«В этом нет никакой необходимости», — произнес Демир. Он хотел добавить в свой голос твердости хаммергласа, но даже ему самому он показался уставшим.

«Если бы я знала, что вы в городе, то бы устроила вам самый лучший прием», — заверила Вави, проходя к своему гигантскому письменному столу. «Пожалуйста, присаживайтесь».

Все, что имело значение для этой женщины, — это то, что в ее власти оказался наследник оссанской семьи-гильдии. Ей не было ни капли интересно, почему он здесь и зачем скрывает свое имя. Демир искоса глянул на ближайшего из стражников. Гласдансер по-прежнему стоял за его спиной.

«Там, откуда я родом, это называют насуудианским приветствием», — сказал он, обведя рукой комнату. «Раскрытая ладонь и обнаженный клинок».

Вави вздрогнула в точности как тот сомелье, когда Демир оскорбил вино. Как будто она надеялась, что он не заметит целую ораву до зубов вооруженных людей в кабинете.

«У нас это тоже так называют», — отозвалась она. «Прошу прощения, но вы все-таки осыпали моих людей стеклом и помогли сбежать той несносной балкани».

Демир пожал плечами. «Конечно, помог. Она моя подруга».

«Вы хорошо ее знаете?»

«Очень близко».

«О. Я… не хочу вас обидеть, но мне кажется, что нет. Видите ли, она пытается украсть то, что я приобрела на совершенно законных основаниях».

«Меч Багровой Лилии»?

Вави не очень хорошо умела скрывать свои эмоции и, судя по всему, была более чем разочарована тем, что Демир уже в курсе дела. «Именно его».

«Когда вы говорите, что приобрели меч на законных основаниях, вы тем самым отрицаете, что по вашему приказу убили селизийца?»

«Я бы никогда на такое не пошла!» — Тон ее голоса, однако, красноречиво намекал, что она сделала бы это с превеликим удовольствием. «Я всего лишь заключила контракт на приобретение меча. А уж как именно его добыли — не моя забота. Вы много о нем знаете?»

«Ровным счетом ничего», — солгал Демир, которому было любопытно узнать, что известно самой Вави.

Вави снова повеселела. С напускной торжественностью она сняла с шеи ключ и отперла застекленный шкафчик у окна. Оттуда она извлекла меч, благоговейно подняв его над головой. Замерла так на несколько мгновений, словно позируя, а затем подошла, чтобы продемонстрировать оружие Демиру. «Этот меч, — сказала она, — магический. Он не просто инкрустирован годгласом, но и зачарован магией, которую современный человек не до конца понимает. Он не тупится, не ломается и ложится как влитой в руку любого, кто им владеет».

Все в точности так, как и утверждала Чиата. Демир изогнул бровь.

«Сомневаетесь во мне? Что ж, убедитесь сами». Вави протянула ему меч рукоятью вперед.

Демир взял его и сразу же был поражен идеальным балансом. Он взял слишком много уроков фехтования, чтобы не заметить этого. Ростом он был ниже среднего мужчины, и его руки не то чтобы идеально подходили для владения мечом, но это оружие ощущалось настолько невероятно естественно, что он не удержался от тихого свиста. В отличие от случая с сомелье, скрыть свое восхищение ему не удалось. Он проверил лезвие пальцем. Острое, как бритвенное стекло.

«Позволите?» — спросил он.

Вави в замешательстве захлопала глазами. Он расценил это как согласие и, поднявшись со стула, стал рубить его лезвием меча, словно это был мачете. Под ударами твердая древесина раскалывалась поперек волокон, и потребовалось всего с дюжину хороших ударов, чтобы стул превратился в поленья. Он снова проверил лезвие, внимательно осматривая его. Ни сколов. Ни малейшего признака того, что оно затупилось.

Это было крайне тревожно. Могли ли Вави и Чиата оказаться правы? Может, на мече было какое-то заклятие? В мире существовали всевозможные так называемые живые боги. О них заявляли десятки разных религий. Но Селиз была первой, у которой появились какие-то доказательства того, что у них есть силы, выходящие за рамки харизмы.

«Ну что ж», — сказал он, возвращая меч Вави.

«Невероятно, да?»

«Признаю, это необычно».

