Тот отдаленно походил на крокодила. С более длинным, вытянутым телом, покрытым плотными сине-зелеными пластинами. Те переливались под багровым солнцем Осора. Пасть тоже была шире, чем у земного крокодила, с мощным частоколом зубов, а над глазами — роговые гребни. Толстый хвост на конце раздваивался, а по бокам тела тянулись темные полосы.

И он был гораздо крупнее. Минимум десяти метров в длину.

— Это орроук, — прокомментировала Стувейра. — Священный зверь. У вас есть священные звери?

— Кошки, разве что… — усмехнулся Троост.

Он осекся. В воду падал человек… то есть серран. Над прудом разнесся душераздирающий крик, к нему присоединились другие вопли. Какая-то серранка забилась в истерике, а священный зверь орроук вильнул хвостом и поплыл к упавшему, широко разевая пасть…

Дальше зверолов уже не видел. Он схватился за поручень и рывком перемахнул ограждение.

Не раздеваясь, прямо с места Маартен Троост прыгнул в пруд…

— … Стой!.. — метнулась следом Стувейра.

…Когти только царапнули ткань комбинезона…

— … Троост, стойте!.. — раздался в ухе крик Маскерони.

…Зверолов не слышал. Он вошел в воду головой вперед и заработал руками и ногами. Уплотненные мышцы толкали его словно поршни, на шее раскрылись жаберные щели, а бионические глаза перешли на подводное зрение. В какие-то несколько секунд он пересек пруд и…

…Оружия не было. Взять на планету стопер не позволили. Троост ударил просто кулаком. Минерализованные кости землянина врезались в ящера кастетом.

Вода пузырилась от испарений. Раздвоенный хвост взметал фонтан брызг, а полосы на боках пылали алым. Орроук опешил только на миг, а потом пасть распахнулась, и над прудом поплыл тот самый гул, что Троост услышал в храме и принял за удар гонга.

То оказался рев священного зверя!

От него потемнело в глазах. Слишком низкие частоты, слишком близко к барабанным перепонкам. Троост потерял ориентацию, ушел под воду… едва увернулся от удара хвоста. Гигантская туша закрыла солнце…

Взгляд поймал выпуклость под нижней челюстью. Горловой мешок.

Следующий удар пришелся туда.

Секундой спустя ящер и Троост уже плыли в разные стороны. Орроук решил не связываться с непонятным двуногим, что так больно дерется, а зверолов подхватил тонущего серрана и погреб к берегу… вскарабкался по железной лестнице… опустил мертвеца на землю… мертвеца?..

— Простите, я не успел его спасти… — с сожалением произнес Троост.

Серраны безмолвствовали. Целые их сотни смотрели на землянина со всех сторон. А потом какая-то женщина подскочила к нему, закричала… и с размаху ударила по лицу ладонью. Когти расцарапали кожу, Троост изумленно заморгал…

— Ты зачем это⁈ — раздался голос Стувейры.

Но Троост не успел ответить — вслед за женщиной на него набросились другие серраны. Они бессвязно шипели, телепали языками, махали руками. Их страшно огорчила гибель сородича, и они вымещали гнев на неудачливом спасителе…

— Разойдитесь! — донесся крик. — В стороны!

К Троосту подошли два дюжих рептилоида в силовых доспехах. Они стиснули его плечи, один обернул запястья гибким металлизированным жгутом и сказал:

— Ты арестован за кощунство.

— За что⁈ — выпучил глаза Троост.

— Идем.

Подталкиваемый в спину, он зашагал за полицейскими, а чуть в стороне семенила Стувейра.

Обернувшись, Троост увидел, как серраны кидают труп сородича обратно в пруд…

— … Так это были похороны⁈ — растерянно переспросил Троост.

— Совершенно верно, — ответила Маскерони. — И вы их испортили.

Они говорили по инфу. Отобрать у Трооста мыслечип и визор без операции на мозге было невозможно, а блокировать ему связь серраны не стали. Едва зверолова усадили на полицейскую платформу, как в его допреальности появилась Далила Маскерони, которая и разъяснила недоразумение.

— Серраны издревле скармливают своих покойников этому животному, — устало говорила глава делегации. — Когда-то оно считалось их прародителем, священным предком, своего рода богом во плоти. Сейчас это просто старинная традиция, уже не несущая никакого религиозного оттенка, но они по-прежнему относятся к ней очень серьезно.

— Это я понял, — провел по окровавленному лицу Троост.

— Поставьте себя на их место. Представьте, что вы хороните любимого человека, а тут какой-то инопланетянин прыгает в могилу, выкидывает тело из гроба, да еще и дубасит могильщика… который одновременно еще и священник. Как бы вы к такому отнеслись?

— Без энтузиазма.

— Вот и они тоже… без энтузиазма.

Несколько минут Маскерони молчала. По-прежнему была на связи, но с Троостом не говорила, а общалась с кем-то еще. А когда наконец снова раскрыла рот, то сказала:

— Положение осложняет то, что это был очень важный покойник. Обычных серранов скармливают простым орроукам — их полным-полно в здешних реках и озерах. Кстати, питаются они в основном мелкой рыбой и падалью, на крупных живых существ не нападают. Но этот, в пруду главного храма их основной конфессии — особенный. В его брюхе хоронят только высоких дворян из Праздных, и это считается великой честью. К тому же церемонию показывали в прямом эфире, и их информационная сеть сейчас просто бурлит от негодования. Куча народа требует примерно наказать гнусного осквернителя.

— То есть меня?

— То есть вас.

Троост осунулся. Он совершил страшную ошибку. Следовало вначале спросить Стувейру… но в тот момент он был уверен, что времени на раздумья нет. Что хищный ящер сейчас сожрет серрана. Счет, как полагал Троост, шел на секунды… и он совершил страшную ошибку.

— Ты зачем это сделал? — повторила сидящая через проход Стувейра.

— Я не заметил, что он уже мертв, — тихо ответил Троост.

Когда он объяснил, почему испортил похороны, серранка уставилась немигающим взглядом, и полицейские тоже повернули головы. Воцарилось недоуменное молчание.

— А что делают с мертвыми у вас? — в конце концов спросила Стувейра.

— Закапывают или сжигают.

— Ясно.

Больше она ничего не сказала до конца поездки.

Конечно, ситуацию очень осложняло инопланетное происхождение арестованного. Трооста доставили сначала в одно место, потом перевезли в другое. К нему приходили какие-то серраны в официальных костюмах, снова и снова допрашивая об одном и том же. Стувейра куда-то уходила, потом снова возвращалась, потом опять ушла. Ее тоже допрашивали и тоже, кажется, что-то предъявляли, но об этом Трооста уже никто не известил.

Инф по-прежнему сохранял все свои возможности, так что Маскерони, Мимун и остальные члены делегации постоянно были на связи. Наступил вечер (поесть Троосту не дали), остальные туристы вернулись на корабль, а он по-прежнему пребывал в камере предварительного заключения. Размером с просторную комнату, та не имела окон и о времени суток Троосту сообщал все тот же инф.

Наутро к нему пришел серран расы алмартик в одежде из металлизированного шелка, очень похожей на земной пиджак. Это оказался адвокат… да, у серранов эта профессия сохранилась. У них, как и когда-то на Земле, осуждение или оправдание зависело не столько от виновности или невиновности, сколько от талантов адвоката.

Хотя казалось бы, к чему такие ритуалы? Все детали дела легко выясняются с помощью глубокой менталоскопии, а для принятия решения достаточно одного человека — профессионального судьи.

Но увы, в некоторых аспектах серраны застряли в средневековье…