— Вы останетесь у нас надолго? — с улыбкой спросил я, когда Ли Линью начала спрашивать о подступающих холодах и максимальной температуре летом.

— Совет народной партии постановил что у МНР должен быть постоянный посол на территории России, и лучше меня кандидата не нашлось, так что я останусь в Петербурге столько, сколько понадобится. — улыбнулась принцесса.

— Отлично, это в самом деле прекрасные новости.

— Тогда, если вы не против, я бы хотела заниматься вместе с вашими учениками. — нисколько не стесняясь, сказала Линью, и я едва сумел сдержать улыбку. Похоже, не до конца, ведь девушка заметила это и нахмурилась. — Я что-то не так сказала? Ошиблась?

— Нет-нет. У вас потрясающее произношение и знание языка. А учитывая вашу превосходную разведку, вы скорее всего в курсе о моём классе принцесс, как мы его в шутку называем. Там уже занимаются ежедневно Тереза Бурбон и Фатима, сестра Амина.

— Прошу прощения, — ещё больше нахмурилась девушка. — Я не понимаю, что за намёки на разведку.

— Никаких намеков. Но, если позволите, я дам вам совет, который вы можете тут же передать вашему начальнику службы безопасности, — проговорил я, и девушка, немного подумав кивнула. — Вы же знаете, что у меня много учеников. А вы единственная страна, которая массово использует импланты у своих служащих. Да ещё и дроны, которые светятся в истинном зрении словно новогодняя ёлка. Мы не против. Если хотите, можем даже открыть вам официальный пост при посольстве. От союзников, которые помогали расправиться с Пожирателем у нас нет секретов.

— Мы делали это не только для вас, — с трудом удерживая улыбку, сказала принцесса. — Весь мир находился на грани. И всё ещё висит на ней. Полшага и…

— Мы готовы передать вам полные чертежи резонаторов Краснова.

— Но это же главное оружие против одарённых! — охнула принцесса, удивившись так, что её глаза стали вполне нормального размера. — И вы отдадите нам его чертежи?

— Это оружие против тварей резонанса, а не против одарённых, к тому же для меня лично и для моих братьев оно совершенно безопасно. В любом виде, — улыбнулся я, заставив девушку опешить. — Так что, да, я готов передать вам не только чертежи, но и действующий прототип, который вы сможете разобрать, а потом собрать по винтику чтобы убедиться, что ваши учёные и инженеры всё сделали правильно. Это крайне важно.

— Что вы хотите взамен? — подобравшись, спросила Линью.

— Чтобы человечество сумело отступить от пропасти на полшага назад, — решительно ответил я. — У вас есть бомбардировщики, но нечего сбрасывать на тварь. Мы вам дадим это. Увы, с доставкой пока у нас не всё так гладко, мы восстановили лишь часть флота, и он нужен дома. Но если вы готовы возвести на нашей территории несколько своих заводов, будем исправно поставлять вам боеприпасы.

— Вы не хотите получить наши технологии микроэлектроники? Компьютеров? — поинтересовалась принцесса.

— Чертежи у нас и свои имеются, и, смею надеяться, не хуже ваших. Только последние годы страна производила боеприпасы и корабли вместо товаров повседневного пользования. Так что приходится восстанавливать производства по крупицам, когда нужно шагать семимильными шагами.

— Я боюсь, принимать такие решения вне моих полномочий, — с сожалением проговорила Линью, и я легко кивнул. — Мне нужно передать вашу информацию Комитету Благополучного Будущего и тогда они примут решение.

— Конечно, я и не настаивал, чтобы вы ответили немедленно. Пока тварь спускается в Тихий океан и перебирается через него, время ещё есть.

— Откуда… вы уверены⁈ — едва расслабившаяся девушка вновь вздрогнула.

— Увы, все сильные одарённые чувствуют его. Даже если ваши самолеты-разведчики и дроны ничего не нашли.

— Я всё передам! — поднявшись, сказала принцесса и, стараясь не торопиться, направилась из зала.

— Не забудьте о занятиях. Завтра в десять утра.