«Более чем необычно. Это настоящая находка». Вави понизила голос, склонившись к нему, как заговорщица. «Я приобрела его не потому, что какая-то дура с фетишем на атрибуты балкани. Я приобрела его, потому что однажды видела его в действии. Когда я была девочкой, то поехала в командировку со своим дедушкой. На нас напали разбойники, и Багровая Лилия вмешался. После всего он показал мне этот меч. Рассказал о его свойствах. И я сразу поняла, что обязана им завладеть».

Демир поднял руку:

«Погодите, Багровая Лилия когда-то спас вас, а спустя десятилетия вы приказали убить его и украли его меч?»

Судя по тону Вави, он явно задел ее за живое. «Как я уже говорила, я не приказывала его убивать. Я просто наняла…»

«Чтобы заполучить меч», — закончил Демир. Ему показалось, будто он откусил кусочек лайма. «Ладно. Я все прекрасно понял».

«Я так и знала, что вы поймете», — радостно отозвалась Вави, возвращаясь к застекленному шкафчику и доставая оттуда пояс с ножнами. Пояс она завязала на талии, а меч вогнала в ножны. «Я держу под контролем Дриз и большую часть этой области провинции», — похвасталась она. «Другие семьи-гильдии зачахли, купеческие дома практически мертвы, а простонародье я так сильно придавила своим сапогом, что никто не смеет и пикнуть. Абсолютный контроль. Но у меня есть амбиции». Она повернулась к нему с сияющим лицом:

«Эта встреча, мой друг, — сущая удача. Я знаю нескольких кузнецов. Я собиралась нанять их, чтобы они изучили меч — выяснили, как он сделан и какая магия в него заложена. Но с вашей помощью мне не придется возиться с провинциалами. Мы можем отправиться прямиком в столицу. Нанять лучших оружейников, лучших стеклоделов. Пусть они исследуют меч, переплавят его — сделают все что угодно, лишь бы выведать его секреты».

Демир уже понимал, к чему все клонится:

«И тогда мы наладим массовое производство».

«Именно!» Вави щелкнула пальцами. «Вы только представьте! Мы будем продавать их семьям-гильдиям. Военным. Мы станем богаты! Богаты как величайшие семьи-гильдии!» Она провела пальцами по стилизованной лилии на гарде меча. «Знаменитый губернатор Граппо будет выводить меня на прогулки по Оссе, знакомить со светским обществом. Деньги. Власть. Влияние. Имя Тероверде будет произноситься в одном ряду с именами Ворсьен, Кирковик и Магна. И Граппо, конечно, тоже», — добавила она, словно придя в себя. Она подняла взгляд, чтобы встретиться с его глазами. «Возможно, мы даже смогли бы сделать наш союз более… официальным».

Леди, — хотелось сказать Демиру, — вы старше меня вдвое и олицетворяете собой все, что я ненавижу в этом мире. Вместо этого он выдал улыбку, которую можно было истолковать и как «вы сошли с ума», и как «я заинтригован». Судя по всему, она выбрала второй вариант. «Я закажу еще вина», — сказала она. «Но нам нужно разобраться с вашей селизийской подружкой. На днях она натворила немало бед, и мои советники говорят, что она так просто не отступится».

«Разобраться с ней?» — повторил Демир.

«Подкупите ее. Убейте. Мне все равно. Главное, чтобы она убралась отсюда».

Демир открыл было рот, чтобы выдать ответ, которого у него не было, но его спасло появление стражника. Это была одна из оруженосцев Балкани, которая бросила на Демира тяжелый взгляд, после чего подошла и что-то зашептала на ухо Вави. Глаза матриарха сузились. «Черт», — пробормотала она. «Эта сука громит Дриз. Она убила еще одного из моих рыцарей и прорубается сквозь моих стражников. Как мне ее остановить?»

И Вави, и оруженосец выжидающе уставились на Демира. «Вы это мне?»

«Да! Вы же сами сказали, что близко ее знаете!»

Демир огляделся и мысленно пожалел, что разнес в щепки свой стул. Цыкнув языком, он попытался воззвать к своим дипломатическим навыкам. Сказать что-то подходящее, чтобы сгладить ситуацию. Оставить их в неведении. Заставить их думать, что они победили. Но он так чертовски устал, а Вави была столь невыносимо занудной. «Достаточно близко, чтобы понимать: вы не сможете ни откупиться от нее, ни запугать», — признался он.