«Младшая сестра».

Голос Аспекта сначала показался ей очень далеким — шепотом из сна, который стал реальностью только тогда, когда он присел, чтобы поднять ее. «Позволь мне помочь тебе», — произнес он, обнимая ее.

«Нет». Ее отказ прозвучал дрожащим шепотом, но она собрала всю свою волю, чтобы превратить его в крик. «Нет!» Она оттолкнула Аспекта, глядя на тело Лесандера. «Исцели его», — приказала она. «Верни его».

Аспект помедлил, прижав ладонь к груди брата, и с сожалением вздохнул. «Я не могу. Прошло слишком много времени…»

«Верни! Его! К жизни!» Кестра с силой прижала ладони к лицу Аспекта, пристально вглядываясь в его глаза; голос превратился в глухой хрип от усталости, который, однако, не мог скрыть абсолютной искренности ее намерений. «Ненависть, которую я испытывала к Сжигателю Книг, ничто по сравнению с тем, что я чувствую к тебе. А теперь делай, что я говорю».

«Тебе по-прежнему кажется, что здесь ты дома?»

Брат Лесандер окинул взглядом темную громаду Великого Северного Леса; тревожная хмурость, ставшая теперь его неизменным выражением лица, почти не изменилась. И все же в его глазах промелькнул едва заметный отблеск чего-то нового — робкий свет, которого не было на протяжении всего их пути из Варинсхолда. С того самого момента, как он впервые очнулся спустя несколько часов после того, как Аспект приложил к нему свою исцеляющую длань, Кестра знала: тот добрый, жизнерадостный, хоть и смертоносный человек, которого она встретила в Ренфаэле, исчез навсегда. На его месте появился мрачный мужчина, который редко улыбался и каждую ночь мучился от кошмаров. Кроме того — хотя ей и больно было это признавать — он ее пугал. С момента пробуждения он не проявлял никакой агрессии, и все же от него исходило ощущение человека, изо всех сил пытающегося сдержать беспокойную и, возможно, опасную перемену в своем характере. Наблюдая за тем, как он смотрит на лес, Кестра уже не в первый раз задавалась вопросом, правильно ли она поступила, заставив Аспекта вернуть его к жизни.

«Все изменилось», — произнес наконец Лесандер. «Но я все еще чувствую, что меня здесь радушно принимают». Кестра с облегчением заметила легкую улыбку на его губах. Приехать сюда было ее идеей, которую он сначала отверг с молчаливой решительностью. Однако вмешательство Аспекта Шестого ордена заставило его передумать. Она не знала, что произошло между Аспектом и братом, но сочла примечательным, что Лесандер оставил свой синий плащ, когда они вышли в путь. Меч он сохранил, но больше не носил его за спиной, а пристегнул к седлу Нолнена.

Жеребец нетерпеливо заржал, пока Лесандер продолжал сидеть, не решаясь направить лошадь к лесу. «В Королевстве неспокойно», — сказал он, обращаясь к Кестре с явным сомнением на лице. «Как ты и предсказывала. Мой Орден, возможно, нуждается во мне…»

«Твой Орден будет существовать», — перебила она его. «С тобой или без тебя. Как и Седьмой. Если это Королевство рухнет, они просто создадут другое, хотя, полагаю, на это уйдут многие годы».

Действительно, в отсутствие законного наследника на престол во всех четырех фьефах Королевства разгорелись мятежи и распри. Убей короля — и ты убьешь его королевство, — не раз размышляла Кестра во время их путешествия сюда, проезжая мимо множества сожженных деревень и заброшенных полей. И все же она не испытывала ни угрызений совести за содеянное, ни малейших сомнений. Эти чувства, по-видимому, теперь были уделом Лесандера, наряду с ужасами что преследовало его во сне. Она не спрашивала, что заставляло его каждую ночь кричать и метаться, и единственной подсказкой для нее было загадочное предупреждение Аспекта, услышанное ею, когда она сидела у постели больного брата. То, что таится Вовне, не предназначено для глаз живых.

«Что ты собираешься делать?» — спросил ее Лесандер. «Продолжишь свою самопровозглашенную миссию?»

«Не знаю», — ответила она, и это было самое честное, на что она была способна. Зверь внутри никуда не делся, он был голоден как никогда, и Кестру тревожило то, что может случиться, если она перестанет его кормить. К тому же лицо Аэртиса Везури каким-то образом прочно запечатлелось в ее памяти. После штурма дворца Шестой орден не обнаружил никаких следов вереланца, а осторожные расспросы в гавани не дали никаких подсказок относительно пути его побега. Кестра разыскала его покои во дворце и собрала несколько интересных карт и книг; судя по всему, запреты Лакрила не распространялись на его самого доверенного слугу. Изучение найденных материалов пока указывало на человека с особыми интересами, особенно в области алхимии — искусства, которое наиболее широко практиковалось в родном городе чародея. Путешествие в Верел будет долгим и, вероятно, опасным, но выполнимым. Да и лицо его уж очень ее раздражало…

«Сестре Улейн пошло бы на пользу наставничество», — предложил Лесандер, прервав ее размышления. «Да и твоему Ордену пошло бы на пользу твое присутствие».

Улейн нашли без сознания, но живой, в заброшенном уголке садов; рядом на земле валялись изуродованные тела нескольких стражников. К счастью, для ее восстановления не потребовалось прикосновения Аспекта; Кестра сомневалась, что молодой сестре пришлись бы по душе кошмары.

«У Улейн свой путь», — ответила она Лесандеру. «А моим Орденом это место не является уже очень давно».

«Все еще столько горечи». Он покачал головой и подобрал поводья Нолнена. «Есть и другой путь, по которому ты могла бы пойти», — добавил он, кивнув в сторону леса. «Там ты не найдешь ничего, что можно было бы ненавидеть».

Кем я буду без своей ненависти? Эти слова она оставила непроизнесенными, помедлив, чтобы унять дрожь в голосе, и выдавила улыбку: «Там рады тебе, брат. А не мне».

Лесандер кивнул, позволив своему взгляду задержаться на ее глазах еще на секунду, словно стараясь запечатлеть ее лицо в памяти. Затем он развернулся, пришпорил Нолнена и ускакал галопом. Под ней Челка зашевелилась, стремясь последовать за другой лошадью.

«Нет», — сказала Кестра, почесав пучок волос между ушами, что обычно успокаивало животное. «Это не для нас».

Она смотрела, как Лесандер скачет в сторону леса, уменьшаясь до крошечной точки, которая вскоре слилась с темной стеной деревьев, а затем исчезла. По причинам, которых она сама не могла постичь, Кестра сомневалась, что брат Лесандер Дорен еще хоть раз ступит на земли Королевства.

«Он уехал домой», — сказала она Челке, потянув за поводья кобылы, чтобы та повернула голову на юг. «Возможно, однажды мы тоже уедем. А пока нам нужно отыскать одного чародея».