— Здесь написано…

— Срок идёт с регистрации документа. Посмотрите дату.

Он говорил спокойно.

Слишком спокойно.

Эстелия посмотрела на дату ещё раз.

Три недели назад.

Холод, который она перестала замечать возле тёплой воды, внезапно вернулся.

— Сколько у меня осталось?

Рейнар Кальдэн сложил руки за спиной.

За ним клубился серебристый туман единственного живого источника.

— Тридцать дней, госпожа Ровенар.

Он сделал короткую паузу.

— Через тридцать дней корона закроет «Семь облаков» навсегда.

Глава 2. Тридцать дней до закрытия

Эстелия перечитала последнюю строку уведомления ещё раз, хотя за несколько секунд буквы не могли измениться.

Тридцать дней.

Вечером, когда она впервые увидела «Семь облаков», месяц показался бы почти щедрым сроком. За месяц можно было разобраться со счетами, оценить состояние строений, нанять людей, понять, что делать с источниками, и хотя бы приблизительно решить, хочет ли она провести здесь несколько лет или продать владение при первой возможности.

Теперь выяснялось, что через месяц ей, возможно, будет нечего продавать.

— Что именно означает «закроет»? — спросила она.

Рейнар Кальдэн не торопился отвечать. Вблизи работающего источника пар то скрывал нижнюю часть его плаща, то расходился, открывая мокрый от каменной дорожки край. Он выглядел человеком, который уже не раз произносил подобные новости и давно перестал считать их поводом для долгих объяснений.

— Корона прекращает право частного использования источников, — сказал он. — Территорию опечатывают до решения комиссии. Посторонним доступ запрещается. Любая деятельность, связанная с приёмом гостей или получением дохода с источников, прекращается.

— А дом?

— Само здание останется вашим, если документы о передаче собственности оформлены верно.

— Дом без воды. Кто же поедет в такую глушь просто ночевать?

— В этом и проблема.

— Хорошо хоть вы сказали прямо.

Рейнар посмотрел на неё чуть внимательнее.

Эстелия сложила уведомление по прежним сгибам и вернула ему.

— Что нужно сделать, чтобы этого не произошло?

— Госпожа Ровенар, вы ещё даже дом толком не осмотрели.

— Поэтому и спрашиваю. За что мне браться?

— Я прошу вас сначала оценить свои силы.

— Оценю. Но мне нужно знать, что от меня потребуют.

Бран стоял чуть поодаль, явно желая стать частью ближайшей каменной колонны. Тесса, напротив, не скрывала интереса. За двенадцать лет Эстелия научилась понимать её выражение лица: помощница экономки уже мысленно составляла список людей, которых следовало обвинить во всех нынешних бедах, и господин бывший управляющий наверняка занимал в этом списке почётное первое место.

Рейнар протянул руку.

— Покажите лист, пожалуйста. Разберём по пунктам.

Эстелия вернула лист.

Он развернул документ.

— Причин для проверки четыре. Первая — владение фактически заброшено. Вторая — содержание горных сооружений не соответствует требованиям безопасности. Третья — отсутствует управление на месте. Четвёртая — за последние годы имение не подтверждало хозяйственную деятельность, ради которой частному владельцу сохранялось право пользования источниками.

— Простите, на последнем пункте я потерялась. Что конкретно нарушено?

— Земля получила особый статус, потому что здесь существовал действующий гостевой комплекс. Пока он работал, прежние владельцы имели право использовать воду. Когда работа прекратилась, основание для этого права стало спорным.

— Сколько лет назад комплекс перестал принимать гостей?

Бран кашлянул.

— Если считать настоящих гостей, то больше двадцати.

Эстелия медленно повернулась к нему.

— И за двадцать лет никто не попытался открыть его снова?

— Иногда приезжали знакомые прежнего герцога. Охотники. Родственники. Но чтобы комнаты сдавали за плату… я такого уже не застал.

Рейнар свернул уведомление.

— Именно поэтому проверка началась не вчера.

