Итак, что имеем: жены нет, но есть муж, на машине, с ножом и кучей грибов. Несмотря на очевидность первого вывода, стопроцентной уверенности в том, что искать бессмысленно, всё-таки нет, поэтому поиски организовать надо. Тем более что правду говорить нельзя никому — мало того, что не поверят, так наверняка ещё и заподозрят как минимум в попытке сокрытия чего-нибудь, а как максимум в том, что головушкой скорбен стал. После чего поеду я не супругу искать, а глотать вкусные препараты для перманентного пребывания в стране деревянных брёвен. Хорошо, если обойдётся без рубахи с длинными рукавами, памятуя о достославном Шурике, рвавшемся спасать студентку и комсомолку. Хотя, наши доблестные подозревать всё равно будут — работа у них такая, а ситуация к тому дюже располагает. Так что искать несмотря ни на что будем. А вдруг? И уже потом, по результатам будем посмотреть — что делать дальше.

Дома без Лиды стало пусто и… странно. Странно оттого, что выработанные годами привычки и рефлексы холодно и шершаво диссонировали с осознанием изменений в доме. В жизни. В душе. Сумбура в душе добавляло то, что статус потери неясен. Когда жена четырежды покидала дом для пополнения семьи, из них дважды — на длительное сохранение, её отсутствие сопровождалось приятным ожиданием. Когда человек умирает — это очень грустно, но тоже понятно. Окончательность потери так или иначе принуждает разум поставить точку. А тут — полная неопределённость во всём.

Прожив большую часть совместной жизни по чужим квартирам — то по съёмным, то у родителей, десять лет назад смогли всё же накопить на свой дом. А шесть лет спустя осуществили давнюю хотелку — сделали внутреннюю обшивку из натурального дерева, да не просто так, а с выдумкой — Лида долго экспериментировала с морилками и орнаментом из крашенных ими досок. Стало очень красиво, уютно, но главное — в доме запахло деревом, лесопилкой, обновлением.

Валявшийся в нокауте после ковида нюх не реагировал ни на бензин, ни на запахи железа и дыма. Даже бронебойная вьетнамская звёздочка, судя по легендам поднимающая мёртвых, позорно капитулировала перед обонятельной импотенцией. А вот этот смолистый запах древесины — смог. Однажды утром, не успев открыть глаза, я вдруг осознал, что чую, и именно его.

Тогда он ассоциировался у меня с выздоровлением и новосельем, а сейчас почему-то раздражал.

Семья по сей день пребывала в шоке. Младшая дочь первые дни то рвалась искать мать, то горько плакала на руках у родни, только сейчас, спустя полторы недели, вроде успокоилась. Сыновья после неудавшихся поисков ходят пришибленные, а на родителей жены смотреть было просто страшно. Оба резко состарились и будто погасли, день за днём встречая разводящих руками поисковиков. Видя, что стариков нужно спасать, я взялся их убеждать, что раз не нашли тело, значит шансы остаются, а лично я так просто железно уверен, что Лида жива, вот сердцем чую. Осталось только придумать — как её найти. Не скажу, что получилось воодушевить, но похоронные настроения миновали. Помогло то, что даже в официальном заключении поисковой операции, хоть и в обтекаемых формулировках, но значился ряд странностей, ничего не проясняющих, но вселяющих надежду.

Когда на пятый день было заявлено, что лесной массив прочёсан вдоль и поперёк, многократно и с применением собак, поисковой техники и даже местного шамана, а следов пропавшей найти так и не удалось, поиски решили прекратить. Зато решили начать оперативно-разыскные мероприятия правоохранители, так как некоторые косвенные свидетельства указывали на возможное участие в исчезновении гражданки Неверовой Л.П. третьих лиц, то есть подозревали похищение.

