Когда поднял его, грифон остался на месте.

Кайрел подошел сбоку, остановился достаточно далеко, чтобы Раук мог отойти, и подождал.

Грифон не ушел.

Первый ремень лег на место.

Потом второй.

Раук переставил лапы, но не пытался увеличить расстояние.

Я смотрела не на Кайрела, а на него. Ни того собранного положения, которое появлялось рядом с командирским знаком, ни готовности уйти.

— Хватит? — спросил Кайрел.

— Это вы у него спрашиваете?

— Вас.

— Тогда ответ тот же, что в первый день. Не знаю. Смотрите, что он делает.

Кайрел закончил крепление.

Раук остался.

— Сесть можно? — спросил он.

— Если хотите проверить, подойдите к стремени. Не садитесь сразу.

Он выполнил.

Раук повернул голову, посмотрел на него и остался на месте.

Кайрел взялся за седло.

Грифон сделал один шаг вперед.

Герцог отпустил.

Раук остановился.

Никто не говорил.

Через несколько секунд Кайрел снова коснулся седла.

На этот раз грифон не двинулся.

Он сел.

Раук выдержал вес, расправил одно крыло, сложил обратно и пошел по двору.

Без команды.

Кайрел не натянул повод.

Они сделали круг и остановились у ворот.

Я подошла.

— Теперь хотя бы один вопрос закрыт.

— Какой?

— Он согласен вас нести.

Кайрел провел рукой по переднему краю седла.

— В воздухе может быть иначе.

— Может.

— Вы сегодня удивительно не пытаетесь меня успокоить.

— Никогда особенно не пыталась.

— Верно.

Он спешился.

Раук сразу повернулся к нему, но не отходил.

— Где ключ?

— При мне.

— Покажите.

— Вы сами просили никому не отдавать.

— Я не прошу отдавать.

Достала темный эталон.

Кайрел увидел его и только тогда немного расслабился.

— Что король решил насчет Севрана?

— Полный доступ под надзором.

— Мне это не нравится.

— Мне тоже.

— И вы согласились?

— Другого человека, способного за три часа подготовить девять башен к старому режиму, у нас нет.

— Есть его заместитель.

— Тот, который подписал доклад о допустимом отклонении?

Кайрел не ответил.

— Вот именно.

— Севран мог подделать документы, убрать материалы из папки и изменить показания.

— Мог.

— И мы даем ему доступ ко всей системе.

— Под охраной.

— Очень утешает.

— Если у вас есть лучшее решение, говорите сейчас.

Он посмотрел на Раука.

— Нет.

— Тогда будем считать, что оба ненавидим план одинаково.

— Это уже что-то.

До Центральной площадки Раук добрался своим ходом.

Кайрел лететь не стал. Мы ехали рядом в открытой служебной карете, а грифон шел по освобожденной улице. Возможно, для человека, который только что получил возможность снова сесть в седло после долгого перерыва, это было не самое приятное решение. Но Кайрел не стал проверять связь там, где ошибка могла стоить слишком дорого.

Тарен встретил нас у основания Центральной башни.

— Ваша светлость.

— Сколько командиров в городе?

— Все, кто назначен на церемонию. Остальные части переведены на внешний периметр.

— Знаки?

Тарен поморщился.

— По официальному расписанию должны быть надеты при входе делегаций.

— Не будут.

— Канцелярия уже прислала два возражения.

— Пусть пришлет третье.

— Я примерно так и ответил.

Кайрел посмотрел на него.

— Примерно?

— Вежливее.

— Зря.

Тарен позволил себе короткую улыбку.

— Рад, что вы вернулись.

— Я тоже. Теперь работа.

Севран находился внутри башни. За два с половиной часа он успел подготовить семь контуров из девяти. Оставались Северный и Центральный.

Когда мы вошли в управляющую комнату, он сидел на полу возле открытой панели и диктовал дворцовому служащему номера настроек.

— Если вы пришли спросить, успею ли я, ответ не изменился, — сказал он, не оборачиваясь.

