У меня это была первая потеря. У Диры же, фамильяра нашего рода в нескольких поколениях, это шестая утрата хозяйки.

— Лиэна, тебе последнее письмо велено передать.

Дира взмахнула крылом, и из воздуха появилась свёрнутая в трубочку бумага. Я подхватила письмо и забралась с ногами в кресло, вчитываясь в написанные неровным почерком буквы.

«Милая моя внучка. Ты знаешь, как сильно я тебя люблю. И мне очень жаль, что у нас было так мало встреч. Тем не менее я хочу помочь тебе. Пока я была жива, твоя матушка знала: если выдадут тебя замуж без твоей на то воли, прокляну их так, что молить о смерти будут. Ещё бы год и я смогла бы тебя спокойно забрать и обучить нашему ведьминскому искусству. Но к сожалению, не вышло. Сейчас я умираю, осталось мне недолго. И не смогу тебя уже защищать. Единственный твой выход, это получить образование. Так ты, согласно новым законам, сможешь нести сама ответственность за свою жизнь. Беги в зачарованную академию, только им разрешено не выдавать студентов родителям по их требованию, пока не закончится учёба. Но будь осторожна. Сильное проклятие на ней, и только ты сможешь его снять. Поторопись с этим, чтобы не попасть под его влияние. У тебя будет год. Дира поможет, только не забудь провести ритуал привязки. После этого она перенесёт тебе нашу родовую книгу и мой дневник. Из него ты всё поймёшь».

Едва я дочитала, услышала стук в дверь. Дира нырнула в волосы, я быстро утёрла лицо и спрятала письмо в складках пышной юбки.

— Дочка, можно?

— Да, заходи, — крикнула, сильно удивившись вопросу. Обычно никто меня не спрашивает.

— Дочь, тут такое дело… — мама замялась на пороге, пряча глаза и теребя в руках уголок шали.

Я изумилась ещё больше, сердце тревожно сжалось. Это совсем не её стиль.

— В общем, нам с твоим отцом уехать надо по делам… Да, по делам. Вернёмся дней через пять.

Это так сейчас называется? То есть они не просто не стали говорить мне о смерти бабули, но даже на прощание не хотят с собой взять?!

В комнате резко потемнело, на улице громыхнуло, через открытое окно потянуло запахом озона. Матушка испуганно вздрогнула и кинула на меня затравленный взгляд. Я медленно встала, крепко сжимая кулаки, стараясь сдержать эмоции. За волосы что-то потянуло. Сквозь туман в голове с трудом осознала, что это Дира пытается удержать меня от того, о чём пожалею.

— Хорошо, — с трудом произнесла, отворачиваясь. Не хочу её видеть. Этого я им точно не прощу!

Спустя томительные секунды всё же хлопнула дверь, закрываясь. Я чуть повернула голову, чтобы убедиться, что матушка ушла. Кинула взгляд на зажатое в руке письмо.

Про зачарованную академию я, разумеется, слышала. Ещё каких-то несколько десятков лет назад она была преуспевающей королевской академией, выпускники которой занимали самые лучшие посты. Но после какого-то случая, о котором никто никогда не говорил, всё изменилось. В один день удача покинула всех учеников, не затронув лишь преподавателей. И чем дольше те находились в академии, тем сильнее её отсутствие влияло на их жизнь. Даже после выпуска. Стать неудачницей мне не хочется, а вот разгадывать тайну проклятия… Возможно, это будет даже интересно. Слишком затосковала я в четырёх стенах. Да и получить свободу, это ли не предел моих мечтаний? После учёбы смогу переехать в лесной домик бабули и чувствовать, что она рядом, как и обещала.

— Я сделаю, как сказала бабушка. Поможешь мне? — я пощекотала пёрышки фамильяра. Та встрепенулась, перелетев мне на плечо.

— Конечно!

Я глянула в небо. Тучки медленно расползались по сторонам, позволяя выглянуть осеннему солнцу. Пусть учебный год недавно начался, но зачарованная академия принимает новых студентов постоянно. И у меня есть время спокойно до неё добраться, пока родители будут в поездке. Боль потери медленно отступала под натиском предвкушения, сворачивалась клубочком на глубине души. Не покинула меня, совсем нет. Я всегда буду по ней скучать. Но жизнь точно начинает играть новыми красками.

— Дира, ты же помнишь про бабушкины книги? — поинтересовалась я у пташки, когда Зала убежала на учёбу, оставив меня в комнате.

