Глава 2. Цена чужой подписи

Кайрен ушел, но избавиться от его присутствия оказалось сложнее, чем просто закрыть за ним дверь.

Через десять минут один из офицеров Первого крыла принес письменное распоряжение. Лот 113 оставался в нижнем хранилище под отдельным защитным контуром, возле решетки выставлялся пост, а любые действия с регистрационной книгой требовалось проводить только внутри здания. Вывозить документы, относящиеся к последним двум месяцам работы дома, запрещалось до окончания предварительной проверки.

Зато сам аукционный дом никто не закрывал.

Это было важнее всего остального.

Я дочитала распоряжение до конца, поставила подпись рядом с отметкой о получении и вернула лист офицеру.

— Копия остается у меня?

— Да, госпожа Кастель.

— Тогда положите ее на стол.

Он выполнил просьбу и вышел.

Ниса дождалась, пока дверь закроется.

— Вы удивительно спокойно это приняли.

— А что вы предлагаете? Спуститься вниз и выгнать вооруженного офицера из собственного подвала?

— Прежняя вы могла бы попробовать.

Я подняла голову.

Ниса сказала это без улыбки.

— Значит, прежняя я была не слишком благоразумна.

— Последние недели вы вообще вели себя так, будто решили поссориться со всем городом.

— Получалось?

— Отлично.

Она собиралась уйти, но я остановила ее.

— Подождите. Мне нужно понять, что здесь происходило до вчерашнего дня.

— За какой период?

— Для начала два месяца.

— На это уйдет несколько дней.

— У меня их семь. Из которых один уже начался.

Ниса посмотрела на кипу бумаг возле моего локтя.

— Что именно вы ищете?

Я развернула к ней один из листов.

На полях стояла пометка прежней Элиры: «История владения не подтверждена».

— Вот это. Девять крупных лотов, от которых дом отказался за восемь недель. По цифрам я теряла на каждом приличную комиссию. Почему?

Ниса подошла ближе и посмотрела на название.

— Коллекция Бренца.

— Вы ее помните?

— Конечно. Он устроил скандал прямо в этом кабинете.

— Причина?

— Вы отказались принимать коллекцию.

— Это я уже поняла. Почему?

— Вы сказали, что вам не нравится решение Палаты.

Я перевела взгляд на документ.

— Какой Палаты?

— Имущественных споров.

Еще одно учреждение, о котором я пока знала только название.

— Начнем сначала. Очень медленно и без предположения, что я помню вчерашний день.

Ниса скрестила руки на груди.

— Вы действительно ничего не помните?

— Отрывками.

Это была уже почти отработанная ложь, хотя говорить ее легче не становилось.

— Что-то осталось, что-то нет. Я не хочу заполнять пробелы догадками и потом принимать решения на их основании.

Такое объяснение, кажется, устроило ее больше.

Ниса взяла лист.

— Бренц утверждал, что коллекция принадлежала его дяде. После смерти дяди права оспаривала вдова. Дело рассматривала Палата имущественных споров, и Бренц выиграл.

— Значит, юридически коллекция принадлежала ему.

— Да.

— Тогда почему я отказалась?

— Не знаю.

— Вы были при разговоре?

— При последнем. Бренц принес решение Палаты и потребовал принять вещи в тот же день. Вы проверили документы, минут двадцать молчали, а потом сказали, что дом Кастель не станет ставить на них свою печать.

Это уже было интереснее.

— Что он ответил?

— Сначала требовал объяснений. Потом сказал, что обратится к Тевару Лоэну.

Имя я слышала впервые.

— Кто это?

Ниса теперь даже не попыталась скрыть настороженность.

— Глава Палаты имущественных споров.

— Он часто вмешивается в дела аукционных домов?

— Вмешивается — слишком громкое слово. Палата подтверждает права собственности. Без ее решений многие спорные вещи вообще невозможно выставить на продажу.