— Не спрашивал, — ответил Кайрел.

Севран поднял голову.

— Вас выпустили.

— Вы наблюдательны.

— Профессия обязывает.

Я подошла к старому контрольному прибору.

— Можно проверить Западный ориентир до общей настройки?

Севран встал.

— Можно. Но только через одну башню.

— Достаточно.

— Раук здесь?

— Внизу.

Севран посмотрел на Кайрела.

— Без знака?

— Без.

— Хорошо.

Мы провели проверку на внешней площадке Центральной башни.

Раук стоял внизу, в широком пустом дворе. Кайрел находился рядом с ним. Я поднялась на контрольную площадку с эталонным ключом, Тарен остался между нами, чтобы видеть и меня, и грифона.

Севран перевел Центральную башню в подготовленный режим.

— Откройте Запад, — сказал он.

Я нашла нужную линию по схеме.

Щелчок.

Раук вскинул голову.

Потом повернулся на запад.

Не попятился.

Не пытался уйти со двора.

Через несколько секунд снова посмотрел на Кайрела.

— Закрывайте, — сказал Севран.

Я вернула линию.

Кайрел показал Тарену, что все спокойно.

Севран включил обычный текущий ориентир Центральной башни.

Раук изменил положение почти сразу. Не ушел, но развернул корпус так, чтобы увеличить расстояние до стены.

— Видели? — спросила я.

Севран не ответил.

— Еще раз Запад.

Он переключил контур.

Я открыла эталонный ключ.

Раук перестал отходить.

Кайрел ничего ему не говорил.

Грифон сам выбрал, где стоять.

— Этого достаточно? — спросила я.

Севран долго смотрел вниз.

— Для Раука — да.

— А для вас?

— Для меня достаточно понять, что старый ориентир действительно воспринимается иначе.

— Значит, резервный вариант работает.

— На одной башне.

— Остальные подготовите?

— Если перестанете каждые пять минут заставлять меня доказывать одно и то же.

— Тогда быстрее работайте.

Он посмотрел на меня так, как смотрел еще в первый день: спокойно, почти с любопытством.

— Вы удивительно легко освоились с распоряжениями.

— Кайрел жаловался раньше.

— И что помогло?

— Ничего.

Севран вернулся внутрь.

Тарен подошел ближе.

— Вы ему не доверяете.

— Это заметно?

— Мне — да.

— Хорошо.

— Что делать, если он попробует изменить настройку не по плану?

Вопрос был адресован Кайрелу, но тот посмотрел на меня.

Я не знала устройства башен. Не могла отличить полезный рычаг от декоративного, если бы здесь существовали декоративные рычаги.

— Не пытайтесь угадывать по механизму, — сказала я. — Смотрите на Раука.

Тарен нахмурился.

— Он будет в воздухе.

— Именно. Если Севран говорит, что включил чистый ориентир, а Раук начинает от него уходить, значит, что-то не так.

Кайрел добавил:

— И еще одно. Если Раук выйдет из строя, я не буду возвращать его силой.

— Ваша светлость, вы поведете центральную группу.

— Нет. Формально ее поведет Дайрен.

Тарен удивился.

— Почему?

— Потому что у меня не будет командирского знака.

— Тогда зачем вам подниматься?

Кайрел посмотрел на Раука.

— Чтобы в небе был человек, который знает, что делать, если ориентир окажется ложным.

Я сказала:

— Не человек.

Оба повернулись.

— Раук знает лучше.

Кайрел не спорил.

За два часа до церемонии все девять башен были подготовлены к контрольному режиму.

За час до прибытия первой делегации Кайрел собрал старших всадников на площадке.

Я стояла в стороне вместе с Раухом и слушала.

— Командирские знаки остаются в закрытых коробках до отдельного приказа. Если грифон начинает менять высоту или направление, не исправляете сразу. Даете ему пространство. Если движение продолжается, выходите из строя вместе с ним.

Один из офицеров возразил:

— Тогда строй рассыплется.

— Лучше строй, чем грифон.