Даша на секунду задумалась. Ответ казался очевидным, но в этом мире всё было слишком буквально.

— Это... — Даша хитро прищурилась. — Это ТЫ и твои собратья! Обычный носок!

Мудрый Носок замер. Его гигантское тело мелко затряслось.

— Верно... — печально вздохнул он. — Слишком просто. Люди вечно разгадывают эту тайну, но так и не научились не терять нас. Однако, чтобы получить Ключ Блокировки, одной отгадки мало. Я слишком долго одинок. Ты должна исполнить для меня танец бережной ручной стирки!

— Что?! — в один голос воскликнули Даша и Асмодей.

— Эй, полегче на поворотах, тряпка перерослая! — Асмодей зарычал, и его глаза вспыхнули яростным неоном. — Никаких танцев!

— Иначе вы не получите ключ, и твой демон навсегда останется стиральной машиной в чужой ванной, — безучастно прогудел Носок.

Даша посмотрела на Асмодея. На его спине все еще светились цифры 15:00. Она не могла рисковать.

— Хорошо, я станцую!

Даша вышла на середину поляны. Халат, превратившийся под воздействием водопада в легкую, почти прозрачную тунику, мягко облегал её тело. Она вспомнила, как мама учила её в детстве стирать деликатные вещи вручную.

Девушка подняла руки и начала плавно, грациозно двигаться. Её движения были мягкими, волнообразными, имитирующими полоскание тонкого шелка. Она кружилась на махровой траве, взбивая босыми ногами легкую пену. Это был невероятно чувственный, завораживающий танец.

Асмодей смотрел на неё, не отрывая взгляда. Его дыхание стало тяжелым, а кулаки сжались. Он ревновал её даже к этому гигантскому куску шерсти!

Мудрый Носок завороженно наблюдал за Дашей. Из его пуговицы-глаза выкатилась гигантская мыльная слеза.

— О... Это прекрасно. Столько нежности к текстилю... Я тронут.

Носок раскрыл свою складку наверху. Оттуда, сияя золотым светом, вылетела большая английская булавка. Она плавно опустилась прямо в руки Даше.

— Вот Ключ Блокировки. Он снимет оковы с твоего мужчины, — проскрипел Носок. — Но помни моё предупреждение, смертная: ты сможешь вернуть ему человеческий вид в реальном мире, только если отдашь Измерению Чистоты то, что юридически связывает тебя с миром смертных! Свой паспорт со штампом о прописке!

— Что?! — Даша застыла с золотой булавкой в руках.

И в этот момент земля под их ногами задрожала. С неба хлынул настоящий ливень из черного машинного масла. Таймер на спине Асмодея снова пискнул и побежал с удвоенной скоростью: 14:59... 14:58...

— Вельзевульша! — прорычал Асмодей, закрывая Дашу от ядовитых капель. — Даша, используй ключ! Быстрее!

Глава 9. Жертвы ради стирального мачо

Масло шипело, соприкасаясь с чистой пеной берега, оставляя после себя радужные, зловонные разводы. Даша крепче сжала золотую булавку. Металл обжигал ладонь благородным холодом, контрастируя с липким жаром, который исходил от падающих с неба капель.

— Быстрее, Даша! — голос Асмодея сорвался на металлический хрип. Его неоновые татуировки начали пульсировать тревожным алым цветом. — Если масло забьет мои фильтры в этом измерении, я не просто останусь машиной — я стану грудой ржавого лома!

Даша не раздумывала. Она подбежала к Асмодею со спины, где под лопатками бешено сокращались секунды:14:45... 14:44... Ядовитая капля масла упала ей на плечо, прожгла ткань туники и укусила кожу, но девушка даже не поморщилась. Она замахнулась золотой булавкой, как кинжалом, и вонзила её точно в центр мерцающего табло.

Раздался звук, похожий на звон разбитого хрусталя. Ослепительно белая волна ударила из точки соприкосновения, на мгновение разогнав масляные тучи. Цифры на спине демона замерли, подернулись рябью и начали плавиться, превращаясь в причудливую вязь древних рун. Тяжелый гул внутреннего двигателя Асмодея сменился ровным, мощным биением сердца.

Демон выпрямился, его плечи раздались в ширину, а в глазах вместо программного кода вспыхнуло живое, первобытное пламя. Он перехватил Дашу за талию, притягивая к себе, и над ними мгновенно возник невидимый барьер, о который бессильно бились капли черного дождя.

