У её подъезда он остановился.

— Спасибо за день и особенно за вечер, — тихо сказал он.

— И тебе спасибо, давно я так не гуляла, — она улыбнулась, потупив взгляд.

— Есения… — его голос снова стал серьёзным. Он сделал шаг вперёд, и она инстинктивно отступила к стене подъезда. — Я буду ждать. Столько, сколько понадобится.

Он не пытался её поцеловать. Он просто поднял руку и, дав ей время отпрянуть, медленно, почти с благоговением, убрал прядь волос, упавшую ей на лицо. Его пальцы лишь на мгновение коснулись её щеки, но этого было достаточно, чтобы по её коже пробежали мурашки.

— Спокойной ночи, — он отступил, давая ей пространство.

— Спокойной ночи, Олег.

Она быстро зашла в подъезд, не оглядываясь, чувствуя его взгляд на своей спине. Поднявшись в квартиру, она подошла к окну. Он всё ещё стоял там, внизу, освещённый одиноким фонарём. Он ждал.

И только когда свет в её спальне погас, он, наконец, развернулся и подошёл к своей машине. Она приветливо мигнула ему фарами, он открыл дверь и сел за руль. Ещё постояв какое-то время, он всё-таки завёл мотор и выехал из двора. Есения, стоя за шторой, смотрела, как его машина скрывается за поворотом. Она прижала ладонь к щеке, которая всё ещё горела от его прикосновения. Присев на кровать, она запустила пальцы в распущенные волосы. Этим вечером она окончательно поняла, что всё ещё любит этого мужчину. Вот так глупо, несмотря ни на что… И как бы она ни старалась держать оборону, её тело тоже её предавало, и на самом деле она очень хотела, чтобы он её поцеловал, как когда-то, нагло не спрашивая…

— Есения, ты такая дура…

Но сердце её оживало, а пустота, к которой она так привыкла, что даже не замечала, вдруг заполнилась теплом. И если Есения была готова рискнуть, ещё раз довериться… То оставалось самое сложное — рассказать всё сыну.

Олег вернулся в номер. Он находился в какой-то странной эйфории. А ещё он вдруг осознал, что сегодняшний день и вечер были особенными в его жизни. Во-первых, он впервые в жизни знакомился с родителями девушки. Вот так, давно разменяв пятый десяток, он никогда не знакомился с родителями. По юности отношений не было, по молодости было нафиг не нужно. Потом женщины в его жизни были мелкими эпизодами. Пока не появилась она, но и тогда он не планировал знакомств, так как понимал, что семьи даже с ней у него не будет. Но жизнь такая стерва, сыграла с ним злую шутку. Он и представить не мог, что ради этой женщины перекроит мир, что будет желать семьи с ней больше всего на этом свете. Во-вторых, он только что вернулся с настоящего свидания. Когда прогулка и поход в ресторан заканчивается провожанием до подъезда, а не бурным сексом в номере или на заднем сидении автомобиля. Да и вообще, гулял ли он так когда-нибудь с девушкой? Нет. Вот такая, блин, история. Которой Даров сам поражался, осознавая эти факты.

Стоя под душем, он, прикрыв глаза, вспоминал сегодняшний день. Точнее, все те моменты с Есенией, в которые ему особенно сложно было сдерживать свои порывы и не поцеловать, а там… Там на поцелуе он бы не остановился. Просто не смог бы. От воспоминания член наполнился кровью, возбуждение спадать не собиралось, и пришлось помогать себе рукой.

Сон долго не шёл, и ему хотелось написать или лучше позвонить Есении. Но также не хотелось потревожить её сон. Зато утром, стоило ему проснуться, он тут же нащупал телефон и написал ей сообщение, пожелав доброго утра и разрешения приехать.

Есения долго не могла уснуть, а когда уснула, то сон был неспокойным. То она от кого-то убегала, то попадала под пули, то задыхалась в тесном помещении, потолок которого становился всё ниже. То плавала в океане. А когда вышла на берег, то увидела ожидавшего её Дарова. Он улыбался так легко и излучал счастье. Они начали целоваться, а закончилось всё сексом прямо на пляже, и проснулась Есения от собственного стона, зажимая бёдрами свою руку и двигая ими в древнем, как мир, ритме.