— Значит, если возникает спор о том, кому принадлежит предмет, последнее слово за ними?

— Не всегда последнее. Решение можно оспорить в суде, но это дорого и долго. Для торгового дома документ Палаты обычно считается достаточным основанием.

— Обычно?

— До последних двух месяцев вы тоже так считали.

Я забрала у нее лист.

— А потом перестала.

— Да.

— Почему?

— Вы никому не объяснили.

Мне все меньше нравилась версия, в которой прежняя Элира просто потеряла способность вести дела.

Люди, решившие уничтожить собственное предприятие, редко оставляют на каждом отказанном договоре аккуратные замечания о праве владения.

— Где лежат документы по остальным восьми отказам?

— В архивном шкафу справа.

Я посмотрела на три высоких шкафа.

— Который из них архивный?

Ниса молча указала.

— Я проверяла вас.

— Заметила.

— И?

— Продолжайте. Пока это полезно.

Она открыла шкаф, достала связку папок и положила передо мной.

— Эти?

— Если в них все девять отказов, то да.

Ниса задержалась рядом.

— Сегодня вечером были назначены малые торги.

— Были?

— Вчера вы распорядились их отменить.

Я посмотрела на нее поверх первой папки.

— Почему?

— Сказали, что у дома нет права вести себя так, будто ничего не происходит.

— Очень содержательно.

— Я пыталась выяснить больше.

— И?

— Вы попросили меня заниматься хранилищем.

Похоже, прежняя Элира не любила объяснять решения.

Я бы тоже не любила, если бы подозревала, что среди окружающих есть человек, которому нельзя доверять.

— Сколько лотов?

— Двенадцать.

— Дорогих?

— Нет. Малый вечерний аукцион. Серебро, несколько бытовых артефактов, две картины, старые часы, купеческие жетоны. Ничего крупного.

— Покупатели приглашены?

— Да. Около тридцати человек подтвердили участие.

— Тогда проводим.

Ниса явно ожидала чего угодно, только не этого.

— Сегодня?

— Сегодня.

— Вы несколько часов назад собирались отменить.

— Несколько часов назад я, судя по всему, знала то, чего сейчас не помню. Но сейчас я знаю другое: через семь дней у нас отбирают здание, сотрудники сидят без части жалованья, охране мы должны за полтора месяца, а банк не собирается ждать, пока я вспомню, почему решила прекратить зарабатывать.

— Если Кайрен решит...

— Кайрен не закрыл дом.

— Пока.

— Тем более нужно работать, пока не закрыл.

Ниса помолчала.

— Вам понадобится аукционист.

— А раньше кто вел малые торги?

— Обычно вы.

Вот этого мне как раз не хотелось слышать.

С одной стороны, я много лет работала с торгами и не боялась зала. С другой — местные правила отличались достаточно сильно, чтобы любая уверенность могла закончиться неприятным сюрпризом.

— Кто еще умеет?

— Ивен знает порядок и иногда заменял вас на предварительных показах, но торги не вел.

— Значит, сегодня будет рядом со мной.

— Вы уверены?

— Нет. Но это пока не причина отменять аукцион.

Ниса смотрела еще несколько секунд, после чего кивнула.

— Тогда нужно предупредить кухню и открыть гостевой вход к пяти.

— Кухню?

— На вечерних торгах подают чай, кофе и легкую закуску.

— Можно обойтись без нее?

— Можно, если хотите, чтобы половина постоянных клиентов решила, что мы уже банкроты.

— Сколько это стоит?

Она назвала сумму.

Я быстро прикинула ее против ожидаемой комиссии.

— Оставляем. Но никаких дополнительных расходов.

— Я передам.

— И пришлите Ивена.

Ниса ушла.

Я снова открыла первую папку.

Если хотела сохранить дом, следовало заниматься торгами. Если хотела понять, почему этот дом оказался в центре истории с двойной командорской печатью, следовало разбираться в отказах прежней Элиры.