Она провела ладонью по лицу.

— Каспиан, не стоило.

По её тону было видно: она хочет отказаться из упрямства, но на самом деле зверски голодна.

— Пожалуйста, не дай еде остыть, — попросил я. — Обещаю, это вкусно.

Её синие глаза метнулись от экрана к тарелке в поисках предлога отказаться.

— Я могу кормить тебя с вилочки, если тебе нужно продолжать печатать, — подмигнул я, приподняв бровь.

Щёки Джунипер тут же вспыхнули восхитительным нежно-розовым румянцем.

Боги, до чего же она прекрасна, когда смущается.

— Я в состоянии поесть сама, спасибо, — она выхватила у меня тарелку. — Ты ведь её не отравил?

— Я не планирую так быстро становиться вдовцом, маленькая ведьма, — усмехнулся я.

Она снова нахмурилась, но всё же отрезала вилкой кусочек блинчика. Я завороженно наблюдал, как она отправляет его в рот. Джунипер издала тихий, едва слышный стон наслаждения, который теперь точно будет преследовать меня в снах.

Я бессознательно облизнул губы. Её взгляд зацепился за это движение.

Неужели она тоже чувствует это притяжение?

Я думал, ведьмы не так восприимчивы к узам суженых.

— Вкусно. Спасибо, — проговорила она, жуя. — Но мне правда надо доделать проект. Ты не мог бы… прибраться на кухне? У меня сегодня сумасшедший день.

— Считай, уже сделано, — я расплылся в улыбке.

— Ты лучший, — рассеянно пробормотала она, возвращаясь к монитору.

Фраза была дежурной, но внутри всё запело. Я угодил своей суженой!

В приподнятом настроении я чуть ли не вприпрыжку вернулся на кухню и уж точно не напевал себе под нос, пока мыл миску и сковороду и на всякий случай протирал столешницу ещё раз.

С громким вздохом я плюхнулся на диван. Моя рука рассеянно скользнула по лежавшей рядом шкуре, пока я печатал братьям сообщение с просьбой привезти мне чистую одежду и туалетные принадлежности. После всего, что я делал для Эдриана за эти годы, он был передо мной в долгу.

В конце коридора хлопнула дверь. Я тут же выпрямился, ожидая появления своей прекрасной ведьмы. Вскоре она вышла — губы сжаты в тонкую линию, взгляд напряженный.

Джунипер переоделась в джинсы и шелковую блузку. Она выглядела настолько притягательно, что мне пришлось сжать кулаки, чтобы не потянуться к ней.

— В общем, я понимаю, что нам надо решить вопрос с твоей шкурой, но я опаздываю на бранч с мамой и сестрой, — виновато произнесла она, поморщившись.

— Я пойду с тобой, — выпалил я прежде, чем успел подумать.

Она нахмурилась:

— Ты не можешь идти со мной. Я не стану им о тебе рассказывать. Они не поймут.

— Ладно. Я просто посижу в сторонке. Я хочу быть рядом, если тебе что-то понадобится. Не оставляй меня здесь одного, — слова сыпались из меня сами собой.

Чёрт, да что я несу?!

Джунипер прикрыла глаза, глубоко вздохнув:

— Ладно. Можешь посидеть за барной стойкой. Это ненадолго. Они не самые большие мои поклонницы, так что мы вряд ли задержимся.

Я напрягся:

— В смысле — «не самые большие поклонницы»?

Она пренебрежительно взмахнула рукой:

— Не бери в голову. Мы не близки.

Её спокойная уверенность завораживала. Каждая деталь, которую я узнавал о Джунипер, влюбляла меня в неё всё сильнее. Мысль о том, что кто-то может её не любить, просто не укладывалась у меня в голове.

— Это совсем рядом, я хотела пройтись пешком, — сказала она и потянулась к моей шкуре.

— Ты что делаешь? — нахмурился я.

Она моргнула:

— Э-э… ты же не хочешь оставлять её здесь? К тому же, я подумала, что смогу случайно её «потерять».

Ах да, сам же подал ей эту идею.

Что-то мне подсказывало, что её план сработает совсем не так, как она рассчитывала.

— Ну разумеется, — хмыкнул я.

— Отлично, тогда пошли, — она кивнула на дверь.

Спустя две минуты мы уже шли по улице плечом к плечу. Руки чесались взять её за ладонь, но по напряженной осанке было ясно: она меня тут же оттолкнет.

