— Разумеется.

— Насколько хорошо?

— Достаточно, чтобы не обвинять без доказательств.

— Я пока никого не обвиняю.

— Вы произнесли его имя таким тоном, будто уже выбрали место для виселицы.

— Я даже не знаю, используют ли здесь виселицы.

Ниса закрыла глаза.

Кайрен несколько секунд смотрел на меня.

— Иногда вы говорите очень странные вещи.

— Последний день вообще получился странным.

Он вернулся к документам.

— Почему прежняя Элира отказалась от этих лотов?

— Ниса не знает. На трех договорах есть запись: «Не подтверждать переход через дом».

Кайрен посмотрел на нее.

— Покажите.

Я разложила папки.

Мы проверили все девять.

У семи стояла особая отметка центрального реестра.

У двух — обычное решение Палаты без дополнительного знака.

Но в каждом случае право было спорным и появилось незадолго до попытки продажи.

Кайрен читал долго.

Без комментариев.

Мне пришлось ждать.

Наконец он спросил:

— Когда был первый отказ?

Ниса назвала дату.

— А до этого?

— Дом принимал такие документы без вопросов.

— Что произошло перед первым отказом?

Ниса посмотрела на меня.

Я ответила сама:

— Тевард Лоэн приходил сюда.

Кайрен поднял голову.

— Когда?

— Примерно за несколько дней до первого отказа.

— О чем говорили?

— Не знаю.

— Кто присутствовал?

— Только Элира и Лоэн.

— Слуги?

Ниса покачала головой.

— Госпожа Кастель закрыла кабинет.

Кайрен перевел взгляд на меня.

— И вы, конечно, ничего не помните.

— Я ждала этого замечания раньше.

— Оно становится все удобнее.

— Если хотите, я могу придумать вам красивую ложь.

— Не советую.

— Тогда придется довольствоваться неприятной правдой.

Он снова посмотрел на документы.

— Сегодня вы остановили продажу, которая принесла бы дому почти двухсоткратную комиссию по сравнению с оценкой.

— Не двухсоткратную. Комиссия считается с цены продажи, а не вся сумма остается дому.

— Я говорю не о бухгалтерии.

— А зря. Сейчас она для меня крайне важна.

— Вы поняли, что я имею в виду.

Да.

Поняла.

Если бы я участвовала в схеме, мне следовало завершить продажу.

Если бы хотела просто получить деньги, тоже.

Вместо этого остановила торги и публично отказалась от суммы, которая дому сейчас очень пригодилась бы.

— Это не доказывает, что прежняя Элира была невиновна, — сказала я.

— Нет.

— И не доказывает, что я не знала о лоте 113.

— Нет.

— Но?

Кайрен положил документы на стол.

— Но впервые допускаю, что последние недели она могла не помогать кому-то проводить сомнительные сделки, а мешать им.

Я не ожидала, что эти слова окажутся настолько важными.

Не потому, что мне требовалось его одобрение.

Просто с самого утра все вокруг видели во мне женщину, которая должна знать ответы.

Банк считал меня плохим должником.

Ниса — хозяйкой, внезапно забывшей половину собственной жизни.

Кайрен — возможной участницей преступления.

И теперь хотя бы один человек признал, что прошлые действия Элиры могли иметь смысл.

— Это уже прогресс, — сказала я.

— Не обольщайтесь.

— Не собиралась.

— Я все еще не доверяю вам.

— А я вам.

— Прекрасная основа для совместного расследования.

— Мы уже выяснили, что оно совместное?

— Нет.

— Тогда почему вы все еще здесь?

На этот раз Кайрен не ответил сразу.

— Потому что человек, который прислал мне записку, знал о лоте до его обнаружения. Теперь кто-то пытается провести через ваш дом сделку с неправильной историей владения. Я хочу знать, связано ли это.

— Вот видите. Совместное.

— Вы умеете превращать чужие слова в нужный вам договор?

— Профессиональная привычка.