— Ключ сработал, — прорычал Асмодей, глядя в небо, где в разрывах масляных туч проглядывал чей-то гигантский, накрашенный фиолетовыми тенями глаз. — Но Носок прав. Мы в ловушке между мирами. Чтобы выйти в реальность, нужен портал, а топливом для него послужит твоя связь с миром людей.

Мудрый Носок, чья шерсть уже начала покрываться грязными пятнами, печально качнулся: — Твой паспорт, дитя... Бюрократическая магия — самая сильная магия в мире смертных. Без прописки ты станешь тенью, кочевником между измерениями. Ты готова стать «лицом без гражданства» ради этого стирального мачо?

Даша посмотрела на Асмодея. Он был прекрасен — опасный, мощный, пахнущий озоном и грозой. А дома её ждала недостиранная гора белья, съемная квартира в Бирюлёво и вечные счета за воду.

— У меня там всё равно была плохая фотография, — выдохнула она, доставая из потайного кармашка халата (который чудом уцелел) заветную красную книжицу.

Как только Даша протянула паспорт Мудрому Носку, тот разверз свою гигантскую пасть. Паспорт исчез в недрах шерстяного чудовища, и в ту же секунду Носок начал стремительно вращаться, превращаясь в огромный махровый смерч.

— Прыгайте в дырку на пятке! — пробасил он напоследок. — Это кратчайший путь в вашу ванную!

Асмодей подхватил Дашу на руки. — Держись крепче, — шепнул он ей на ухо. — И надейся, что Вельзевульша не успела выключить воду.

Они прыгнули. Мир вокруг схлопнулся в серую шерстяную точку. Последним, что услышала Даша перед тем, как потерять сознание от перегрузки, был яростный крик Вельзевульши:

— Мы еще встретимся! Не думайте, что удрали от меня!

Холодный кафель обжег щеку Даши. Она резко вдохнула, и вместо аромата эфирных масел Измерения Чистоты в легкие ворвался знакомый, до боли родной запах сырости и старого доброго порошка «Миф».

Над головой тускло мигала лампочка. Смеситель привычно подкапывал:кап... кап... кап...

— Мы дома? — прошептала Даша, боясь открывать глаза.

— Смотря что считать домом, — раздался рядом густой, бархатистый голос, от которого по коже пробежали мурашки, явно не связанные с холодом.

Даша рывком села. Асмодей сидел на краю чугунной ванны. Он больше не был белым кубом с барабаном вместо живота. Перед ней был мужчина — высокий, широкоплечий, с волосами цвета воронова крыла и теми же пронзительными неоновыми глазами. На нем не было ничего, кроме... Даша густо покраснела... кроме пары огромных серых шерстяных носков, которые подозрительно напоминают уменьшенную копию Мудрого Носка.

Даша огляделась. Ванная комната выглядела так, будто по ней прошелся торнадо. Стиральной машины больше не было. На её месте сиял девственно чистый прямоугольник на полу.

— Ты... ты человек! — Даша не удержалась и ткнула его пальцем в плечо. Кожа была теплой и твердой, как гранит. — Совсем человек?

Асмодей усмехнулся, и в этой усмешке всё ещё проскальзывало что-то демоническое. — Почти, мой симпатичная смертная. Только вот, часть проклятия все еще осталась, и не все демонические силы вернулись ко мне Но я чувствую... — он приложил руку к груди, — я чувствую, что проголодался. И это не жажда электричества.

После этих слов, Асмодей вжал Дашу в стену из белого кафеля и впился в ее губы голодным требовательным поцелуем. Девушка обмякла от его напора, и схватилась руками за его мощные плечи, чтобы не упасть от избытка нахлынувших чувств.

Из головы Даши моментально улетучились все мысли о насущном: на что она будет жить, чем платить коммуналку, и что ее точно скоро выселят из этой берлоги.

Имело значение только здесь и сейчас. Внезапно возникшая страсть к демону, который еще недавно был ее стиральной машиной, уносила Дашу в мир грез и фантазий. Чем дольше длился их поцелуй, тем больше она сгорала в этой страсти, и в ванной стало так жарко и нечем дышать, что у нее кружилась голова от недостатка кислорода.