Кофейня находилась в паре кварталов от пляжа. Внутри пахло выпечкой и жареным беконом, а стены украшали керамика и картины.

— Тебе туда, — прошипела Джунипер, слегка ткнув пальцами мне в живот.

Под её прикосновением мышцы инстинктивно напряглись, и её глаза удивленно расширились. Позволив ей «прогнать» себя, я с довольной ухмылкой отступил к барной стойке, сделанной из полированной коряги.

— Кофе? — спросил владелец, Рик. Его фланелевая рубашка выглядела мятой, а волосы более растрепанными, чем обычно, но он бы просто разозлился, если бы я спросил его об этом.

— Да, со сливками, пожалуйста, — кивнул я и снова перевел взгляд на Джунипер.

Она осторожно прошла к столику у окна, где её уже ждала пожилая женщина. У матери Джунипер были такие же темные глаза и загорелая кожа, но вместо платиновых волос — каштановые пряди с карамельным мелированием.

Она даже не поднялась — просто позволила Джунипер наклониться и обнять себя. Я поморщился от такой холодной отстраненности, хотя и не мог не оценить восхитительный вид на фигуру моей ведьмы. Джинсы сидели на ней безупречно.

Джунипер села напротив матери и заказала чай. Я внимательно запоминал её предпочтения, чтобы в будущем баловать её идеальными напитками.

Вскоре появилась молодая женщина — точная копия матери. Вот её мать встретила с распростертыми объятиями. Когда они уселись, мать и сестра принялись ворковать друг с другом, практически игнорируя Джунипер. Внутри у меня закипела злость.

Они сидели напротив Джунипер, и их фальшивые улыбки заставляли мою кровь закипать. Моя прекрасная маленькая ведьма неловко ёжилась на стуле, нервно поправляя воротник.

Она словно сжалась, теряя всю ту уверенность, которой я так восхищался. Я стиснул зубы, изо всех сил удерживая себя на месте.

Джунипер молча потягивала чай, пока мать и сестра ковыряли пирожные и обменивались красноречивыми взглядами. Наконец мать подвинула по столу сложенный листок. Джунипер нахмурилась, развернула его и пробежала глазами.

Спустя пару минут родственницы поднялись и ушли вместе, оставив Джунипер одну. Я тут же поднялся и через секунду уже опустился на стул рядом с ней.

— Что это? — рыкнул я, указывая на бумагу.

Синие глаза скользнули по листку и уставились на меня. Зрачки Джунипер были расширены. Я заставил себя расслабить черты лица и сделать глубокий вдох.

— Да так, небольшой список дел для нашей семейной встречи, — тихо ответила она. — Семейный слёт уже в субботу, а мама с тётей ничего не успевают. Я с радостью помогу.

Судя по тону, она пыталась убедить в этом сама себя.

— Я помогу тебе. У меня полно времени, — я положил руку на спинку её стула.

Даже через ткань блузки я чувствовал её тепло. Джунипер отшатнулась, словно обжегшись, и моё сердце болезненно сжалось.

— Завтра этим займусь. А сегодня мне надо навестить бабушку. Она организует семейный слёт, а я её сто лет не видела.

— Тогда пошли.

Впервые с момента, как мы вошли в кофейню, на лице Джунипер расцвела теплая, искренняя улыбка. Она поднялась, а я наклонился и забрал свою шкуру, аккуратно сложенную на скамейке, где только что сидела её мать.

Хитрая маленькая ведьма.

Она направилась к выходу, а я перехватил шкуру поудобнее. Выйдя на залитую солнцем улицу, Джунипер бросила взгляд на мои руки.

— Ой, кажется, я её потеряла, — с невинным видом произнесла она, указывая на шкуру у меня под мышкой. — Так что тебе, наверное, пора.

— Хорошая попытка, но «случайностью» тут и не пахнет, — ухмыльнулся я. — Пойдем к твоей бабушке.

Джунипер нахмурилась, но спорить не стала и вызвала такси. Когда мы приехали, я расплатился с водителем, невзирая на её протесты.

— Пусть твой муж платит за всё, маленькая ведьма, — пробормотал я, пока мы шли по дорожке к уютному пляжному бунгало.

Джунипер резко остановилась и упёрла руки в бока:

— Не называй себя моим мужем! Я найду способ разорвать эту связь, и рассчитываю сделать это прямо сегодня!