София судорожно со свистом втянула воздух.

Её глаза распахнулись так широко, что едва не вылезли из орбит. Она почувствовала это. Почувствовала обжигающее тепло его кожи, легкую мужскую шероховатость пальцев, уверенную силу прикосновения. По её спине мгновенно пробежала стайка мурашек, а внизу живота тугим тяжелым узлом свернулось жгучее желание.

Иллюзия была абсолютной. Стопроцентная, кристально чистая тактильная отдача. Неведомая магия этого странного контура сработала безупречно.

— Как… — только и смогла растерянно выдохнуть София, когда рука Духа по-хозяйски скользнула на её талию, властно притягивая обнаженную девушку к своему твердому горячему телу.

— Я же говорил: мои правила, — низко вибрируя прошептал он, наклоняясь и оставляя влажный обжигающий поцелуй на её шее. Его руки заскользили по её спине, сминая упругую плоть и заставляя лейтенанта выгнуться дугой.

Разум Софии, еще секунду назад цеплявшийся за академические законы Гадара, окончательно капитулировал. Тело, безмерно истосковавшееся по настоящей близости, жадно откликнулось на ласку. Алкоголь и концентрированная аура Духа смели офицерские барьеры. Да, это было технически невозможно. Да, утром ей будет безумно стыдно. Но прямо сейчас это происходило, и мужчина перед ней был слишком идеален, чтобы тратить время на глупые вопросы.

Она тяжело прерывисто выдохнула, подаваясь всем телом навстречу его рукам.

Дух, прекрасно чувствуя её крупную дрожь и мгновенную влажную готовность, самодовольно усмехнулся.

— Да ты, похоже, целую вечность не развлекалась, ледяная леди.

— Заткнись уже и займись делом, умник, — яростно рыкнула София в ответ, прижимаясь еще сильнее к парню и впиваясь в его губы жадным голодным поцелуем.

Я открыл глаза и уставился в незнакомый потолок. Он был не гладким оштукатуренным, как в моей комнате у дядьки Тихона, а с изящным лепным карнизом.

Мозг, привыкший запускаться по щелчку пальцев, в этот раз откровенно буксовал. Голова была тяжелой, во рту пересохло, а тело… тело чувствовало себя так, будто меня всю ночь прогоняли через полосу препятствий. Причем не на тренировочном плацу Линберга, а в очень странном душном месте.

Я моргнул, пытаясь сфокусировать зрение, и тут же в голове вспыхнула картинка. Яркая и невероятно четкая.

Женское лицо. Разметавшиеся по подушке светлые волосы. Закушенные губы, с которых срывался хриплый протяжный стон. Её тело выгибается под сумасшедшим углом, кожа блестела от пота, а ногти впивались во что-то (в меня⁈) с такой силой, что…

С судорожным вдохом я резко сел на кровати, едва не запутавшись в шелковых простынях.

— Демоны… — прохрипел я, обхватив голову руками. — Что за дичь мне снится…

— «С пробуждением, герой», — раздался в моей голове неестественно бодрый насмешливый голос. Воздух рядом дрогнул, и на краю кровати соткался полупрозрачный силуэт моего сожителя. Дух выглядел до омерзения довольным жизнью. — «Как спалось? Надеюсь, слюнями чужую подушку не залил?»

Я проигнорировал его издёвку, лихорадочно озираясь по сторонам. Это была спальня. Дорогая явно женская спальня в мягких теплых тонах. На стуле у окна небрежно валялась моя рубашка.

— Где мы? — жестко спросил я, пытаясь унять колотящееся сердце. Вспышки пошлого сновидения никак не хотели выветриваться из памяти. Это было слишком реалистично. — Что ты натворил? И почему мне снятся… такие вещи?

Дух невинно пожал плечами, закинув ногу на ногу.

— «Тебе срочно нужно сбросить напряжение, пацан. Твои гормоны скоро начнут пробивать дыры в духовном контуре. Вот тебе и снятся всякие влажные фантазии. А мы, к слову, в гостях».

— В гостях? У кого?

— «У лейтенанта Инквизиции, разумеется. Расслабься, я ничего не сломал и никого не убил».

Я нахмурился, чувствуя, как внутри закипало глухое раздражение, смешанное с тревогой. Этот ублюдок был слишком весел. Слишком расслаблен.

