Это единственное, что вызывает у меня улыбку последние дни. Я ни о чём не жалею! Перетерплю, доучусь. Надо думать наперёд: с дипломом будет работа мечты, вырвусь из лесной глуши. Получу жизнь, которую хотела. Но я уже не уверена, что всё ещё её хочу…

Вроде сегодня 18 делидня. Заканчивается первый месяц зимы. Я устала.

21 делидня

Почти всё время сижу в подвале. В подземельях рядом с аудиторией зельеварения нашла заброшенную комнату. Здесь много слов выцарапано на каменных стенах. Я тоже добавила от себя несколько фраз. По одной в день. Здесь сухо, Дира мне свечки носит из бабушкиного дома. Люблю эту бандитку. Но не буду ждать, когда же она моим фамильяром станет. Пусть бабуля живёт подольше!

Сегодня принесла от бабушки письмо и семейный гримуар. Зачем мне так рано? Но бабуля просто так ничего не делает. Поищу там что-то. В письме она раскрывать не стала: сказала, я сама обо всём догадаюсь. Пригласила на зимние каникулы к себе. Хочу успеть и родителей навестить, и её. Взбодриться пора. До начала каникул всего пять дней, продержусь.

22 делидня.

Или нет.

23 делидня

Повар угостил меня булочками. Первый раз за всё время. Суетился, конечно, постоянно оглядывался: золотая молодёжь не похвалит его за это. Дневник стала брать с собой в подвал, уроки делаю тоже тут. Пока никто не находит, помогает лёгкий отвод глаз, которому бабушка меня давно обучила. И почему я с первого дня им не пользовалась? Скольких проблем бы избежала.

А булочки вкусные были. Ещё бы молока запить, но не рискну идти в столовую, сейчас как раз ужин. Почитаю лучше гримуар.

Только что-то мне нехорошо…

26 делидня

Они меня отравили!!! Отравили! Поверить не могу! И им ничего за это не было! И если бы я не подслушала разговор, я бы об этом и не знала!!! «Что-то не то съела» мне сказали! И это на яд цирдии! Да я бы умерла, если бы не Дира и бабуля!

Несколько листов истерзаны пером, клочки заляпаны чернилами.

После них три пустых листа.

Думаю, поджигать школьную форму и учебники, которые у меня здесь, было не самой лучшей идеей. Зато я смотрю на огонь, и он меня успокаивает. Лучше бы там горел Карден, но так тоже ничего.

Судя по подслушанному, эти твари раздобыли яд на выходных и подговорили повара. Он, к сожалению, уволился. Я не смогу ему отомстить. Только если найду позже. Но сейчас я заставлю страдать всех. Студентов. Пока валялась в лечебном крыле, нашла в гримуаре два прекрасных заклинания. Одно усилит проклятие и сделает его более точечным, второе отстрочит, чтобы никто не мог связать со мной. А когда поймут, что оно есть — уже будет поздно.

Но вот Кардена… Я не могу позволить, чтобы отсрочка проклятия пошла ему на пользу. Нет, он должен страдать каждый день своей жизни. Кардена Миирэзана прокляну сразу. Да, отчислят. Но мне это и нужно. Я не собираюсь больше здесь продолжать учёбу. Последую советам родителей. В лесу жить приятней, когда нет вокруг этих ненормальных людей. Тем более там рядом будут Дира, бабуля. А мне теперь после этого яда восстанавливаться несколько лет. Их зелье, которое мне Дира принесла в лекарское, помогло только не умереть. У меня даже сила шалит. Но на два проклятия должно хватить.

Прости, дневничёк, но это последняя запись. Я больше не хочу тебя продолжать и возвращаться мыслями к этим дням. Заведу новый, куда буду выписывать только хорошее. Прощай.

За окном уже рассвело, Зала заворочалась. А я всё продолжала смотреть на последнюю страницу дневника. Мне не верилось, что мою любимую бабулю могли так сломать. Отравить! Поверить не могу, насколько они верили в свою безнаказанность!

Но в те годы король был не самый лучший, это я помню. Вся страна выдохнула, когда к власти пришёл наш нынешний. Он действительно думает о народе и пытается улучшить жизнь своих подданных. В отличие от прошлого. Того волновали только аристократы и богатые, влиятельные люди — настолько он боялся переворота. Вот те и расслабились.