Стоило попрощаться с принцессой, как приехал Краснов со своей супругой. Гаечка старалась привести себя и мужа в порядок, как могла. Всё же Макс оставался тем ещё раздолбаем, хоть и гениальным. Вечно растрёпанный, вечно витающий где-то в облаках, так что пришлось в начале подправить его потоки праны к чакре души. Чтобы ускорить и нормализовать процессы, а уже потом заниматься округлившимся животом девушки.

— Почему вы раньше нам ничего не говорили? — радостно щебетала Ангелина, и казачка лишь отмахивалась, лепеча что-то про нашу загруженность, будто она нам чужая. — Вы просто обязаны позвать нас на крестины. Имя уже выбрали?

— Пока спорим, — смущённо улыбнулась девушка.

— С ребёнком и его будущей мамой всё в полном порядке, осложнений никаких быть не должно. Но на всякий случай раз в месяц на протяжении следующих двух, а потом раз в две недели нужно будет наблюдаться, — с улыбкой объявил я. После чего Гаечка с облегчением выдохнула, а Ангелина обняла старую подругу.

— Отойдём? — поманил за собой я товарища, и когда мы сели у окна в зале для приёмов, чуть выждал. Но он не стал первым начинать разговор. — Рассказывай.

— Не хочу жаловаться, всё у меня нормально, — попробовал отмахнуться Краснов. — Занимаюсь своими делами, работаю, исследования опять же…

— По тому, что я слышал, создаётся впечатление, что ты зашиваешься, у тебя куча проектов и совершенно не хватает времени, — начало я, и парень кивал на каждое слово. — В то же время за последние полгода у тебя нет ни одного не только защищённого проекта, но даже и намеченного плана работ.

— Я работаю, — буркнул Макс.

— И я в тебе нисколько не сомневаюсь. А потому лишь спрошу, что ты делаешь, и что тебе нужно для того, чтобы получилось быстрее и лучше? Финансирование, помощники? Всё что в моих силах.

— Тридцать шесть часов в сутки, — улыбнувшись, ответил парень. — Ну, может, ещё парочку на поспать.

— Значит, помощники, которые не будут тебя раздражать, но при этом возьмут на себя часть задач, — уверенно сказал я, и Макс нахмурился. — Ты, к слову, в курсе, что наши китайские друзья устроили за тобой, как и за многими другими ценными кадрами, круглосуточное наблюдение?

— Мелькало что-то за окном, но я думал… — нахмурился ещё больше Макс.

— Это не проблема, если ты не пытаешься построить в своей лаборатории термоядерную бомбу или какое-то иное оружие массового поражения, о котором они узнают, а главное, соберут его раньше нас, — пояснил я. — Сейчас резонанс на нашем континенте существенно снизился, так что постройка ракеты не должна составить особенных проблем.

— У людей снизился, — поправил меня Краснов. — У планеты он только вырос.

— Хочешь сказать, что тварь настолько сильно фонит, что можно приспособить твои резонаторы в качестве нагревательного элемента и вечного двигателя?

— Ну не настолько. Хотя, если сделать миниатюрные версии… Но когда мы от неё избавимся, это уже будет не важно, резонанс сойдёт на нет окончательно. Сойдёт же?

— Скорее нет, чем да, — задумчиво проговорил я. — Но гарантировать не смогу. Тебе в помощники мальчика или девочку?

— Невидимку. Главное, чтобы не отвлекал…

Распрощавшись с четой Красновых, я остался наедине со своими любимыми жёнами, не все из которых были рады сегодняшним визитам.

— Знаете, что наш дорогой муженёк решил устроить? — обведя всех заговорщицким взглядом, спросила Мария. — На скамейке запасных теперь столько же, сколько нас. Трое! Это ровно на три больше, чем нужно!

— Дорогая, успокойся, какая ещё скамейка запасных? — удивлённо проговорил я. — Мне просто нужно, чтобы принцессы были под присмотром, получали нормальное обучение и в случае необходимости служили заложницами.

— А в случае крайней необходимости — жёнами! Ну если мы не сможем вовремя родить наследника престола! — распалялась Мальвина.

— У меня ребенок засыпает, можно потише? — грозно спросила Инга.

— Тебе что, наплевать на… — опробовала продолжить Мальвина, но в это время я взял её за горло и слегка придавил, не воздействуя на нервные центры и не ломая гортань, хотя это и требовало всего одного движения.