— Давай все-таки в ресторан? — настаивает.

— Ресторан уже приехал к нам. Я заказала доставку.

На лице Марка изображается возмущение. Опережая его недовольство, кладу указательный палец ему на губы:

— Тссс. Не ругайся. Дома лучше, чем в ресторане.

Я хватаю Марка за руку и тяну за собой. Он на ходу скидывает с себя обувь и идет за мной. Я завожу Марка на кухню.

— Сюрприз!

— Ого, — удивляется.

Я постаралась организовать нам настоящее свидание. Я не просто разложила по тарелкам еду из ресторана, а красиво украсила стол. На белой скатерти стоит фарфоровая и серебряная посуда, наполненная разными деликатесами и кулинарными изысками. На тарелках лежат красивые салфетки, по бокам приборы и бокалы из хрусталя. Но главное — большой свет выключен, а повсюду расставлены свечи.

Я жадно всматриваюсь в лицо Марка, стараясь прочесть реакцию. В полумраке помещения Соколов выглядит не просто удивленным. Он ошарашен.

Я ликую. Ему понравилось. Ему правда понравилось!

— Эви, а по какому это поводу? — продолжает изумленно рассматривать сервированный стол.

— По поводу начала наших тайных отношений. Мы же теперь любовники, забыл?

Не произнося больше ни слова, Марк снова притягивает меня к себе и целует в губы. Я обвиваю его шею и почти висну на нем. С каждой секундой поцелуя я пьянею. Меня закручивает в вихре чувств.

Все это так странно между мной и Марком. Мы едва знакомы, а мне уже хочется делать для него приятное. Он женат, но вечером после работы спешит не к жене, а ко мне. Я плавлюсь от его прикосновений и поцелуев. Я хочу его. Хочу как женщина может хотеть очень красивого и привлекательного мужчину.

Марк вжимает меня в кухонный шкаф. Я смеюсь, разрывая наш сумасшедший поцелуй.

— Пойдем ужинать, а то все остынет.

Он чуть отстраняет от меня лицо, смотрит в глаза.

— Эви, ты невероятная. Ты точно настоящая? — он проводит ладонью по моей щеке.

— Настоящая, — трусь лицом о его руку. Затем хватаю ладонь Марка и тяну его к столу.

Мы садимся друг напротив друга. Между нами блюда, свечи и бутылка вина. В ожидании Марка я ничего не ела, поэтому очень проголодалась. Я накладываю себе салат с креветками и жареное мясо. Марк тоже пополняет свою тарелку. Затем он открывает бутылку вина и разливает по бокалам.

— За наше первое настоящее свидание, — предлагаю я тост.

Марк касается своим бокалом моего.

— Это определенно лучшее свидание.

«Даже лучше, чем свидание с женой?», моментально появляется вопрос в голове, но я успеваю прикусить язык.

Я не хочу говорить с Марком о его жене. И он совершенно точно тоже не хочет говорить со мной о ней. На его правой ладони блестит обручальное кольцо. Марк не снял его перед приходом ко мне. Полоска золота на его безымянном пальце мельтешит перед глазами и раздражает, портя впечатление от прекрасного вечера, но я не могу не признать, что Марк все делает правильно.

Не знаю, как ему, а мне точно требуется напоминание о том, что мы временные любовники. Потому что свое-то помолвочное кольцо я не ношу при Марке. Поэтому нужно, чтобы хотя бы Марк не снимал свое обручальное. Иначе я рискую забыть, кто я на самом деле, — временная любовница.

— Как дела на работе? — спрашиваю с интересом. — Какие у тебя сейчас интересные кейсы?

— Был на встрече с клиентом. Владелец крупной компании из сферы химической промышленности хочет скупить все мелкие фирмы на своем рынке и стать монополистом.

— А разве так можно? — удивляюсь. — Есть же антимонопольный закон.

Я отправляю в рот креветку с помидором черри и рукколой. Аж чуть ли не зажмуриваюсь — так мне вкусно.

— В нашей стране все можно, — хмыкает.

— А если серьезно? Как такие сделки пропускают?

— Ну слушай, посмотри, какая у нас монополия в банковской сфере. По сути вся страна обслуживается в одном крупнейшем государственном банке.

— Но помимо него у нас в стране есть еще триста-четыреста других банков, — замечаю. — Нам есть из чего выбрать. У нас не один банк на всю страну.

