Это всё — ближайшие планы. А что у нас по дальнейшим? Как жену искать будем? Да и других земляков там немало. Пока поиск Лиды совпадает с поиском координат Земли, никто не будет против. А дальше? Корабли, запас золота, дорога домой известна, не предложат ли мне товарищи дальше разбираться со своими проблемами самостоятельно? Ну, допустим, все согласятся. Мужики вроде все нормальные, все через похищение и криокапсулы пиратов прошли, не должны послать. И как будем действовать?
Начнём с того, что добровольно, как сказал Миша, никто нам координаты не отдаст. А это значит: во-первых, нужны быстрые и мощные корабли, не меньше трёх, как подсказывает опыт того же Михаила. Во-вторых, мощная абордажная команда, так как разносить лоханки лихоимцев на мелкий винегрет контрпродуктивно — нам от них информация нужна, а не факт их уничтожения. Ну и добришко, если стоящее попадётся. А чё, грабь награбленное — золотые слова. Ну и в-третьих — информация. Не шнырять же по всему космосу в поисках злодеев? Гораздо логичнее и рациональнее караулить на торных тропах, и уже там отлавливать и вдумчиво, без суеты обезжиривать.
Итак, корабли — это понятно: деньги и ещё раз деньги. Абордажников можно обучить, из тех же замороженных соотечественников, в крайнем случае нанять. Да и с Кергиловым поговорить стоит — его команда как раз этим и промышляла. В общем, тоже решаемо. А вот с третьим пунктом будет сложнее.
Если пираты, грабящие караваны, собственными набегами обозначают свои охотничьи угодья, то работорговцы предпочитают окольные пути, чтобы не попадаться патрулям государств Содружества. Тут уже нужен профессиональный подход к сбору информации, банальным частным детективом вряд ли отделаешься. Вот собственную контрразведку бы организовать… ну, это уже мечты. В общем, тут надо коллективно подумать.
— Товарищи, у меня к вам очень важный лично для меня вопрос, — начал я своё выступление, собрав всех за столом на следующий день, — вы все в курсе, как и почему я оказался здесь…
— Мы всё понимаем, Глеб, — недослушав мой спич выступил профессор, — ты для нас уже вон сколько всего сделал — из плена освободил, снабдил технологиями инопланетными, новые профессии дал, заработок организовал. Так что за всех не скажу, только за себя: хоть из меня воин тот ещё, но лично я тебе помогу, чем смогу.
— Да, Глеб, русские своих не бросают! — присоединился Эдик. — И про остальных наших забывать не стоит. Мы ж только одной из партий были.
— А я чё-то не въехал. Вы про что вообще? — подал голос Саня-студент, на что ему тут же всё расшифровали старшие товарищи и прозревший Шурик не стал выбиваться из коллектива: — Дык, вы же в курсе, я за любой кипеж, кроме голодовки! Куда вы, туда и я.
Серёга лишь молча кивнул, соглашаясь с остальными. А вот турок замялся, задумался. И только под вопросительными взглядами остальной команды тоже кивнул, пробормотав что-то вроде «ну, раз уж вместе начали, то можно и дальше».
— Фуркан, я же не заставляю никого, и всё понимаю — это моё личное дело. Когда получим координаты Земли, мы можем поделить всё добро, кроме корабля, и дальше ты волен делать что хочешь. Твоей доли золота хватит, чтобы дома сразу миллиардером стать, а какой-нибудь курьерский бот с гипердвигателем — не такая большая проблема, если сам не накопишь к тому времени, то поможем.
— Да ладно, чего мусолить, согласился уже. — буркнул техник, явно недовольный то ли своим решением, то ли своим конформизмом, а может просто не выспался.
— Ну вот и ладушки. Спасибо, мужики, без вас я реально не представляю как это дело вывозить. — хоть и не умею толком выражать свои чувства, но поблагодарил я товарищей от всей души и тут же, чтобы скрыть неловкость, поспешил перейти к делу, выкладывая всё, что надумал накануне.
— Кому как, а мне нравится, особенно «грабь награбленное»! — оскалился во все сорок два зуба капитан, а турок согласно закивал с уже более заинтересованным видом.
