— И когда планируется нападение Германии?

— Я слышал о разработке операции «Барбаросса» под кодовым названием Отто. Дайте пить, язык просто горит после ваших пыток я чувствую себя вывернутым наизнанку. Вам бы, Сергеев, согласиться передать свои знания пыток вашим коллегам из гестапо Мюллера! — майор жадно припал губами к поднесенной ему кружке с водой, осушив ее досуха.

— Не отвлекайтесь, майор, продолжайте и после окончания изливания вашей откровенности вас отстегнут от стены и дадут поспать, предварительно накормив.

— Всерьез рассматривается июль этого года. Да вот только я считаю, что войну перенесут на следующий год — слишком мало месяцев останется до начала зимы, а мы к войне в зимних условиях не готовы. И чего бы не желали генералы, мы, разведка, обязательно постараемся их убедить перенести сроки на весну следующего года. Да, эти болваны из Генштаба рассчитывают на уничтожение ваших армий в приграничных сражениях за пару месяцев, да вот только они забыли о ходе Мировой войны, когда война перешла в позиционную плоскость. Канарис не позволит подставить свою шею: он не захочет быть крайним в случае начала Зимней компании при отсутствии у вермахта теплой одежды и обуви. Хотя кто знает, что в голове у нашего Фюрера, вполне может отправить генералитет на завоевание Российских просторов уже в этом году.

— Какими силами планируется осуществить операцию Барбаросса?

— Около четырех миллионов солдат, включая армии стран Оси! Именно в соответствии с планом «Барбаросса», по указанию Фюрера ведется разработка операция по дезинформационному прикрытию подготовки к нападению на СССР.

— Какие провокации входят в эту дезинформационное прикрытие?

— Подготовка компромата на высший генералитет вашей страны. Причем первые вбросы начались в тридцать седьмом году. Вместе с реальным компроматом были подготовлены ложные обвинения большинства ваших офицеров высшего и среднего звеньев, ваша контрразведка с радостью арестовала всех без разбора, часть расстреляв, а часть отправив в лагеря. Жаль, что некоторых ваш Сталин решил оправдать. Но однако мы добились главного — при нашей помощи настоящие заговорщики прибавили в чинах, получив генеральские и даже маршальские звезды.

— Что-то я не верю, что ты, всего лишь майор, имеешь доступ к таким сведениям! — я решил поиграть в Фому неверящего, одновременно в очередной раз вызвав волну боли у своего разговорившегося майора.

— Шайзе! Как же больно! Я в начале июня присутствовал на совещании у Канариса. Именно тогда присутствующий вместе со своим шефом адъютант начальника Генштаба сухопутных войск генерала Франца Гальдера Рейнхард Гелен, сидящий прямо передо мной, перечислял репрессированных военных Красной Армии за последние три года, восхваляя при этом гений Канариса, который и предложил подготовить вброс настоящего и фальшивого компромата через наших агентов влияния. Кто они, я конечно не знаю. Не мой уровень. Отсутствие у вашей госбезопасности специалистов, обладающими навыками проведения следствия и самое главное — умения анализировать, принимая на веру даже анонимные доносы и позволили так легко лишить Красную Армию ее командования. А уж затем как лавина начались аресты и вовсе командиров рот и батальонов, хоть чем то причастных к общению с подозреваемыми в предательстве. А выбивание признаний и оговор сослуживцев и подчиненных в итоге доставили немало поводов для издевательских шуток над вашим Сталиным, позволившим всю эту дичь. — Кузнецов невольно при этих словах поставил кляксу и покачал головой. — Основу тактики РККА составляет концепция ведения боевых действий «малой кровью, на чужой территории». Никакой концепции обороны, ваш Генеральный штаб — это просто подарок для моей страны! В тридцатые у вас был такой лозунг — «С коня на танк!» и многие командиры-кавалеристы становились танкистам только потому, что и кавалерия и танки, это прежде всего маневренный вид оружия, род войск. Трагедия вашей армии состоит в том, что обученные по фантазиям Тухачевского, его учениками и единомышленниками, ваши так называемые командиры по другому и воевать-то не умеют. Ведь основные сражения Гражданской войны, да и Мировой, так и происходили, в чистом поле, «стенка на стенку», конная лавина на конную. По нашим данным по «делу Маршалов» было арестовано около четырех тысяч командиров, да расстреляно свыше полутора тысяч. А сколько осталось в РККА «сочувствующих»? Да, от них толку хоть и мало, но их можно было переучить, а так вы лишились офицеров, шайзе, командиров среднего звена. И это радует мою душу! Дурная стратегия встречных лобовых сражений от Тухачевского, с возвращением в Генштаб Шапошникова казалось бы похоронена, но сторонники и поклонники расстрелянного маршала в РККА остались и сделают все, чтобы вашего маршала удалить из Генштаба. К примеру из-за заботы о его здоровье. Ну поручат ему заняться к примеру контролем чего нибудь.