— В случае конкретно с этим клиентом могу сказать, что он охамел и оборзел. У него очень большие амбиции и не очень честные методы работы. Посмотрим, получится ли у него осуществить задуманное.

— А к тебе он зачем конкретно обратился?

— Делать юридическое сопровождение сделок по покупке мелких компаний и получать от ФАС разрешение на эти сделки.

Мне нравится, что Марк откровенно говорит со мной о своей работе. Сразу вспоминается мой жених, который на нашем свидании ясно дал понять, что его работа и большой бизнес — не моего ума дело.

Кстати, от Вадима нет ни слуху ни духу. Если бы не звонок его мамы с вопросами по организации свадьбы, я бы подумала, что Островский передумал на мне жениться. Но, к сожалению, нет. Свадьба в силе. Мама Вадима звонила мне сегодня днем, чтобы обсудить макет пригласительных. Сначала она долго описывала макеты словами, а потом заявила: «Давай я пришлю тебе их, посмотришь».

Один бокал вина так сильно бьет мне в голову, что я решаю больше не пить. Хотя это спорно, от чего я опьянела на самом деле — от алкогольного напитка или от Марка.

Я смотрю на него так, как будто никогда прежде не видела мужчин. Мне кажется, мой интерес и восторг написаны у меня на лбу. Потому что я в жизни не встречала мужчину умнее, красивее и интереснее, чем Марк Соколов.

Доев свою еду на тарелке, я не выдерживаю, встаю со стула, обхожу стол и усаживаюсь на колени к Марку. Нагло и бесцеремонно. Он рассказывает про интересный случай из своей юридической практики, но как только я оказываюсь у него на коленях, сразу замолкает.

— Говори дальше, мне интересно послушать.

Я обнимаю Марка за шею и кладу голову ему на плечо. Он сразу обнимает меня одной рукой за талию, а вторую кладет мне на ногу.

— Я забыл, что рассказывал.

— Про клиента, который судился с налоговой, потому что ему доначислили налогов на пять миллионов. Он выиграл?

— Нет. После суда ему доначислили еще на два миллиона. Тот самый случай, когда хотел как лучше, а получилось как всегда.

Я смеюсь. Марк прижимает меня к себе сильнее. Буквально через секунду мой смех обрывается, потому что я чувствую бедром его твердость. От этого внезапного ощущения по телу прокатывается огненная волна. Жар моментально концентрируется внизу живота.

Я утыкаюсь в шею Марка. Веду по ней носом, вдыхая мужской запах. Его рука залезает под мое платье и скользит вверх по тонким капроновым чулкам. Я целую его шею. Получаю просто нереальное удовольствие просто от того, что касаюсь губами его кожи.

Марк поднимает на себя мое лицо. Наши рты встречаются. Поцелуй выходит медленным, тягучим, томным и чувственным. Я ерзаю на ногах у Марка, трусь бедром о его твердость, выдавая свое желание. Он берет меня под ягодицами и помогает перекинуть через него одну ногу. Теперь я оказываюсь в позе наездницы, а моя промежность четко упирается в его твердый член. Я в полной мере ощущаю эту твердость через брюки Марка.

Мы продолжаем целоваться. Я чувствую, как мое белье становится мокрым. Это происходит настолько стремительно, что у меня появляется страх испачкать брюки Марка. А он, как назло, держа меня за бедра, сильнее вжимает в свой член.

— Ах, — вырывается у меня стон сквозь наш поцелуй.

Тело охватывает мелкой дрожью от нетерпения. Одежда ощущается чертовски лишней. Я хочу прикасаться к Марку кожа к коже. Хочу, чтобы его руки трогали мое обнаженное тело.

Я первой принимаюсь избавляться от одежды. Расстегиваю пуговицу за пуговицей на рубашке Марка. Когда дохожу до последней, отодвигаю в стороны края и с наслаждением провожу ладонями по его груди и прессу. Затем оставляю губы Марка и целую шею, ключицы. Ерзаю на его члене, трусь о него. Мечтаю, чтобы он оказался во мне.

Марк тяжело дышит. Его руки нащупывают молнию на моей спине и расстегивают ее. Платье скользит вниз по плечам. Марк на секунду отрывает меня от себя, чтобы снять платье через голову. Я остаюсь перед ним в нижнем белье и чулках. Он глядит завороженно на мое тело. Свечей на кухне много, они хорошо освещают каждый изгиб. Марк расстегивает лифчик, отбрасывает его в сторону к платью. Любуется моей грудью, гладит ее, обводит пальцем торчащие соски.