Однако, при всем при этом, ему удалось заронить в Капитанскую голову зерно уверенности, которое, хоть и не дало понимания сути процессов, приведших к образованию подобного нерукотворного чуда, но позволило взирать на него без суеверного трепета. Потому что это объяснимо. Более того — уже объяснено. Даже его судовой врач в курсе. Так что можно свысока глядеть на Вауиту, который верит, что это «Темные Земли». Он-то сам знает, пусть и не может так лихо, как Ганс, обосновать, что это никакой не загробный мир, не вместилище неприкаянных душ, наполненное призраками, а просто размытые водой слои в толще камня.

— Ой! А вон они светят! — Барабашка указала наверх. — Это же они?

— Больше некому, — буркнул Капитан, но на всякий случай снова положил руку на эфес сабли. — Быстро они доползли.

Мечущиеся отблески фонарей наверху становились все ярче. Затем с балкона, засветив прямо в глаза, высунулся Вауита.

— О! А вот и вы!

— Свет убери. Слепишь…

— Че?

— Слепишь, говорю! — Капитан «засветил» Ваутие в отместку. — Приятно так? Чо жмуришься?

— Чего ты такой злой? Скажи спасибо, что тебе там лазать не пришлось! Там знаешь какие дыры. Сперва вверх, затем вниз, затем снова вверх!

— Вверх, вниз, вверх… — прочертив пальцем траекторию, Капитан внезапно захохотал, — Так это же сифон! Как в нужнике! Вот уж да! Вот уж спасибо, что не пришлось туда лезть!

— Пожалуйста…

— Ты морду не криви. На шутки не обижаются. Как дверь открыть, нашли?

— Да. Кинь веревку.

— Как нехер делать… Держи!

Взяв моток троса, Капитан запустил его вверх. Вауита с залихвастским: «Оп-ля! БЛЯ!» поймал его на вытянутые руки и чуть не навернулся вниз, благо Дитрих успел поймать его за пояс штанов. Скрывшись вдвоем за краем балкона, они некоторое время где-то ходили, обозначая свою активность мечущимися отблесками света, затем закрывавший слив блок дрогнул раз, второй и рывком сдвинулся. Еще раз и еще раз. Капитан принялся помогать и, наконец, проход открылся достаточно широко, чтобы через него можно было пролезть, а Барабашке так и вовсе пройти чуть пригнувшись.

Забравшись внутрь и затащив припасы, Капитан огляделся. Резервуар, как и сказал Парсон, был сделан путем отгораживания части подземного озера стенкой из тщательно подогнанных камней и сперва имел клиновидную форму, но потом тут все обтесали, придав ему вид сужающейся трапеции. Пробка, которую Дитрих с Вауитой сдвинули, представляла из себя два тщательно обработанных блока, сцепленных между собой посредством подогнанных выступа и паза. Первый блок размером где-то полтора на полтора метра с лицевой части затыкал такую же дыру в стене. Причем подогнан к ней он был плотно, судя по тому, что никаких дополнительных прокладок не наблюдалось. Второй блок имел довольно сложную форму с двумя выступами и дырой для рычага, истлевшие остатки которого валялись рядом. Под действием рычага блок одним выступом приподнимал и тянул затычку, а вторым цеплялся за ряды вытесанных в дне резервуара пазов, как бы переступая по ним и за них же запирал пробку в закрытом положении. За неимением рычага Вауита с Дитрихом подтянули его веревкой, зацепив ту наверху, после чего, поддевая топорами, выдвинули потерявшую упор пробку.

Подивившись, что при наличии терпения и прямых рук можно сделать из обычных камней, Капитан поводил лучом фонарика по сторонам. С боков резервуар обрамляли галереи, на которые поднимались две вытесанные прямо в стенах лестницы с обеих сторон. У одной топталась высокая худая фигура Парсона, который почему-то предпочитал наблюдать за этим всем со стороны. Буркнув: «Не нравишься ты мне, чахотка тощая», Капитан посмотрел на Дитриха.

— Че тут интересного видели?