— Господи, — она застонала, осознав, что произошло, и спрятала лицо в изгибе локтя.

Её тело спало все эти годы. Ни разу оно не подкидывало эротических снов, ни разу не отзывалось на мужские прикосновения, даже в книгах она эротические сцены читала спокойно. А тут…

Она потянулась к телефону и обалдела: начало одиннадцатого. Вот это она проспала. На телефоне висело несколько пропущенных от мамы и Даника и сообщение от Олега. Он предлагал снова встретиться.

Есения набрала номер сына.

— Привет, сынок.

— Ты где? Я звоню, звоню.

— Ты позвонил всего два раза, это не похоже на «звоню-звоню», — усмехнулась я. — Я дома, только проснулась.

— Вот это ты, соня, — усмехнулся он. — Бабушка спрашивает, ты придёшь?

— Да, умоюсь и поднимусь.

Есения потянулась, раскинув руки в стороны, она смотрела на потолок. Её мысли медленно и лениво текли в попытке найти ответ на мучившие её вопросы. Даров не остановится, пока не добьётся своего. Это она знала точно. И она могла бы долго играть роль обиженной и недоступной, просто из вредности. Но вчера она призналась себе, что очень ждёт его поцелуя, что, несмотря на то, что боится нырнуть в эти отношения, она всё же хочет этого, несмотря ни на что.

Она потянулась к телефону и отправила сообщение Олегу. А потом всё же встала и пошла умываться. Затем поднялась к родителям.

— Ну, как всё прошло? — заговорщицки спросила Светлана Есению, когда наливала ей кофе и ставила перед дочкой разогретые вчерашние пирожки.

— Нормально. Мы гуляли, много разговаривали, ужинали в пиццерии, а потом он проводил меня домой.

— Что решила? — Светлана села напротив, подперев кулаком подбородок.

— Решила всё рассказать Данику…

— Ну и правильно. Папе твой Олег понравился.

— Ну да, это важно, — не без сарказма согласилась Есения. — Но мне всё равно страшно.

— Это нормально, — отмахнулась мама.

После завтрака Есения нашла Даника в гостиной, где он собирал свой конструктор, внимательно изучая инструкцию и немного злился, если что-то плохо получалось.

— Сынок, — Есения вдруг разволновалась. — Олег приглашает нас погулять…

— Я занят, — не отвлекаясь, ответил мальчик.

— Ты же хотел покататься на его машине, — пошла она с козыря, мальчик тут же поднял голову.

— Так погулять или покататься? — Есения не сдержала улыбку.

— Я думаю, и то и другое.

— Хорошо, — он улыбнулся.

Вот она сила красивой машины, подумала Есения. Мальчики они такие мальчики.

Через час они стояли во дворе и смотрели, как к ним подъезжает чёрный «Лексус». Олег, сияя улыбкой, вышел из машины, он уже успел купить бустер для Дани и теперь сам помогал ему пристегнуться. Есения заняла пассажирское сидение рядом с водителем. Она волновалась, ведь пока только она знала, что сегодня эти двое перестанут быть друг другу чужими. Она ещё не знала, как ей об этом сказать, но тянуть она не хотела и надеялась, что сможет поймать подходящий момент.

Олег повёз их в игровой центр на окраине города. Ещё утром он изучил все местные развлечения, когда Есения написала, что согласна на прогулку вместе с сыном. И решил, что игровые автоматы — это то, что зайдёт любому мальчишке. Как только они переступили порог, на Даника обрушился шквал звуков и огней.

— Ух ты! — он замер, не зная, куда бежать. Здесь он никогда не был, и от впечатления его глаза разбегались, ведь хотелось попробовать всё.

— Хочешь на гоночных симуляторах? — Олег положил руку ему на плечо.

— Да! — мальчик сорвался с места.

Вскоре они уже сидели рядом в двух гоночных креслах, сцепив руки на рулях. Олег, к удивлению Есении, с полной серьёзностью объяснял Данику, когда нужно тормозить перед виражем и как обогнать соперника. Забег за забегом они неистово соревновались, и Олег то и дело поддавался, от чего Даник ликовал и требовал реванша. Потом был баскетбол, тут с ними даже Есения мяч побросала. Ещё какие-то стрелялки и бродилки.