С того момента, как он узнал про их взаимоотношения, Йоши частенько тайком пытался представить их вдвоем. Правда, после того как ему довелось увидеть Келпи, фантазия забуксовала, ибо её внешность никак не соответствовала представлениям о ком-то, кто мог «оседлать» демона. Мнение радикально поменялось буквально за пару секунд, что он, лежа ничком на полу ложи, пытался вжаться в ковер, спасаясь от выстрелов.

Работая в клубе, Йоши видел много бойцов, много поединков и думал, что разбирается в насилии. Но то, что происходило на ринге было упорядоченным, ритуализированным, контролируемым насилием. Келпи же, словно пламя, причастность к которому подчеркивал цвет её волос, взорвалась насилием диким, первобытным, не признающим ни правил, ни рамок, а от того еще более страшным.

И вот после этого, они вместе смотрелись вполне гармонично. Два диковатых демона, вскормленных в полном насилия мире, один, несущий в себе северный холод, а другой — пылающий огнем, подчиняясь закону притяжения противоположностей, встретились… Дальше эту поэтическую аналогию Йоши развить не успел, так как появившийся из-за угла Сапожник кивком позвал их всех за собой.

— Не хочу вас отвлекать, но там Хисес съебывается.

— Кто, на?

— Тот, кто все это затеял. Если хотите приложиться к его морде, вам стоит поторопиться.

— Где он, на?

— Внизу. Пытается завести автомобиль… Но тот что-то не заводится, — Сапожник небрежно обмахнулся шлангом, который держал в руке, — Наверное, топливо не поступает.

Кивнув, Тайга развернулась, пошла к двери, ведущей на пожарную лестницу, вынесла её пинком и, мотанувшись через перила, спрыгнула вниз. Сапожник со злобной гримасой помахал в воздухе ключами, однако это заметил только Йоши, который виновато развел руками.

На парковке Хисес высаживал аккумулятор, пытаясь завести машину. Услышав удар, он обернулся и, увидев клубы пыли в точке приземления Тайги и маячивший сквозь них громадный силуэт, выскочил из-за руля и кинулся бежать. Келпи к тому времени дохромала только до выходя на лестницу и, понимая, что не успеет за подругой, принялась с высоты указывать той, куда бежит жертва.

Улица перед клубом была заполнена народом, который обсуждал случившееся. Хисеса никто из них, разумеется, не знал, но бегущий лаовай в дорогом костюме и с искаженным ужасом лицом, который принялся грубо проталкиваться через толпу, немедленно привлек всеобщее внимание. Под прицелом сотен глаз Хисес кинулся к рикше и, запрыгнув в коляску, наставил на него пистолет.

— Вези меня, тварь! Быстро!

Но рикша с перепугу выпустил оглобли и тележка опрокинулась назад, выбрасывая Хисеса в пыль. Потянувшись за выпавшим во время падения оружием, он кинул взгляд вдаль и застыл, увидев покрытую кровью и грязью Тайгу, идущую к нему неумолимой поступью.

— Мама… За что? Я всегда любил тебя… Почему именно Мария? Чем она лучше меня?

Тайга, подойдя, схватила Хисеса за голову и подняла вверх, с удивлением глядя на его грустную улыбку. Затем повернулась в сторону Келпи, которая влезла по пожарной лестнице повыше, чтобы все видеть. И резким рывком своротила Хисесу шею, после чего отбросила его тело, словно сломанную игрушку. Народ, охнув, вжался в стены глядя то на мертвое тело, то вслед Тайге. Затем из толпы вышел хануми в национальной одежде, пощупал на шее Хисеса пульс, не столько потому, что сомневался в его смерти, сколько чтобы окружающие решили, что он доктор и, улучшив момент, забрал коробочку, к которой покойный любил прикладываться при жизни, сунув вместо неё белую бумажку с крупным иероглифом.

— Ну, можно и так, — наблюдавший за этим всем с крыши клуба Сапожник кивнул и повернулся к Ли На. — Кстати, Йоши выжил, так что ты торчишь мне пятихатку.

