двигаться было больно, думать — еще больнее.

Ему сверху протянули бутылку самогона. Максим поднял глаза, взял у Влада бутылку и сделал несколько глотков. Ни горечи, ни жжения он не почувствовал. Лишь стало еще жарче.

— Десять, — крикнул Кирилл.

Максим заставил себя включиться в разговор.

— Живых нету?

— Нет, — ответил Кирилл.

— А можно было языка взять, — заметил Максим.

— Не до того было, — Влад покачал головой, — видал, как накинулись?

Подошел Кирилл. В руках держал несколько трофейных ружей.

— Охренеть, — он глянул на Максима и присвистнул, — нехило тебя приложили!

— Спасибо, — ответил Максим и усмехнулся. Про себя он отметил, что Влад его ранение никак не комментировал, а просто дал ему приложиться к бутылке.

«Хоть и головорез, но деликатный», — подумал Максим.

Он попытался встать, но тут же свалился на четвереньки. Снова вырвало.

Когда Максим, наконец, поднялся, то увидел, как Влад сидит на лавке по пояс раздетый, со старой аптечках на коленях. Одной рукой держит бинт, другая перетянута жгутом. Руки у него худые, но жилистые. На плече синяк от частой стрельбы, ниже — небольшая кровящая рана.