— Очень смутно. Я не помню вчерашний день. Что-то случилось?

Мне опять придётся пережить душещипательную историю. В этот раз я решил не церемониться. Военные всё-таки суровые мужики.

— Вчера под приступом провала памяти, вы набросились на свою жену и жестоко избили её. В последствии её обнаружили мёртвой в ванной. Предположительно суицид по версии следствия.

— Я тебя не верю. Ну да я поколачивал Аннушку чтобы не зазнавалась. Но так почти везде. Я человек воевавший и мне не пристало воевать ещё и дома. Но избивать. Я бы так не поступил. Да если бы я её по-настоящему ударил…

Тем временем я срезал последний кусок плесени и голос замолчал.

Выходя из комнаты меня перехватил Сергей, который по всей видимости ждал за дверью.

— Ну что? Есть информация?

— Он ничего не помнит.

— Что? Совсем? — удивленно поинтересовался он.

— Да совсем. Можно я пойду уже.

— Да ты погоди. Вот за хлопоты. — сказал Сергей и сунул мне в карман стопку купюр.

— Слушай товарищ лейтенант, а ведь после подобных фокусов меня и повязали доблестные служители спец корпуса.

— Да что ты сразу начал. Я же говорил, что собирался вызвать клинера. Так что бери. За работу. И Ваську прихвати.

— Какого нахуй Ваську?

— Ну кот у жёнушки её был. Ну то есть кот и сейчас есть. Просто уже ничейный. Забери себе…

— А сам, что не возьмешь?

Лейтенант почесал голову.

— Да нам как-то не положено. Неправильно выглядит. У жертвы кота забирать.

— А мне значит правильно? Если заберу, то у меня будет два кота. А у тебя ноль, не по-коммунистически, товарищ.

Лейтенант, положив мне руку на плечо и уперевшись на меня как к другану повёл в сторону кухни.

— Вот. Смотри. Пушистый и пиздатый котяра. Всем котярам котяра. И переноска есть. — незатыкался Сергей. — Ты пойми, мы милиционеры и нам вставят по полной за присвоение чужих вещей. Не профессионально мол. А ты человек не причастный. Считай в добрые и заботливые руки отдаём.

Я потупил немного. Предположил, что с ним сделает Нагломорд.

— Ладно. Возьму. Может найду для него хозяина.

Лейтенант повеселел.

— Вот это наш человек. А теперь лучше иди. Сейчас репортеры слетятся, кто-то слил инфу о происшествии. Всё-таки двойное самоубийство и так далее. Вот кстати возьми мою визитку на всякий случай.

С горем пополам я спустился вниз, держа переноску с очень тяжёлым котом. Стою, курю. Выходит консьерж.

— А что там происходит? Много кровищи? Мне сказали выстрелы были.

Я посмотрел на консьержа очень серьёзно. Он аж попятился.

— Что такое? — спросил он мешкая.

— Там труп. С отрезанной головой. И изнасилованный в жопу. Второе с ним сделал я. Кота возьмешь? — спросил я с каменным лицом, протягивая переноску.

— Ой, что вы. У моей мамы аллергия на кошачьих.

— Значит ты следующий — Говорю, подходя ближе и опуская руку с переноской.

— Н-н-н-не надо, пожалуйста — еле выговорил он, пятясь назад.

— Тогда кота забирай.

— Н-н-не могу, честное слово, п-п-прости пожалуйста — уже чуть ли не плачет он.

— Тогда я пошел, до свидания, хорошего вам дня, счастья и здоровья — попрощался я с ним, не буду затягивать с такими приколами, а то бедолагу удар хватит.

— С-с-спасибо- заикаясь донеслось мне в спину.

М-да, надежды на этого доходягу было немного, но, а вдруг?

Я, докурив понёс кота к машине полностью игнорируя последующие вопросы пацана о кровище, пальбе и других излишне любопытных терминах. С возрастом это проходит.

Сев в машину, выпустив кота из переноски, я достал блокнот и вычеркнул два пункта.

Так. Я же не зашёл к семье Валерия. Как настоящий долбаёб, я вышел снова из машины и побрёл в сторону консьержа.

Он был рад меня видеть. На удивление.

— Что? Решили рассказать правду?

— Нет, мне нужно пройти к семье почившего Валерия.

— Ну проходите. Вам на девятый этаж

Повторив процедуру с лифтом, я вновь оказался почти в таком же коридоре, как и на восьмом. Благо без всяких злых аур. Пройдя несколько метров, я встал напротив очередной двери с звонком. На этот раз я решил постучать.