— Выкладывай всё, — потребовал я, глядя прямо в его призрачные глаза. — От начала и до конца. Что ты делал эти сутки? И почему мы здесь?

Дух закатил глаза, всем своим видом показывая, как его утомила моя паранойя.

— «Да ничего особенного я не делал. Так, походил туда-сюда. Решил проверить местные достопримечательности. Зашел в гости к девкам в один храм порока… но там ничего не вышло, не важно почему», — он скривился, будто вспомнил неприятное, но тут же снова расплылся в улыбке. — «Потом поболтал в баре с Софийкой. Хорошо посидели, выпили немного, ну а дальше завалились к ней домой, и ты уснул на кровати. Вот, собственно, и всё».

Я замер, переваривая услышанное. Мой мозг споткнулся о самое невозможное слово в его монологе.

— С… Софийкой? — изумленно переспросил я, уставившись на духа.

— «Ну да».

— Ты назвал старшего офицера инквизиции, ледяную леди, которая уничтожила своей силой целую деревню… Софийкой⁈

Как-то уж необъяснимо он поменял тон и интонацию. В них слышалась отвратительная пугающая фамильярность.

— «Ну а что такого?» — деланно удивился Дух, разводя руками. — «Она, оказывается, отличная девчонка. Если, конечно, её немного расслабить. В общем, отвяжись. Долг ты отдал, сутки прошли, и мы в расчете. Бывай».

Воздух снова пошел рябью, и силуэт растаял, оставив меня в звенящей тишине чужой спальни.

— Эй! Стой! Что значит «немного расслабить»⁈ — крикнул я в пустоту, но ответа, разумеется, не последовало. Вот и как с ним после этого беседовать?

Я выругался сквозь зубы и, путаясь в ногах, сполз с кровати. Нужно было срочно одеться, найти эту самую «Софийку» и выяснить, не придется ли мне сегодня бежать из Гадара, спасаясь от ордера на казнь. Ну а пока я кое-как привел свою помятую одежду в порядок, натянул рубаху и осторожно приоткрыл дверь спальни.

Где-то в глубине квартиры раздавалось тихое шипение масла на сковороде и аппетитный запах жареных яиц. Желудок тут же предательски заурчал, напоминая, что я уже давно ничего не ел.

Я двинулся на звук, ступая мягко, почти бесшумно. Квартира лейтенанта инквизиции оказалась неожиданно уютной и светлой. Коридор был оформлен в мягких пастельных тонах, но с весьма специфическими деталями. На одной стене висела целая коллекция разнообразных мечей: от коротких прямых клинков до изогнутых хищных сабель. А вот на противоположной стене мирно красовались несколько аккуратных пейзажей: горы, леса, спокойные реки. Контраст был разительным.

Я сделал еще несколько шагов и замер на пороге кухни.

София стояла у плиты ко мне спиной. И всё бы ничего, вот только…

Мой многострадальный мозг, который и так чуть не вскипел от недавних снов, выдал критическую ошибку. На лейтенанте инквизиции был надет до неприличия прозрачный короткий шелковый халатик. Сквозь тонкую струящуюся ткань прекрасно просматривались кружевные трусики, а отсутствие лифчика не оставляло вообще никакого простора для воображения, подчеркивая плавный изгиб спины и талии.

Кровь мгновенно бросилась мне в лицо, заливая щеки и шею таким жаром, что казалось, у меня сейчас задымятся волосы. Я отвернулся, уставившись в деревянный косяк двери.

— Демоны, — сдавленно прохрипел я.

Шипение на плите стихло. София обернулась. Я не видел её лица, но услышал тихий, искренний и совершенно нетипичный для неё мягкий женский смешок.

— Доброе утро, Акиро, — промурлыкала она тоном, от которого у меня мурашки побежали по спине.

Я услышал легкие шаги босых ног. Она прошла совсем рядом, обдав меня свежим запахом геля для душа и чем-то неуловимо сладким. Краем глаза я успел заметить, как она намеренно, откровенно и невероятно плавно покачала бедрами, покидая кухню.

— Я сейчас переоденусь. Можешь пока последить за сковородкой.

Как только её шаги стихли в коридоре, я с шумом выдохнул, прислонившись лбом к прохладной стене. Боги, что вообще происходит? Ледяная леди, которая обычно смотрела на всех как на грязь под сапогами инквизитора, только что вильнула передо мной задом в прозрачном халате⁈ Что этот ненормальный дух с ней сделал⁈