От навеса донеслось хриплое, и я разобрал голос Тавра, который орал что-то про то что я должен её вспахать всю землю.

Первые обмены были нужны ей ровно для того, чтобы я поверил, будто она хочет меня положить. Теперь надобность отпала, и Синара переменилась вся, от стойки до дыхания.

Меч она опустила ниже и держала его теперь не для удара, а поперёк, для защиты. Ноги расставила шире, и вес перенесла назад.

Чем я больше атаковал, тем сильнее она уходила в защиту. Покров у неё вспыхивал точками, часто, по три раза за обмен, и гас сразу. Короткой Чертой она не разгоняла собственный клинок, а била по моему, сбивая его с линии в последний миг. Тяжёлую вкладывала не в удар, а в блок, отчего деревяшка у неё в руках делалась неподвижной и моё оружие отскакивало, будто я лупил в стену. Корнем она обрывала себя всякий раз, когда её отбрасывало к черте.

Ни одной атаки. Ни одной попытки достать меня. Заходил справа, и она снимала мой клинок Короткой и уходила на полшага. Заходил слева, и получал под меч тяжёлый блок, от которого немело запястье. Пробовал войти низом, и она подбирала ногу и отступала по дуге. Пробовал давить сериями, как давил на своих во дворе, чтобы сбить дыхание, но у неё не оно сбивалось.

Один раз мне почти удалось. Клинок прошёл у неё над плечом, содрав часть волос с косы, и она отшатнулась и на выходе поставила стопу неудачно.

Я тут же атаковал, но упёрся в Покров, Корень и Тяжёлую черту. Она подставила под мой меч плашмя свой, и меня отбросило собственным же вложением.

Двор кричал, кто-то свистел, и в этом свисте отчётливо слышалось, что деревенский выдохся и мельтешит. Пот тёк мне в глаза. Уровень источника просел ещё сильнее и каждый мой Покров, Корень, разгон отщипывал ещё. Она тратила больше, потому что могла. Будь у меня заполненный Росток пятой ступени… я бы смог её победить ещё две минуты назад.

Хотелось влететь и разнести эту её аккуратную защиту одним махом, всем, что у меня осталось, и, наверное, у меня бы даже получилось.

А потом закончилось бы всё.

Стиснул зубы и заставил себя отступить на шаг. Лобовой напор ей выгоден. Стиль боя Вельт действительно хорош и не только для нападения, но и для защиты.

Значит, надо ломать не её защиту, а её рисунок. Я двинулся по кругу, обозначая, но не входя, и принялся считать. Сделал шесть дешёвых обменов: заходил, обозначал, снимал и уходил, тратя по капле, но её заставляя тратить по мере. И она это позволяла. Ей время работало в руки, и моё мельтешение её устраивало. Вот на этом она и попалась. Она всегда сохраняет за собой один путь к центру. Куда бы я её ни гнал, у неё за спиной остаётся коридор, по которому она вернётся на середину.

Покров она ставит туда, куда я гляжу. Вот это была находка. Она читала мой взгляд быстро и точно, за полпульсации до удара, и оттого казалось, что она угадывает всё. После Тяжёлой Черты в блоке ей нужна короткая пульсация, чтобы не потерять равновесие. Влево она уходила увереннее, чем вправо и не потому, что ранена, а потому, что так её учили с детства. Ещё корнем она тормозит себя сильнее, чем нужно. Заливает с запасом, потому что он у неё всегда был. И последнее наблюдение было самым главным.

Дальше я перестал сражаться как раньше и принялся врать. Глядел в плечо, бил в бедро. Покров у неё вспыхивал на плече, впустую, и клинок мой доставал по ноге.

Первый раз она не поняла. Второй раз она поменяла привычку и принялась ставить защиту не туда, куда я гляжу, а на удар, и потеряла на этом ещё полпульсации.

Короткую Черту я разгонял и снимал до контакта, отчего удар приходил медленнее, чем она рассчитывала, и её блок уходил вперёд.

Тяжёлую вкладывал не в меч, а в отведённую левую руку, и она работала противовесом: тело разворачивалось вокруг быстрее, чем должно, и клинок приходил не с той стороны. Направление Рваного Шага я менял на середине.

И тут Двор перестал свистеть. Она отступила первый раз по-настоящему. Я поймал её, когда она вложила Тяжёлую в блок, приняла удар, и я знал, что теперь ей нужна доля на то, чтобы этот вес отпустить. Ударил в эту долю, снизу, по бедру.