За дверью я услышал, быстрый топот не больших, но и не совсем маленьких ножек.

— Кто там? — ответил на стук детский голос девочки.

— Привет, а мама дома?

— Нееееет. Мама ушла поделам вчера, сказала, что зайдёт соседка Таня чтобы приготовить суп и посидеть со мной. А папочка с работы еще не приходил.

— Тогда может откроешь. У меня тут цветы.

— Цветы? Неужели это мне. Но мама говорила, что отрывать дверь можно только тёте Тане.

— Как тебя зовут девочка?

— Я уже не девочка. Я взрослая. Звать меня Катька. Но для вас Екатерина. Катькой меня зовёт только папа. — продолжала озорничать девочка.

— Слушай, а ты откроешь тайну, где живет тётя Таня?

— Дурашка. Это никакая нетайна. Она живёт напротив в квартире с кожаной дверью. Она похожа на колбасу. — издевалась на до мной девочка.

Я повернулся на 180 градусов и действительно. Старая кожаная дверь с пуговицами и перетянутая леской создавая ромбовидные узоры. И что немало важно, таки походила на колбасу. Шикарно.

Я ещё раз постучал в дверь, но почувствовал себя идиотом. Второй раз за день. Кожаное покрытие было мягким и стук был еле слышным. Позвонил в звонок. Послышалось:

— Иду, иду. Кто там?

— Это я почтальон Штопоров принес цветы для соседки напротив. — в этот раз уже смешнее.

— Гляньте-ка? У них горе, а тут еще один ухажорчик. — не успев толком открыть дверь выпалила Татьяна.

— Ухажерчик? Я? Нет, нет, нет. Я тут по другому вопросу.

— Да, как же. Все вы тут по другому вопросу. Та еще вертихвостка, да вот мужика жалко. Он работящий, а она его каждый день говном поливала и еще спала со всеми подряд.

— Я клинер. И мне нужно оставить цветы. Я обещал, что посещу родственников Валерия. Только Катя мне сказала, что мать её еще вчера ушла.

— Екатерина. Для вас Екатерина. — крикнула девочка из-за двери.

— Да у матери не стыда не совести. Ну ладно. Давайте пройдем в квартиру. — сказала Татьяна, подходя к двери с опасным сторожем Екатериной.

— Катька, открой дверцу.

Двери открылась из ней стояла маленькая полторашка радости и веселья с собранными в пучок волосами. В левой руке, у которой находилось постепенно стекающее шоколадное мороженое.

— Какой пушистый кот!!! — резко прокричала Катька и бросилась прямо к коту.

— Охренеть. Ты откуда здесь?!?! — прохрипел я, поперхнувшись от удивления и сразу словил затрещину от Татьяны за ругательства.

Видимо Васька выпрыгнул из машины и увязался за мной. А я и не заметил.

— Как его зовут? Он такой хорошенький. — верещала Катька, обнимав пушистую тушу Васьки. А он и не против.

— Его зовут Васька. Он не мой кот. Но я ищу для него хозяина.

— Теперь это мой Васька. — пролепетала Катька и убежала вглубь квартиры унося кота с собой.

— Эх. Бедная девочка. Ей и поиграть толком не с кем. — сказала Татьяна смотря в след Кати. — Ну что мы тут стоим? Давайте хоть чаю выпьем. Проходите пока в зал.

Квартира была обставлено богато. Паркет, окрашенные стены. Резной потолок и огромная плазма на пол стены, напротив которой стоял очень уж роскошный кожаный диван. Сев, на который я буквально ощутил облако. Моя попа никогда не сидела в таких роскошных диванах. Не успев, я толком расслабиться как в зал вошла Татьяна.

— Господин, Штопоров взгляните на это. — сказал Татьяна, протягивая мне лист бумаги.

На листе был текст. Записка. Адресованная Валерию от его «любящей» жены.

«Ты наверняка только пришёл с работы попрощавшись с Татьяной. Вероятно, она тебе и дала эту записку. На прошлой неделе я встретила потрясающего мужчину и бла бла бла бла.» Далее она всячески опускает Валерия, заявляет, что уходит от него так как обрела любовь. Это уже не моё дело и мне это было не интересно. Мне хватило драмы ещё вчера.

— И что же нам теперь делать? — озадачено спросила Татьяна.