— Я так мыслю, что все три пункта вилами по воде писаны. — высказал своё авторитетное мнение Иван Иваныч, — Во-первых, как я понял, тут и территория Содружества не всегда и не везде полностью безопасна, а мы промышляем за пределами даже Фронтира, где хотя бы периодически военные патрули проходят. Так что наш удачный первый опыт — скорее дело случая, не стоит на него делать ставку. Во-вторых, каждое боестолкновение — это лотерея, особенно пока у нас нет многократного численного и технического превосходства над пиратами. И это я уже не говорю про абордаж! А про третье, Глеб, ты и сам сказал — без профессионалов в поиске такой информации не обойтись. Так что я предлагаю оставить продолжение этого разговора до тех пор, пока не продадим руду и не пригласим к обсуждению Михаила. Его опыт и связи наверняка внесут существенные коррективы в наше планирование.
— Ты смотри, как грамотно всё по фактам-то раскидал, — уважительно поджал нижнюю губу Эдуард, — сразу видно — человек наук!
Так под дружный смех, представляя облачённого в красно-синее трико профессора в затянутом паутиной медотсеке, за исключением традиционно не въезжающего в русский юмор турка, мы и закрыли тему.
— Короче, мужики, насчёт сбыта я договорился, как только маякну, подойдёт мой знакомец — оширский торгаш, — докладывал Абагай, прихлёбывая местный эрзац кофе, — просканирует товар на процентное содержание металлов и даст хорошую цену. Верить ему можно — мы давно дружим и в подставах он пока не замечен. Азиатов, ну то есть оширцев, тут мало, а он, как и я, бывший военный и спортсмен, только не по борьбе, а по какой-то своей рукопашке, на том и сошлись. Контейнеры я вам сразу отгружу, как только трюм освободите. Грузовоз подходящий есть и цена прям то что надо — всего сто двадцать косарей, но есть проблема: тихоход, плюс жилой модуль разграблен. Ну, то есть каюты, койки, даже пищевой синтезатор на поколение моложе вашего, но в остальном — голяк. Сами там глянете чё как, я-то не техник.
Едва ответив на стандартный запрос диспетчера станции, мы тут же связались с Михаилом, который безапелляционно заявил, что сначала к нему, а потом всё остальное. И чтобы не терять время, он предложил помощь в сбыте и некоторых приобретениях, пока мы преодолеваем оставшиеся до станции миллионы километров. Обозначив наши хотелки и пообещав интересный разговор, мы расслабились в ожидании прибытия.
Причалив к знакомому ангару, уже через минуту приветствовали алтайского батыра, который ещё через минуту докладывал нам о проделанной работе. Оценив грузовик, скинутый нам через нейросеть, пришли к выводу, что если комплектующие найдутся тут же и по приемлемым ценам, то приобретение стоящее.
Перейдя к отложенному в середине обратного пути разговору, мы всерьёз загрузили Мишу. Сначала он долго думал сидя за столом и цедя «кофе», потом ходил по кают-компании, разминая плечи и хрустя пальцами, после чего, наконец, усевшись обратно, заговорил.
— Насчёт кораблей всё просто: будут деньги — будут корабли, а пока можем только на пальцах прикинуть сколько чего нужно. Насчёт абордажа сложнее, но тоже решаемо. Мои наверняка согласятся — у нас и опыт есть, и большой зуб на пиратскую звездобратию, но нас мало, поэтому либо придётся из левых набирать, либо шерстите своих в заморозке на предмет профессиональных военных. На одну штурмовую команду у меня и своих запасов нейросетей и баз хватит. Но с боевыми имплантами и бронескафами придётся решать отдельно — это всё довольно дорогое железо и на каждом шагу не продаётся, особенно если не совсем рухлядь.
— Миш, по ценам на это железо хоть примерно можешь сориентировать? — прервал его я, подумав, что если отложу на потом, то могу банально забыть, а ведь это, судя по его словам — существенная статья расходов.
— Ну, только очень примерно. Чтобы иметь преимущество перед средним пиратом или работорговцем по всем статьям — защите, огневой мощи, силе и скорости реакции, нужно превосходство хотя бы на одно поколение, а это — начиная, скажем… от ста косарей на одного бойца.