Но ещё больше меня зацепило имя. Я видела уже в дневнике имя её обидчика, но первый раз бабуля его написала с именем рода. Достаточно влиятельного рода по тем временам, и сдувшегося сейчас. Редкое имя, которое носит всего три человека: действующий герцог, его малолетний сын и его пожилой отец. Который работает в нашей академии.

Я завернулась в одеяло, поёжилась. Эту фамилию я встретила в учебнике, когда писала доклад по истории. Ещё тогда удивилась совпадению с нашим преподавателем истории. Не сильно удивилась, выяснив, что он и есть их потомок. Но то, что он тот самый Карден, который пытался отравить бабулю… Мне не верилось. Разве он не должен быть злодеем? А от однокурсников я не слышала о нём ничего плохого! И не видела!

— Ты чего проснулась? — услышала я хриплый спросонья голос Залы.

— Я ещё не спала, — хмуро ответила, покосившись на соседку. Я не знала, насколько я могу ей доверить то, что узнала. Но мне нужны союзники. Одна я буду вечность искать способы снять это проклятие. Но сначала…

Сначала я схожу к магистру. Мне нужны ответы.

Отправиться к нему решила сразу после завтрака. Дира виновато на меня косилась, но ничего не говорила и в мысли не лезла. И я была ей очень благодарна. В душе царил полный раздрай. Мне хотелось сначала самой всё уложить по полочкам, и только потом разговаривать с пташкой.

До комнат преподавателей я добралась быстро. На завтраке его видела, разбудить не боялась. Да даже если бы и не видела, меня бы это не остановило. Его же не останавливало подкинуть сильнейший разрушающий яд невинному человеку?

Стоило мне занести руку над дверью, та открылась. Жизнерадостная улыбка пропала с лица, лоб прорезали глубокие складки, он даже будто сгорбился.

— Узнала обо всём? — хрипло спросил он, отступив в сторону и пригласив войти.

— Да.

Я переступила порог, окинула комнату быстрым взглядом. Ничего не говорило о том, что некогда он настолько купался в роскоши, что мог позволить себе отравить человека с ощущением полной безнаказанности.

— Я ждал, что ты придёшь, — магистр кивнул мне на единственный в комнате стул, сам отошёл к окну, бездумно глядя на кружащиеся в воздухе разноцветные листья. — Твоя бабушка сказала ждать.

— В смысле бабушка? — Из головы вылетели все вопросы и претензии, которые я хотела обрушить на его голову.

— Я приходил к ней. Пятьдесят два года назад.

— Зачем?

— Извиняться, — пожал он плечами. — Я не буду сейчас перед тобой оправдываться за свои действия во время учёбы. Всё, что хотел, я уже сказал ей.

— Она вас простила?

— Да. Даже проклятие сняла, — он невесело усмехнулся. — Но с академии не смогла.

— Почему?

— Ты читала устав академии? — ответил он вопросом.

Со скрипом я вспомнила, что мне его выдали у ректора, и я сразу его закинула подальше. Открывала ли я его? Разумеется, нет!

— Не читала, — усмехнулся он, всё поняв по моему сконфуженному виду. Я ждала лекций, но их не поступило. Вместо этого он продолжил: — Когда ученик исключается по причине нанесения тяжёлого вреда другому ученику, он больше не сможет переступить территорию академии. Это правило действует со времён постройки нашей академии. Исключений по такому нарушению было мало: всего девять за всё время. Твоя бабушка наложила на мой род сильное проклятие. Каждый член рода умирал мучительно, только меня не трогало. Она хотела, чтобы я смотрел и страдал.

— Не могу её за это винить, — резко ответила я, на миг забыв, что он мой преподаватель.

— Я тоже. Но исключили её в этот же день, свидетелей было много: она решила сделать это в столовой. Только позже стало известно, что этого она и добивалась, когда начало просыпаться её проклятие. Её бабушки на тот момент уже не было, ты тоже ещё не родилась. Пришлось мне и ещё нескольким преподавателям сюда переводиться, чтобы иметь возможность защищать невиновных учеников. Академия быстро потеряла статус, инвесторов уже не было, король тоже от нас отмахнулся.