— Значит, считать нужно было чем-то надёжнее собственных ног.

Бран, шедший за ними, пробормотал:

— У меня двадцать девять.

Они остановились у большого герба с семью облаками.

Эстелия приложила ладонь к каменной стене.

— Где-то здесь.

Рейнар начал осматривать поверхность.

Герб был выполнен не на отдельной панели, а прямо на кладке. Семь облаков расходились полукругом вокруг высокой горы.

Эстелия видела его раньше, но не разглядывала.

Теперь заметила странность.

Нижнее облако справа отличалось по цвету.

Совсем немного.

— Рейнар.

Он подошёл.

— Нашли что-нибудь?

Она указала.

— Этот камень меняли.

— Либо он иначе вытерся. Посмотрим края.

— Могли бы хоть раз согласиться сразу.

— А если вы ошиблись?

— Тогда скажете. Только сначала посмотрите.

Он провёл пальцами по краю изображения.

— Здесь шов.

— У других облаков есть такие швы?

— У этих не вижу.

Бран поднял фонарь выше.

В верхней части герба тоже обнаружился тонкий разрыв.

Рейнар отступил.

— Это не просто герб.

— Он что-то закрывает?

— Похоже на отдельную панель.

Эстелия посмотрела на огромную каменную поверхность.

— Она слишком большая.

— Может, двигается только часть. Нужно найти контур.

Они очистили край от пыли.

Потом второй.

Через четверть часа обнаружили прямоугольный контур.

Высотой почти с человека.

Шириной примерно в четыре фута.

Дверь.

Замурованная настолько тщательно, что без плана никто бы её не заметил.

Эстелия почувствовала то самое любопытство, которое появилось в ночь пробуждения второго источника.

Только теперь к нему примешивалась тревога.

— Можно открыть?

Рейнар посмотрел на кладку.

— Можно сломать.

— Ломать я и сама предложила бы. Без этого можно?

— Вопрос в том, что за ней.

— Если там канцелярия, нам всё равно придётся войти.

— Если план показывает именно её.

— У нас спор о собственности. За стеной могла сохраниться документация. Я хочу туда попасть.

— Сегодня нет.

Эстелия повернулась к нему.

— Что ещё надо проверить?

— Потому что мы не знаем, что держит эта кладка.

— Вы боитесь за всю стену?

— Именно. И если она стала частью опоры после перестройки, вы можете получить половину потолка в большом зале на голову.

Она посмотрела вверх.

Потолок находился высоко.

Очень высоко.

— Вы хоть понимаете, как мне хочется войти?

— Понимаю. Поэтому и не хочу, чтобы вы полезли под непроверенную кладку.

— Я до сих пор ничего себе на голову не уронила.

— Давайте и дальше так.

Бран отошёл на шаг.

Эстелия скрестила руки.

— Что предлагаете?

— Позвать Хорвена и Терена. Пусть посмотрят кладку с обеих сторон. Если проход можно открыть без риска, вскроем завтра.

— Раньше никак?

— Только после их осмотра.

— Кайден уже подаёт спор.

— За ночь документы не исчезнут.

Эстелия посмотрела на замурованную дверь.

— Кто-то уже однажды позаботился, чтобы их никто не нашёл.

Рейнар стал серьёзнее.

— Вы думаете, стену заложили из-за документов?

— Допускаю. Мне очень не нравится, что её спрятали.

— Проверим и это. Пока мы видим лишь заложенный проход.

Она посмотрела на него.

— С вами даже испугаться нормально не получается.

— Я не прошу не бояться. Прошу подождать.

— Да слышу я. Просто дайте мне поворчать.

Уголок его рта дрогнул.

Эстелия почувствовала, что тоже почти улыбается, и раздражение стало ещё сильнее.

— В архиве Марвейров лежал документ, позволяющий Кайдену оспорить передачу. Здесь есть замурованный проход в помещение, которое на старом плане называется канцелярией источников. Даже если это совпадение, я хочу проверить.

— Я тоже хочу туда попасть.

— Только стоите между мной и стеной.

— До утра. А потом посмотрим вместе.