— А это уведомление почему только сейчас? На нём дата трёхнедельной давности.

— Проверка идёт почти два года.

Эстелия почувствовала, как раздражение, до этого направленное преимущественно на Кайдена, стало гораздо более организованным.

— И все два года документы приходили герцогу Марвейру?

— Да, уведомляли владельца.

— Который три дня назад передал мне имение и не сказал ни слова.

— Этого я за него объяснить не могу.

— Да уж. Объяснять он умеет.

Она отошла к краю бассейна.

Под паром вода выглядела неподвижной, хотя откуда-то со дна непрерывно поднимались пузырьки. В иных обстоятельствах место могло бы успокаивать. Сейчас же Эстелия смотрела на единственный работающий источник и видела не красоту, а срок.

Тридцать дней.

У неё был опыт управления большим домом, тремя поместьями, слугами, поставками, приёмами и расходами. Но одно дело — привести в порядок хозяйство, которое уже существует, и совсем другое — за месяц воскресить то, что умерло двадцать лет назад.

— Допустим, — сказала она, оборачиваясь к Рейнару, — я приведу в порядок часть здания. Назначу управляющего, начну принимать гостей и покажу доход. Этого достаточно?

— Может хватить. Зависит от того, что увидит комиссия.

— Мне бы знать до того, как я потрачу деньги.

— Понимаю. Но обещать решение за комиссию не могу.

— Тогда скажите, что зависит лично от вас.

Он не обиделся.

— Если через тридцать дней комиссия увидит действующее предприятие, способное содержать используемую часть комплекса, если доступ к источнику будет безопасным, а управление — постоянным, я смогу рекомендовать продлить разрешение на частное пользование.

— Только рекомендовать?

— Да. Заключение будет моим.

— И вы вправе отказать, даже если я всё выполню?

— Если останутся основания для отказа.

— И окончательное решение не за вами?

— Решает комиссия.

— Значит, начинать придётся без гарантий.

Тесса тихо фыркнула.

Рейнар перевёл на неё взгляд. Тесса немедленно сделала вид, что её чрезвычайно занимает состояние старой беседки.

Эстелия продолжила:

— Что вы будете оценивать?

— Доходы и расходы. Состояние помещений, которые используются для гостей. Число работников. Порядок на территории. Книгу размещения. Наличие управляющего или владельца, который действительно находится здесь, а не появляется раз в месяц. И безопасность подходов к действующему источнику.

— А весь дворец обязан быть восстановлен?

— Нет.

Ответ последовал настолько быстро, что Эстелия замерла.

— Простите… То есть можно оставить часть закрытой?

Рейнар приподнял бровь.

— Можно. Весь дворец вам за месяц восстанавливать незачем.

— Сколько помещений должно работать?

— Столько, сколько вы заявите как действующую часть комплекса. Всё остальное необходимо закрыть для гостей и обозначить как недоступное.

Эстелия посмотрела на огромное здание.

Четыре этажа центральной части. Два крыла. Двадцать восемь гостевых комнат. Бальный зал. Галереи. Оранжерея.

Она мысленно вычеркнула почти всё.

Рейнар, вероятно, заметил изменение в её лице.

— Что вас так заинтересовало?

— Я считала совсем другой объём ремонта.

— И теперь?

— Теперь весь дворец подождёт.

Бран вытаращил глаза.

— Госпожа Ровенар?

— Для открытия мне не нужен весь дом, Бран.

— Но это же «Семь облаков».

— Люди приедут к источнику. Нам нужны комнаты, в которых они смогут жить. До остальных доберёмся, когда будут деньги.

Она пошла обратно к дому.

Через несколько шагов поняла, что Рейнар идёт следом.

— Вы куда? — спросил он.

— В дом. Надо посчитать, на что хватит средств.

— Вы с дороги не отдохнули.

Эстелия остановилась.

— А вы дали мне тридцать дней. Я не усну, пока хотя бы не пойму, с чего начинать.