— Помню, завтра будут, — пообещала она, нежась на солнышке. Окно было открыто, в спальню задувал прохладный осенний ветер, приносил с собой ароматы поздних цветов. Только вместо шума природы были вскрики и ругательства студентов. Интересно, почему бабушка так уверена, что я смогу его снять? Лично я не уверена, что в принципе живой отсюда выберусь. Надо было всё же сбегать сразу в её лесной дом.

— Родители бы вернули, — ответила на мои мысли Дира. Я вздохнула, признавая её прямоту.

Ритуал привязки мы провели ещё в дороге, в те редкие моменты, когда устраивали привал. Хоть я и старалась поторопиться, но без отдыха на метле долго не полетаешь, начинает болеть. Я поморщилась, вспомнив об этом, встала, потёрла то место, где платье переходит из корсажа в юбку. Заодно вспомнила, что забыла узнать у соседки: можно ли ходить девушкам в академии не в платьях в этот первый год? Я их любила, конечно. Особенно если это было не пышное нечто с обилием рюшей, в которое меня впихивала матушка на разные мероприятия. Но всё же брюки с рубашками мне нравились больше. Жаль, что их было немного. И те пришлось покупать тайком, а носить так вообще возможности практически не было.

— Хочешь, я узнаю? — лениво поинтересовалась плашка, раскинув крылья. В её тоне прекрасно читался ответ, который я должна дать.

— Не надо, потом спросим, — не разочаровала я своего нового фамильяра. Но вот с тем, что она теперь видит меня так открыто, надо что-то делать.

— Привыкнешь позже. Ты тоже скоро начнёшь видеть моими глазами, общаться мысленно. Поверь, это тебе пригодится.

В этот момент мимо окна пролетел какой-то парень. Дира даже не пошевелилась, лишь повернула голову, разглядывая студента. Тот поморщился, выругался сквозь зубы, отряхнулся и ушёл. Не понимаю, как им даже не страшно? Неужели можно настолько привыкнуть к проклятию? Особенно такому.

— Привыкнуть можно к чему угодно, — вновь ответила пташка на мой мысленный вопрос.

— Надеюсь, мне не придётся это делать, — я содрогнулась от перспективы.

В библиотеку отправилась без фамильяра, Дира захотела остаться в комнате. Согласилась я на это, прямо скажем, с удовольствием. Очень уж непривычно было знать, что она видит и чувствует буквально всё, что у меня происходит внутри. А ведь раньше я завидовала бабушке, что у неё есть фамильяр, с которым они как одно целое. Но это было до того, как сила пробудилась и родители ограничили наши встречи.

Широкие коридоры были пустынны, на пути встречались лишь обугленные да потрескавшиеся стены. Интересно, это следы проклятий или промашек юных магов?

После одного поворота я оказалась перед высокой, тяжёлой резной дверью. С трудом потянула на себя, по коридору разнёсся тихий скрип.

— Кто здесь? — сонный вскрик из глубины заставил меня вздрогнуть. Я заглянула в затемнённое помещение. Из-за стеллажей выкатился щуплый маленький старичок, поглаживая куцую бородку.

— Я новая студентка. Учебники бы получить, — неуверенно протянула я.

— Иди, иди, вот сюда, — поманил он меня за собой. Я послушно села за указанный стол, на котором сами по себе начали появляться книги. Я ошеломлённо на это смотрела. Какая интересная магия!

Стопка на столе всё росла, а я пыталась вытянуть хоть какие-то знания из памяти. Несмотря на то что все книги по магии были под полным запретом дома, и выйти без родителей на улицу мне удавалось нечасто, бабуля всё же меня обучала. Через Диру. Мы привыкли обмениваться письмами через неё, а иногда даже проводили долгие вечера, обсуждая всё на свете и обучаясь. Это удавалось очень редко, так как запираться в спальне мне тоже было запрещено, однако несколько раз вышло так посидеть в отсутствие родителей.

С трудом, но я вспомнила одно из писем, где мы обсуждали магические расы. И всё сводилось к тому, что библиотекарь — это гилдин. Редкая раса, живущая на закрытом острове, полном лесов и гор. Идеально владеют магией пространства. Настолько, что способны даже с другого материка переместить необходимую вещь. Или перенестись сами, чему завидовали все народы. У нас-то такой возможности не было. Или ножками своими да лошадиными, или на метле, но это только для ведьм. Ну ещё корабли по морю. И всё на этом. Фамильяры не в счёт, конечно, у них были свои тайные тропы.