— В моём возрасте уже жалко тратить сутки на ожидание.

Он посмотрел на неё.

— Вы сейчас серьёзно про возраст?

— Не цепляйтесь к словам.

— Тридцать девять — не причина разбирать стену ночью. До утра подождать можно.

Эстелия прищурилась.

— Откуда вы знаете мой возраст?

Рейнар понял, что сказал.

— Из документов.

— В какой бумаге это понадобилось?

— Материалов проверки.

— Для проверки комнаты и источника нужен мой возраст?

— В деле есть сведения о владелице.

— С датой рождения?

— Бывает, что и дата.

— А вы, конечно, прочли всё.

— Обычно я читаю дело целиком.

Эстелия несколько секунд смотрела на него.

— Скоро выяснится, что в вашем деле обо мне больше, чем я сама помню.

— Не настолько подробное дело.

— Хоть это утешает.

Бран, стоявший рядом, вдруг очень заинтересовался кладкой.

Эстелия решила прекратить разговор первой.

— Ладно. Дождёмся утра.

— Спасибо.

— Я не признала себя неправой. Просто пусть Хорвен посмотрит.

— Меня и это устроит.

— Только не радуйтесь так явно.

— Я ещё ничего не сказал.

Он снова не улыбался.

И снова это было хуже.

Хорвен пришёл через час.

Терен Ладис — к вечеру.

Они осматривали стену почти до темноты.

Эстелия пыталась присутствовать рядом, но через двадцать минут Марта нашла её в большом зале.

— У нас проблема.

— Что случилось на кухне?

— Гости хотят ужинать на террасе.

— Там уже накрывают?

— И идёт дождь.

Эстелия посмотрела в окно.

Действительно.

Мелкий.

Но упорный.

— Пусть ужинают внутри.

— Говорят, ради террасы и приехали.

— Под дождём-то что им понравилось?

Марта посмотрела на неё так, словно ответ был очевиден.

— Потому что облака поднялись прямо к террасе.

Эстелия вздохнула.

Вот чем отличался курорт от семейного дома.

В семейном доме дождь менял планы.

Здесь дождь создавал зрелище.

Она оставила мужчин со стеной и пошла решать вопрос со столами.

Через два часа гости ужинали под навесом восточной галереи, наблюдая, как белый туман идёт через двор.

Один ребёнок утверждал, что облако зашло прямо в комнату.

Тесса попросила не поощрять его.

Эстелия пообещала.

Потом выяснилось, что это правда: окно в десятой комнате снова не закрылось до конца.

К девяти вечера дождь закончился.

Звёзды над нижним бассейном появились, как обычно.

Второй источник продолжал светиться золотистым паром.

А в большом зале Терена и Хорвена всё ещё не было.

Эстелия вернулась.

Они стояли возле замурованной двери.

Рейнар сидел на подоконнике, просматривая старый план.

— Есть решение? Я уже извелась.

Хорвен вытер ладони о штаны.

— Открыть можно.

— Сегодня успеете?

— Завтра с утра.

Эстелия посмотрела на Рейнара.

Он ничего не сказал.

Это было хуже любого комментария.

— Почему не сейчас?

— Потому что мне нужны два человека и распорки.

— Рабочих мы найдём. Олдера позвать?

— У меня нет желания делать эту работу ночью при фонарях.

— Я могу принести ещё фонарей.

— Дело не в количестве фонарей, госпожа Ровенар.

Хорвен был одним из немногих людей, которые совершенно не впечатлялись её тоном.

— Если хотите, можете взять молоток сами.

Эстелия задумалась.

Рейнар поднял голову от плана.

— Даже не думайте.

— Не успела даже спросить.

— А я уже понял, что хотите.

— Вы слишком внимательно за мной наблюдаете.

Терен кашлянул.

Хорвен перевёл взгляд с одного на другого.

— Я приду в семь утра.

— Может, к шести?

— К семи успею собрать людей.

— Хотя бы к половине седьмого.

— Не обещаю того, чего не сделаю. В семь.

Эстелия сдалась.

— Хорошо. Буду ждать.