— Дальше, куда мы идем, находится что-то вроде распределительного коллектора. В нем когда-то был основной лагерь той экспедиции, следы которой мы наблюдаем.

— Кстати, а чо те исследователи пробку, как мы, не открыли?

— Понятия не имею… Возможно, открыли, чтобы не лазать каждый раз, а потом закрыли?

— А у них время было? Раз мы записи нашли, значит, уматывали они в спешке. Ученые такое не бросают.

— Я не готов что-либо сообщить по этому поводу.

— Ладно… Пошли, посмотрим.

Поднявшись по лестнице, Капитан с интересом изучил резьбу на стенах галереи. Это было что-то вроде последовательных изображений, рассказывающих некую историю. Очень важную историю, учитывая сколько труда потребовалось, чтобы вырезать это все с таким старанием. Свет фонаря скользил по многочисленным фигуркам, занятым некими ремеслами, плоды которых складывались к ногам гигантов-повелителей. Поклонение и подношения богам?

Возможно, пояснить это могли фрески на другой стороне, однако им нужно было двигаться дальше. Там в полу были выдолблены глубокие желоба, куда поступала вода из резервуара и при помощи водоподъемных колес, от которых сейчас остались лишь разъеденные гнилью куски вперемешку с черепками сосудов, подавалась в систему каналов. Это вызывало вопросы. Ладно бы встретить подобное наверху, где механизация была нужна для орошения полей. Но тут-то зачем подобное городить? Неужели в этих пещерах что-то выращивалось?

Не став особо долго раздумывать, Капитан озвучил вопрос остальным. Дитрих, изучавший лагерь состоявший из нескольких коек армейского образца, столов и небольшой динамомашины, от которой видимо и питались осветительные приборы, пожал плечами, жестом переадресовав вопрос Парсону. Тот раздраженно указал на множество круглых чанов, чьи стенки были покрыты толстым слоем высохшей грязи. Один из каналов явно служил для их наполнения, остальные шли дальше, к еще одной каверне, но на этот раз с несколькими очень большими и неглубокими бассейнами с толстым слоем ила на дне.

— Эх, едрить! Тут даже росло что-то у этих… ну которые… Ты понял в общем.

— Хисосалоси…

— Сам такой!

— Эти существа называли себя «Хисосалоси»…

— Да хоть «сиси», хоть «лоси». Вопрос не про то. Я про колхоз ихний спрашиваю. Че выращивали? Сколько урожая собирали?

— Я не точно помню, — Парсон запнулся, — знаю… точно не знаю как тут все работало… Однако, могу предположить, что в глубоких чанах готовился питательный субстрат, возможно из отходов с добавлением принесенной водой с поверхности органики, на котором потом выращивали какие-то грибы или бактериальные сообщества, шедшие на корм насекомым…

Пройдя дальше, Парсон кивнул на многочисленные домики, где в сгнившей подстилке еще оставались высушенные хитиновые тельца. Взяв одно из них пальцами, он покрутил его.

— Судя по всему, каким-то тараканам, которые были основой рациона… Какое унижение… Там дальше еще есть проход во второй подобный комплекс и пещеры, где разводили слепую рыбу, чтобы компенсировать скудность рациона. Вы там скоро?

— Просто кое-что решил уточнить, — Дитрих, которому адресовался данный вопрос, оторвался от разглядывания черепов, аккуратно разложенных на столе. — Эти останки уже не из озера, я правильно понимаю? Где они их обнаружили?

— Какое это имеет значение?

— Возможно — никакого… А возможно — очень большое.

— Нам. Надо. Спешить!

Парсон взмахом руки указал на лестницу, змеящуюся по стене громадной расселины. Под ней кучей были свалены ящики из под оборудования, а над ними с установленной на краю конструкции из деревянных брусьев свисала старая веревка, которой когда-то это все спускали вниз. Дитрих остановился и, задрав голову, внимательно осмотрел уходящую в недоступную ручным фонарям высоту стену.

— Занятно… Как я понимаю, мы идем по следам экспедиции, но в обратную сторону, верно?