— Откуда такие сведения?

— Я краем уха слышал разговор Канариса с своим заместителем Гансом Пикеброком. Это жизнерадостный, веселый, склонный к шуткам выходец из Рейнской области. Его эрудиция и сдержанный юмор особенно пришлись по душе Канарису, который оказывает ему безусловное доверие и был с ним более откровенным, чем с любым другим ближайшим помощником. Если Канарис вообще с кем-либо делился своими тревогами и заботами, то в первую голову с Пикенброком. Так вот, Пикенброк уверенно заявил, что Шапошников недолго продержится на посту начальника Генштаба, намекая на агентов влияния в Кремле. Руководство Советского Союза понимает, что война с Третьим Рейхом неизбежна и даже психологически готовило население к этой войне. Так в тридцать восьмом году был снят фильм «Если завтра война», в котором было предсказано многое из планировавшегося нами, в том числе что германские войска напали летом, и ночью, и без объявления войны. Канарис даже поначалу решил, что планы Барбаросса стали известными русским. К счастью, этот фильм постарались тут же убрать с проката опять же не без помощи наших агентов. Наше руководство намеренно сообщало ложную информацию о количестве военной техники, имевшейся на вооружении Германии. Так, например, в марте этого года начальник боевого снабжения и генерал-инспектор истребительной авиации Удет сообщил генерал-майору Петрову, что Германия в ближайшие месяцы будет выпускать до восьмидесяти самолётов в день. Однако в действительности немецкая авиапромышленность производит не более тридцати самолётов в день. Германии удается долгое время обманывать своих противников о наличии на вооружении Люфтваффе сверхсовременных истребителей «Хейнкель» Сто тринадцать. Наша пропаганда периодически выпускает фотографии несуществующих Хенкелей, на которых в действительности изображены истребители «Хейнкель» Сто, которые из-за ошибок в проектировании не покидали ангары на заводе в Мариэне. Да, заключение советско-германского договора о ненападении отсрочило нападение Германии на СССР и это печально, вашим дипломатам удалось выиграть время!

— Поподробнее про план по дезинформации Москвы! — я опять дал напиться пленнику и тот продолжил:

— С началом заключительного этапа оперативного развертывания германской армии для нападения на СССР, когда к советской границе двинутся дивизии вермахта, составлявшие ударную группировку армии вторжения, планируется значительно расширить дезинформационные мероприятия. Операция должна была вступить во вторую фазу. На этом этапе следовало уделить особое внимание созданию у русских иллюзий о возможном развитии военно-политической активности Германии не в восточном направлении, то есть против СССР, а в западном — против Великобритании или юго-восточном — против Британской колониальной империи. На третьем этапе, приблизительно за две недели до нападения, когда, как предполагается, станет уже совершенно ясно, что объектом внимания Германии является именно Советский Союз, следует перейти к использованию «сильно действующих средств» — провести целую серию дезинформационных акций на дипломатическом и высоком правительственном уровнях. Цель этих акций должна была состоять в том, чтобы вызвать у советского руководства недоверие к нарастающему потоку сообщений о предстоящем в ближайшее время военном выступлении Германии против СССР и заставить его медлить с проведением мобилизационных и оперативных мероприятий. Эффективность дезинформационной операции будет, несомненно, выше, если основную массу ложных сведений о военно-политических намерениях Германии советское правительство станет получать не прямо из Третьего рейха, а опосредованно — из агентурных и дипломатических источников в третьих странах, прежде всего нейтральных, в том числе из США, а также Великобритании. По отдельным вопросам (в расчете на утечку информации) предусматривается также дезинформация военных союзников Германии. Мы уверены, что ложные сведения и слухи, которые с нашей подачи начнут циркулировать в политических, военных кругах, прессе разных стран, будут докладываться советской разведкой и дипломатами правительству СССР. Оно будет вынуждено принимать их во внимание, поскольку одни и те же дезинформационные сведения начнут поступать из самых разных источников, что придаст им видимость полной достоверности.