Идиотизм. Направляюсь ещё в три аптеки, и там то же самое. Они все мне предлагают чёртов тест, который я от злости и покупаю. Отличное снотворное!

Я ничего не понимаю, когда вхожу домой и радуюсь тому, что мама с папой сегодня вместе работают в одной смене. На кой чёрт мне тест?

Тошнота. Слабость. Слёзы. Задержка. Я не могу сейчас даже подсчитать точно, когда у меня должны быть месячные. Но они были перед Хэллоуином, а уже прошло довольно много времени. Вот же…

– Нет… нет… – мотаю головой и несусь с тестом в туалет.

Читая инструкцию, дрожащими руками провожу тест и жду, когда проявится одна, только одна полоска.

– О, Богиня, – скулю я, падая на пол и сжимая в руках тест с двумя полосками. Я беременна. Я беременна от Рэйга. Внутри меня живёт монстр. Меня убьют. Меня убьют родители. Меня убьют, просто убьют.

Я в панике. Беременность не входила в мои планы. Нет, там, когда я была под властью чар Рэйга, я хотела этого. Откуда они знают? Их глаза. Блики зелени, как у… они оттуда. Все аптекари целительницы! Чёрт возьми!

Ношусь по дому и не знаю, что мне делать. Бежать. У меня нет денег. Нет ничего, чтобы начать новую жизнь, и я ещё даже школу не окончила. Я не могу быть беременна, не могу…

От стука в дверь подпрыгиваю на месте и медленно подхожу к ней.

– Эйрин, это я. Прошу тебя, давай поговорим, – раздаётся голос Терло.

– Уходи… я… сейчас не время, – прячу тест, который до этого держала в руке, в задний карман джинсов.

– Эйрин…

– Арин!

– Да прекрати, Эйрин. Мы были плохими любовниками, но можем стать хорошими друзьями. Я помочь тебе хочу и себе тоже, и ей. Дай мне помочь тебе. Позволь хоть кому-то помочь тебе.

От помощи сейчас очень глупо отказываться.

Распахиваю дверь и пропускаю Терло в дом.

– Ты ушёл с уроков?

– Как и ты. Калли сказала, что ты вылетела оттуда, как будто за тобой черти гнались.

– Черти не носятся, они появляются из воздуха, когда их призовёшь, – лицо Терло вытягивается, а я шумно вздыхаю.

– Я… мне так плохо. Я в ужасе. Я…я ничего не понимаю. Меня предали, Терло. Ты хоть представляешь, каково это – быть сначала призраком и видеть, как ты мне изменяешь со мной же, а потом влюбиться в чудовище, обманывающее меня постоянно? Это больно и страшно! Это невыносимо! – Слёзы вырываются из глаз, и я оказываюсь в руках Терло.

– Ох, Эйрин, прости, я не должен был проверять тебя на Рождество так жестоко. Прости меня, я испугался за Арин. Ей грозит что-то плохое, у меня сердце не на месте. Я не могу ни спать, ни есть, меня мутит, я постоянно хожу к этому дому, а он не превращается в замок, – шепчет он, поглаживая меня по голове.

– Зачем она всё рассказала тебе? Зачем втянула тебя в то, в чём сама виновата? – Зло отталкиваю его, обиженная тем, что все они думают о ней, но никак не обо мне.

– Потому что я люблю её и готов на всё. С ней я стал лучше, Эйрин. С ней…

– О, закрой рот! – Вскрикиваю я и отворачиваюсь от него. – Да, она прекрасна, нежна и тому подобная чушь! Это она виновата во всём! Она заставила меня пройти через ад, а сама жила здесь припеваючи! Ты хоть знаешь, что я видела?

Терло, видимо, замечает пластиковый тест, торчащий из моих джинсов, и выхватывает его.

– Отдай! – Визжу я.

– Чёрт возьми, Эйрин, ты беременна!

– Я умею читать инструкцию, болван, и в курсе этого, – вырываю из его рук тест.

– От него? От… Арин не упоминала его имени, но там есть тот, кто помог ей бежать сюда. Они его Повелителем называют.

– Помог? Нет… подожди, помог? Падрэйг помог ей бежать сюда? Надо же, чему я удивляюсь, он всегда мне лгал.

– Так это его ребёнок?

– Да. Представляешь, я ношу ребёнка от истинного зла человечества. Внутри меня монстр.

– Но ты любишь этого монстра, Эйрин. И он для тебя тоже лучший.

– Прекрати, ты меня бесишь, – направляюсь в свою комнату, а Терло за мной.

– Может быть, если я расскажу то, что узнал от Арин, тебе поможет? – Предлагает он.

