— Итак… — закрыв за консьержем дверь, она устало рухнула на диван, — сегодня мы передохнем и освоимся, завтра — попытаемся найти твоего дядю.

— Ладно… — Рыжик согласно кивнула, — А можно я схожу в прачечную?

— Зачем?

— Попробую поспрашивать — вдруг там, как и в той, где я работала, остаются невостребованные вещи? А то платье, конечно, получилось симпатичным, но оно на булавках только держится.

— Разумная мысль. Чуть позже вместе сходим. Там и поесть можно. А то консервы меня достали.

— Э! — Вещь, которую наконец распеленали, недовольно вскинулась, — Я тоже хочу нормально пожрать!

— Мы вам с Ирмой принесем.

— Оно все остынет!

— Ты как себе представляешь — взять тебя в закусочную?

— Придумайте что-нибудь! Я и так почти сутки под тряпкой провела!

— Вот я и придумала — мы сняли квартиру, где нет лишних глаз и не шарахаются разные горничные… — в дверь постучали, точнее грохнули кулаком со всей дури, — Вот, блядь, исключительно не вовремя! Ирма — хватай её и прикрой. Рыжик — будь готова, если что, рвать когти через пожарную лестницу.

— Я вас не оставлю!

— Оставишь! И побежишь за дядей! А там уже придумаете, как нам помочь! Поняла⁉

В дверь грохнули еще раз, и раздался требовательный голос: «Открывайте, шлюхи, я знаю, что вы там!» Сунув пистолет за пояс и прикрыв его рубашкой, Принцесса открыла. Стоявший на пороге тип в щегольском костюме хотел войти, отодвинув её в сторону. И у него бы это получилось, так как обычно Принцесса предпочитала сперва прояснить ситуацию, после чего уже действовать. Обычно, но не после долгого, тяжелого и нервного пути. Так что, охнув, тип согнулся от удара коленом в пах, после чего получил по лбу захлопнутой дверью.

— Кто это? — спросила Рыжик, уже сидевшая в окне.

— Хрен его знает, но точно не полиция… Я его даже не разглядела толком. Не знаю, что на меня нашло — само как-то получилось…

— А что он хотел?

— Я-то откуда знаю? Наш разговор ты сама слышала.

— Так вы не говорили?

— В том и хуйня… Он только что-то про шлюх орал.

— Может, это сутенер?

— Сутенер?

— Ну да. Сутенеры же шлюхами занимаются.

— Кстати, возможно ты и права. Консьерж тоже начал с того, что «натурой» не берет. Ну конечно! Три молодые девки, явно не местные, без мужиков… Вот местный сутенер и решил объяснить нам порядки на районе…

— «Пинчер»… Их обычно «пинчерами» называют…

— Это что?

— Собачка такая. Окраска как у добермана, но мелкая.

— А! Намек на то, что они под крутых косят, а сами ничего из себя не представляют?

— Наверное… Ой! — Рыжик, все еще сидевшая на окне, случайно глянула вниз, — Это же он, да? Обратно идет. С битой…

— Сука… — Принцесса страдальчески скривилась, — Ну вот нахуй это все сейчас? Что теперь делать с этим долбоебом? Я не хочу в него стрелять! Это палево!

— Дай, я попробую… — внезапно предложила Ирма, — Он, вроде, некрупный.

— Думаешь, справишься? У него бита!

— Бита — не страшно. Я ножи не люблю. А дубиной он тут все равно не размахнется.

— Опыт работы в баре?

— Ага…

Когда незваный гость, громко матерясь, снова постучал, Ирма открыла, спокойно дождалась, пока бита врежется в притолоку, затем, цапнув её своей ручищей, сперва двинула вперед, с деревянным стуком впечатав в лицо хозяину, потом назад, без особого труда вырвав из ослабевших рук и закрыла дверь обратно. Принцесса, на всякий случай стоявшая сбоку для подстраховки, показала большой палец.

— Вот это было красиво. Ты же сразу знала, что он так херово ударит?

— Ага. Я высокая, а они всегда пытаются бить по голове. И цепляются либо за потолок, либо за балки всякие.

— Понятно. Что же… Теперь делаем ставки — успокоится он, или вернется с друзьями.

— Он сейчас к доктору пойдет, — предположила Ирма, — Я ему нос сломала. Я всегда, когда так делаю, нос ломаю.

— Тогда у нас есть время смотаться до закусочной и прачечной.

— Мне тут остаться?