На их месте я бы тоже подозревал, ведь первый же запуск по следу собак привёл к коллективной истерике четвероногих, когда они добрались до места предположительной стоянки ливерного звездолёта. В сотне метров от означенного места друзья человека заволновались, в полусотне — вздыбили загривки и начали поскуливать, а на самом подходе с визгом разворачивались и бежали в лес, не разбирая дороги. Посовещавшись, кинологи выдали единственную рациональную, хоть и не совсем правдоподобную версию: на конечной точке присутствует запах крупного хищника, предположительно — экзотического, например льва или белого медведя, ведь запах местного Потапыча некоторым собакам знаком, на него они бы отреагировали агрессивно, но без паники.

Следователь, который начал наше знакомство с упорных попыток развить тему бытового конфликта между мной и Лидой, вынужден был принять версию об участии людей, имевших отношение к работе с животными — охотников, ветеринаров, в конце концов — работников цирка. В пользу чего говорило как отсутствие следов борьбы: для подобных профессий пневматика с транквилизатором — привычный инструмент, так и отсутствие следа моей жены где-либо ещё в лесном массиве, кроме указанного мной маршрута, а все свидетели нашей семейной жизни в один голос заявили о том, что дружнее пары они ещё не встречали

В общем, товарищ майор неизвестных злодеев искать-таки начал, но чем-то задним чую: версию о «синей бороде» при этом отнюдь не оставил.

Больше всех удивил шаман — ещё не старый алтаец в рыбацком камуфляже вышел на середину идеально круглой поляны, по периметру которой на высоте человеческого роста на деревьях виднелась чёрная полоса шириной в ладонь, будто след от раскалённого металла, огляделся задумчиво и изрёк:

— Не человеческих рук дело. Тут чужие твари побывали. Забрали девку. Тут искать нечего.

И ушёл. Поисковики пожали плечами и продолжили нарезать круги по лесу. Я хотел было догнать и расспросить с пристрастием — не в бровь, а в глаз ведь попал, но вовремя передумал. Что он мне скажет? Где космический корабль автостопом поймать? Номер планеты похитителей в антитентуре галактики? Так у меня ни пепелаца, ни гравицапы. В общем, прочёсывал местность вместе со всеми, изображая бурную деятельность. А мозг при этом работал совсем в другую сторону.

По окончании поисков, наматывая пластырь на стёртые в кровь ноги, я мусолил в уме только одно решение — искать в интернете. Вряд ли моя жена настолько уникальна, что ради неё одной эти черти пролетели тысячи световых лет. Или откуда они там, из параллельного мира?

Первые эмоции схлынули, а долгие выматывающие поиски и переизбыток общения с массой людей — поисковиками, друзьями и роднёй, полицией и даже местными журналистами, просто выпотрошили голову, оставив там белый шум и желание забиться в угол подальше от всех. Детей, кроме старшего, отправил к дедушкам с бабушками — и первые под присмотром, и вторые при деле, значит легчепереживут. Ванька остался якобы по дому помогать в отсутствие матери, и чтобы мне одиноко не было. Хотя было заметно, переживает он и о том, что я на стакан наступить могу или ещё чего похуже. Пришлось объяснить, что именно у меня упаднических настроений искать не надо:

— Вань, ты за меня меньше всего переживай. Я присутствие духа терять не собираюсь, в запой уходить тем более. Мать жива, я в этом на все сто уверен, поэтому собираюсь не страдать, а искать.

— Где ж ты её искать собрался? — сын говорил с нотками обречённости, но в глазах всё равно читалась надежда — Почти неделю вон какой толпой искали и всё без толку. Менты между собой говорили, я слышал, что раз по горячим следам не нашли, то всё, шансов почти нет.

— Для начала, как водится, спрошу у мировой паутины, — я скрипнул любимым креслом и вдавил кнопку включения системника, — а там будем посмотреть.

— Думаешь, интернет тебе скажет то, чего специалисты не сказали? — Иван изображал скепсис, но больше для проформы, чем действительно его испытывал.

— Думаю, что случай с нашей мамой достаточно необычен, чтобы не потонуть в океане однотипной и бесполезной инфы, а узнать что-то новое, если аналогичные случаи уже бывали.

— Ну, тогда зови, если реально продвинешься в поисках, — скепсис из голоса сына ещё не ушёл, но робкая тень энтузиазма уже появилась.