— Сразу отдавай сюда, — стоявшая с другой стороны северянка протянула ладонь. — Мы с ним поспорили на столько же, что эта Тайга не ляжет.

— Это не считается! Спор был чисто теоретический!

— Давай-давай… теоретик. По ней сразу было видно, насколько эта дылда упертая.

— Но у меня все же теплилась надежда, что там хоть немного мозгов есть, — Сапожник огорченно развел руками. — Она очень сильно рискнула не только собой, но и своей подругой. А мне… и не только мне, казалось, что для неё это — болевая точка.

— Ты не учел, что она слишком тупая, чтобы понимать все риски, — улыбнувшись, хануми передала выигрыш северянке. — А я недооценила, насколько везет дуракам.

— Это да… Ладно… Сейчас полиции набежит, так что надо этих троих куда-то убрать. Если рыжая может прикинуться глухонемой, то вот в способности здоровой запомнить нужные показания и не запутаться в них я сильно сомневаюсь. А если она проболтается, что в этом всем был замешан Йоши и про наши с ней разговоры, то делать невинный вид мне станет куда сложнее.

— Да и вся эта история с невольницами на ринге очень дурно пахнет, — хануми на секунду задумалась. — Если кто-то узнает, что ты был в курсе, почему она дралась, но продолжал выпускать её на ринг, то это будет плохо для репутации.

— Алена! Бери их, засовывай в грузовичок доставки и вези в старый клуб. Здание пустует и, по документам, не мое и никогда моим не было. А район там хороший — местные разговаривают на коренном диалекте, так что полиция ничего не дознается при всем желании.

…

«А-а-а! Чур меня!» — увидев покрытую кровавой коростой Тайгу, вошедший Санек уронил кучу одежды, которую нес в руках и схватился за висевший на шее амулетик. Затем рассмотрел, с кем имеет дело и выдохнул.

— Прошу прощения, я думал, это опять токкеби… Я просто гоню самогон, вот и приходится иметь дело со всяким…

— Простите, господин Санек, но это еще одна из причин, почему ваше присутствие тут так срочно понадобилось, — Йоши подобрал уроненную одежду и переместил её на стол, — В здании отсутствует вода, а поскольку вы, по документам, его владелец и занимаетесь сантехникой, то я решил, что именно вы сможете помочь нам с этой проблемой.

— Да тут делов-то! Только кран открыть! — пройдя куда-то в глубину помещения, он покрутил скрипучую задвижку и уставился на мощный фонтан воды ударивший из труб, — А! Вот почему вода была перекрыта! Ничего! Сейчас наложу хомут!

— Стоять, на!

Тайга стянула с себя скромное облачение, в котором выступала на ринге и, встав под бьющую струю, принялась отмываться. Визитер, сперва, рефлекторно отвернулся, затем, видя, что остальные воспринимают подобное как само собой разумеющееся, покосился на Йоши.

— Дама, как я понял, без комплексов? Не, не то чтобы я ханжа или что-то подобное, просто такая приятная простота — явление весьма редкое.

— Простите, что не предупредил. Просто она служила на корабле. Ну так, во всяком случае, я понял. А корабль — довольно тесное место, поэтому ничего удивительного, что подобным вещам придается мало значения.

— О! Я что-то пропустил и у нас во флот уже берут женщин?

— Вольный флот. Насколько я знаю, там этот момент отдан на усмотрение капитана.

— Он еще существует? Я думал, это все давно осталось в книжках?

— Извините, если допущу какие-то неточности, но насколько лично мне известно, на данный момент Вольным Флотом себя называют обитатели островов без какого-либо подданства. А учитывая масштабы этой территории, думаю их там еще не мало.

— Как любопытно. Я сам, в свое время, был увлечен морской романтикой. Если бы не семья, то может тоже бы сбежал в теплые моря пить ром, бороздить лазурные воды на небольшом катере, пережидать Шторма в живописных деревеньках… М-м-м… Но увы, мне надо кормить семью. У меня ведь четыре дочери, если ты не в курсе…