– Вряд ли…

– Эйрин, присядь и послушай. Ты отправила её туда, где ей грозит смерть, потому что всю силу они из неё вытянули. Поэтому вы так отличаетесь цветом волос и глаз. Ваш отец и есть чудовище, – от слов Терло я, действительно, падаю на кровать.

– Вытянули?

– Да. Она говорила, что у неё было две сестры. Вашу мать убил отец, когда она попыталась уберечь вас от него, желающего обладать вашей силой. Первой умерла Ирэн, практически сразу же, как только издала свой первый крик. Второй должна была быть ты или Арин. Та, кто сильнее, должна носить имя Эйрин. Он начал вытягивать из одной и второй силу, но ты её спрятала, а Арин нет. Он и решил, что ты бесполезна, выбросив тебя через портал с одной из своих женщин. Она погибла, когда перенесла тебя сюда, отдав всю свою силу для твоей защиты и убедившись в том, что ты попала в эту семью. Она заменила воспоминания, и все считали тебя Арин, но ты и была Эйрин.

– Это выдумка, новая ложь стервы, которая решила…

– Нет. Ей рассказала об этом её няня, не выдержав того, как слабеет Арин. Ваш отец до пяти лет тянул её силы, чтобы иметь возможность вербовать кого-то, я в этом запутался. Он или король, или что-то в этом духе и ненавидел вашего повелителя. В пять лет у Арин совсем не осталось сил, чтобы питать его, но их было достаточно на оставшиеся годы, чтобы увеличивать свою армию. И няня ей это рассказала, о тебе рассказала, чтобы она нашла тебя и вернула домой. Её няню убили…

– Нет, я видела её, она жива, – хмурюсь я.

– А ты уверена, что это была она, или же они хотели, чтобы ты так думала?

Пожимаю плечами.

– Арин сбежала и пошла к повелителю. Она попросила его о помощи и рассказала всё, что знала о тебе. Она убедила его в том, что из тройняшек только ты обладаешь силой, а она уже ничего не даст, потому что её лишили всего, и её сердце принадлежит людскому миру. Он согласился проверить её слова, и там… мы там были с тобой.

– Мне показалось, что Волх смотрел на меня дольше, чем на остальных, – шепчу я, припоминая тот пронзительный взгляд, который я забыла сразу же.

– И всё стало ясно. Повелитель помог Арин перенести тебя в его мир. Ещё Арин говорила о пророчестве и о том, что твоё место там. Ты принадлежишь им, и твоя сила не угасла. Да я чувствовал её. Ты что-то сделала со мной, когда наши взгляды встретились. Мне стало так холодно, словно мороз шёл изнутри. Моё сердце сжалось, и я вспомнил слова Арин, что когда на человека насылают заклинание или проклятье, то ощущаются схожие эмоции. Я должен был проверить, хотя уже знал, что ты это ты, а не Арин.

– Как можно верить всему этому, Терло? Они все лгут, понимаешь? Они все хотят использовать меня в своих целях. Рэйг признался в том, что обманывал каждый раз. Сначала я была с ним, и он травил меня сказками о том, как же плохо в тринадцатом поселении. И он же отдал меня им. Я увидела всё иначе, Терло. Там всё не так, как он говорил. Там они счастливы.

– Счастливы ли? Или их заставили быть такими силой Арин, которую ваш отец из неё выкачал? А когда увидел тебя, обновлённую и обладающую мощью, то его алчность и сыграла с тобой злую шутку. В этой ситуации ты можешь верить только своему сердцу, Эйрин. Моё так сильно болит, что я не знаю, как облегчить это. А что шепчет твоё?

– Вернуться домой, – тихо признаюсь я.

– Вот, да и тот факт, что ты беременна от непонятного для меня существа, от какой-то нечисти, говорит о том, что это было обоюдным желанием.

– А ты откуда знаешь? – Цокаю я.

– Арин упоминала, что когда два сердца желают одного и того же, то это случается.

– Конечно, это случается по глупости, и всё. Он забил мне голову своими словами, а я, дура, поверила. Да и это тоже ложь. Что же тогда моя мать, знающая о том, какой отец ублюдок, так легко позволила себе забеременеть от него?

– Для неё он был лучшим. И никто из нас не знает, как он её обманул, чтобы вы появились на свет. Эйрин, пойми, ты беременна от того, кого в нашем мире не существует. И твой ребёнок неизвестно каким родится, если ты останешься здесь. Ты как минимум должна поговорить с отцом ребёнка и уладить всё. А ещё эта война, Эйрин. Именно её пыталась предотвратить Арин.