Клинок прошёл через Покров. Уставился ей в правое плечо, повёл туда меч, и защита вспыхнула там, куда я глядел, а Тяжёлая уже разворачивала меня влево, и деревяшка легла ей поперёк спины.

Двор ахнул.

Синара развернулась, и вот тогда я впервые разглядел у неё на лице то, чего не видел с самого первого дня в школе. Не ярость, она у неё была всегда. Это было холодное и очень взрослое понимание того, что бой она проигрывает.

Сектантская метка у меня в источнике дёрнулась, отзываясь на её источник и то, что там оставили, и я поймал её следующую вспышку на полпульсации раньше глаза, и тут же поставил Покров в нужную точку.

Так вот для чего эта дрянь может ещё пригодиться. Будь у меня возможность использовать Звериный Срез, да ещё усиленный… Оборвал себя. Как бы мне этого не хотелось, Синара тоже ничего кроме школьных техник не использует.

— Минута! — крикнул судья.

Вельт услышала и переменилась в лице.

Клинок мой достал её по плечу через Покров и её повело. Тут же ударил по бедру, потом край деревяшки прошёл по накидке и вырвал из неё лоскут.

Двор взревел. Бранн шагнул к самой черте. Я продолжил давить на Синару. Она отступала, но уже не по своему коридору, а как выходило.

Собрал я связку заранее, всю целиком, и вкладывал в неё то, что осталось. Ложный прямой вход. Она поставила Покров на грудь, как я и хотел. Направление я сменил Рваным Шагом, и Тяжёлая ушла в левую отведённую руку, развернув меня вокруг себя быстрее, чем она успела перенести вес.

Мой клинок пришёл ей сбоку. Синара двинулась влево, но там уже стоял я. Она рванула вправо, к черте, и оборвала себя Корнем.

Ударил по кисти с мечом, чтобы выбить оружие, а потом довести до горла, как учил Бранн.

Она увидела и защиты не поставила. Вместо того чтобы убрать руку, Синара подставила под удар левое предплечье. Покров вспыхнул и растянулся по всему телу. Я использовал Короткую Черту, чтобы разогнать оружие и в самом конце активировал Тяжёлую.

Я услышал хруст и собирался нанести ещё один в голову. Синара в тот же миг второй рукой поймала мой клинок и прижала его к себе и навалилась на меня корпусом, заклинив оружие между нами.

Залила Корень в обе стопы. Я вложил Короткую, Тяжёлую. Рванул её на себя изо всех сил, разворачивая клинок. Руки её тут же дрогнули. Кровь потекла с ладоней. Нога у неё вывернулась от силы с которой я её дёрнул, пока она использовала Корень.

Вот тогда она закричала.

Коротко, сквозь зубы, и звук этот оборвался сразу же.

Клинок я свой выдрал. Она отшатнулась, шагнула на подломившейся ноге, но поймала равновесие. Левая рука висела неправильно, пока правая всё ещё держала меч. Вот только продолжить бой она уже не может, остался один удар и я победил.

Занёс.

— Время!

Мой клинок замер у её горла.

Двор молчал.

Её Стебли стояли рядом и видели, как Вельт держалась на одной ноге с переломанным плечом, из которого текла кровь. Из её таких же кровавых ладоней выскользнул мел, пока я держал над её горлом свой клинок.

Я медленно опустил оружие, сдерживая себя, чтобы не ударить.

Судья подошёл к нам и оглядел Синару.

Помолчал.

— Ни один не сдался, — произнёс он. — Сознания не терял. Продолжать могли оба до истечения времени.

Пауза.

— Ничья.

Слово упало как камень на голову. Я не сразу понял, что произошло.

Ничья… Побед у меня выходит — ноль? Я глянул на возвышение. Ровэн стоял неподвижно и смотрел на наш круг, вот только по его лицу ничего не прочесть.

Бранн у черты медленно повернул голову к судейскому столику.

Синара двинулась ко мне. Каждый шаг давался ей тяжело. Левая рука висела, нога подламывалась, а на подбородке у неё выступила испарина. Но всё-таки она дошла и остановилась в полушаге.

Вельт оскалилась и произнесла:

— Нужна была хотя бы одна победа… И ты не смог её получить, деревенский.