Он забрал копии трех документов.

Я сразу остановила:

— Вывоз запрещен.

Кайрен посмотрел на листы в своей руке.

Потом на меня.

— Мной же.

— Именно.

Ниса отвернулась, скрывая улыбку.

— Оставьте документы, командор.

— Это копии.

— В распоряжении написано «любые документы, относящиеся к последним двум месяцам».

Он перечитал собственный лист на столе.

Я ждала.

Кайрен вернул копии.

— Удовлетворены?

— Очень.

— Напрасно.

— Почему?

— Завтра утром я пришлю человека с разрешением забрать их официально.

— Тогда и отдам.

Он направился к двери.

— Кайрен.

Командор остановился.

Я впервые назвала его без должности.

Не специально.

Просто в этот момент мне нужен был не представитель Первого крыла.

Мне нужен был человек, который понимал систему лучше меня.

— Если через аукционный дом действительно можно закрепить ложную цепочку собственности, насколько серьезными могут быть последствия?

Он не стал цепляться к обращению.

— Зависит от предмета.

— Например?

— Дом, земельный участок, семейный артефакт, право на защитный знак. Все, что связано с зарегистрированным владением.

— Командорская печать.

— Особенно она.

— Значит, лот 113 может быть не первым случаем.

— Может.

— И эти девять отказов...

— Пока только девять отказов.

— Вы очень любите слово «пока».

— Оно не дает посадить невиновного человека из-за красивой теории.

С этим спорить было трудно.

— Когда увидимся?

Вопрос прозвучал почти как приглашение, хотя относился исключительно к расследованию.

Кайрен тоже это заметил.

— Завтра.

— Во сколько?

— Я приду, когда получу ответы по регистрационному номеру диска.

— То есть без предупреждения.

— Вы ведь все равно здесь.

— Это не повод.

— Для командора — повод.

— Тогда придется изменить ваши привычки.

Ниса уже откровенно делала вид, что изучает бумаги.

Кайрен открыл дверь.

— До завтра, госпожа Кастель.

— До завтра, командор Морас.

Он ушел.

На этот раз после него осталось не только раздражение.

Появилось нечто более полезное.

Первый человек, который утром видел во мне исключительно подозреваемую, к вечеру начал сомневаться.

Для одного дня неплохо.

— Он вам нравится, — сказала Ниса.

Я повернулась.

— Кто?

Она посмотрела на дверь.

— Не притворяйтесь глупее, чем вы есть.

— Мне сегодня некогда разбираться еще и в этом.

— Это не ответ.

— Тогда вот ответ: мне нравится, что он умеет читать документы и не забрал половину архива, когда я ткнула его в собственный приказ.

— Высокие требования.

— После сегодняшнего дня я стала непривередливой.

Ниса рассмеялась.

Впервые с нашего знакомства.

Это оказалось неожиданно приятно.

— Лучше скажите, сколько мы заработали.

Она назвала сумму после вычета обязательных расходов.

Сто тридцать две кроны.

Я ожидала меньше.

— Завтра утром двадцать пять отдайте охране.

Ниса удивилась.

— Сразу?

— Да.

— Мы должны больше.

— Поэтому и говорю двадцать пять, а не все.

— А остальное?

— Часть оставим на текущие расходы. Еще часть банку.

— Банк не изменит решение из-за нескольких десятков крон.

— Знаю. Но мне нужно показать, что дом снова платит.

Ниса одобрительно кивнула.

— Это уже похоже на вас прежнюю.

— До того, как я решила разориться?

— До последних двух месяцев.

Значит, прежняя Элира когда-то умела вести дело.

Мне стало еще интереснее, что именно заставило ее поставить под угрозу все предприятие.

— Ниса, когда сотрудники уходят?

— Ивен и помощники уже заканчивают. Я останусь, пока не закрою хранилище.

— Мне понадобится еще час.

— Лучше два.

— Почему?

— Потому что если вы действительно хотите понять последние два месяца, одного часа не хватит.