— Нет — теперь разделяться опасно. Пойдем все вместе.

— А Мария?

— Пеленай её обратно. Она же хотела в закусочную? Займем столик в дальнем конце и сделаем вид, что так и надо.

— Я не хочу, чтобы меня снова замотали! — запротестовала Вещь, — Здесь уже не деревня, пялиться не будут!

— Конспирация. Ты приметная слишком. И вообще — то ты хочешь поесть со всеми и требуешь что-то придумать, то теперь тебе опять все не так! Ирма — мотай её, пусть не выпендривается.

— Погоди… — Рыжик тревожно посмотрела на дверь, — Может, все-таки, не ходить никуда? Ну если он вернется с друзьями, то безопаснее будет в квартире запереться?

— Нет. Тут херовая дверь и тонкие стены. Эта конура ни от кого не защитит. Лучше иметь простор для маневра и возможность заметить их заранее. В крайнем случае, можно просто рвануть врассыпную…

…

В прачечной все прошло отлично. Рыжик, работавшая в подобном заведении, знала с кем говорить, и буквально минут через пятнадцать они уже меряли невостребованные наряды, пока хануми с бегающими глазами смотрел, чтобы их не заметил владелец заведения. Приодевшись, вся девичья банда пошла это отпраздновать, как следует поев. Закусочная представляла из себя заведение с двумя угловыми витринами, вдоль которых стояли ряды столиков, и угловой же стойкой, отгораживающей кухню. Заняв самые дальние места, Принцесса отправила Рыжика делать заказ, а сама уставилась в окно, наблюдая за обстановкой.

— В общем… — плюхнувшаяся обратно Рыжик, теперь щеголявшая в джинсовом комбинезончике, — Я заказала на всех картошки фри, оладьев с кленовым сиропом и чизбургеры. И мороженое.

— Местная кухня?

— Что-то вроде того…

— Долго готовить будут?

— Не — минут пятнадцать. Тут не ресторан…

— Не знаю, хорошо это или плохо… — Принцесса проводила взглядом жирного таракана, прошествовавшего куда-то по своим делам вдоль стойки. — Надеюсь, готовят они тут лучше, чем убираются…

Идущая с подносом официантка без капли смущения с сочным хрустом раздавила обнаглевшее насекомое и принялась расставлять тарелки на столе, при этом с любопытством зыркая на них.

— А вы же не быть отсюда? — спросила она на ломаном ислас, когда, наконец закончила.

— Да, мадам… — решила сходу не хамить Принцесса. — Подруга позвала посмотреть город её детства.

— Подруга?

— «Она меня имеет ввиду…» — Рыжик зачем-то подняла руку, — «Мы, просто, вместе… работали. В Вастпорт-Сити. А тут у меня родственники…»

— «Я просто слышу, что вы разговариваете на ислас. Обычно на нем говорят разные иммигранты…» — официантка с облегчением перешла на местный диалект лонгского, — «Нет, вы не подумайте, я ничего не имею против иммигрантов… Если это, конечно, не узкоглазые, вроде того, что работает в прачечной, или черножопые с островов. А твои подруги откуда?»

— «С континента.»

— «А почему они такие разные?»

— «Не знаю — сейчас спрошу» — Рыжик перешла обратно на ислас, — Она интересуется, почему вы обе с Континента, но такие разные?

— Потому, что континент большой и Ирма с его северного конца, а я — с южного.

— Ага… — Рыжик пересказала это официантке и та, удивленно вскинув бровь, ушла, — Просто тут у нас свой континент, поэтому другими люди не особенно интересуются.

— Но они же все тоже с Континента сюда приехали?

— Ну это когда было?

— Сравнительно недавно.

— Серьезно? Наверное, просто никто об этом не задумывается. Всем кажется, что они тут всегда жили.

— Интересный феномен. Ладно — попробуем, чем тут у вас кормят…

Еда была крайне жирной, а мороженое и сироп к оладьям — очень сладким, но это ожидаемо. Если здесь живет небогатый народ, то за свои деньги они хотят получить, в первую очередь, ощущение сытости. И, в целом, набить живот все умудрились буквально с пары укусов. За исключением Ирмы, которая откровенно наслаждалась «нормальной» в её понимании едой. Рыжик, наевшись сама, теперь, аккуратно, чтобы не привлекать внимание чрезмерно любопытной официантки, кормила Вещь. Принцесса же следила за обстановкой снаружи. И, увидев идущую к зданию троицу, указала на них остальным.