– Ну они братья. Ты не знала? Матери разные, отец много ходил налево, почти сразу после свадьбы, но мужики смогли договориться, и Богдан даже взял на работу Рената под свое крыло. Кстати, поговаривают, что Ренат скоро откроет свой филиал, дочернее предприятие и уйдет от нас. Интересно, кого посадят на его место. Хоть бы красивого, молодого и холостого, – мечтательно и тихо говорит Маша.

Вот кто главный сплетник офиса, но я стараюсь не вникать в скорые перемены и не думать об этом.

Обычно новые начальники сокращают ненужный и невыгодный штат и на их место сажают проверенных временем и по знакомству. Не буду пугать девушку, может ей повезет, и ее мечта осуществится.

- А еще говорят, что строительство, это лишь ширма для отмывания денег. Ну там для конкурентов и налоговой красивая сказка, что он просто бизнесмен, и достаточно удачливый бизнесмен. Кстати, Богдан Станиславович тоже холост, но у меня от одного его взгляда мурашки по коже, хотя он конечно хорош собой, но не дай Бог остаться с ним наедине, - продолжает рассказывать сплетни и сказки Машка.

- А чем тебе не угодил Ренат? Вроде двадцать четыре - это далеко не старость? И почему с Боссом старшим никто не хочет оставаться наедине? - отвлекаюсь на разговор, и на время забываю о волнении и совещании в целом.

- Ну он слишком молодой. Мне двадцать восемь, - еле слышно шепчет девушка, зажимая рот руками. Мы обе немного смеемся над жестом. Она всегда говорит, что мужчина не должен быть младше, поэтому и не рассматривает Рената Станиславовича как объект своего вожделения.

- Он больше тебе подойдет.

Я даже и не думала, но ответить и не успела, лишь бросила вопросительный взгляд, по которому она и так все поняла. Я вообще не собираюсь заводить отношения. Голова пухнет от проблем, поэтому не до любовных дел.- А по поводу Богдана Станиславовича, ты его глаза видела бешенные? Он и не вызывает к себе просто так, для каждого дела есть отдел. - Спокойно говорит Маша. Да не такой уж он и страшный и глаза вроде не злые. И вообще, сплетни собирать гиблое дело.

Только собираюсь открыть рот, для произнесения последних мыслей, как в офис заходит толпа мужчин, по речи сразу понимаю, что это французы.

Совещание проходит более-менее сносно и даже немного навеселе. Французы оказались с чувством юмора и пускали невинные шуточки, разряжая обстановку. Мне приходилось все переводить. Немного краснея от одной пошлой шутки, я все же повторила и бросила взгляд на опасного босса Богдана Станиславовича, который все это время сидел во главе стола, и весь час я всегда ловила его взгляд на себе. Он оценивал меня, не стесняясь и не вникая в суть разговора.

Мне даже казалось, что его интересую только я, судя по его похотливому взгляду на мою блузку, которая была застегнута до горла, но мне хотелось еще раз осмотреть себя и проверить все пуговицы, иначе я не могу объяснить столь явного интереса к своей фигуре. Я сквозь силы пыталась не обращать внимания, чтобы не выглядеть глупо в данной ситуации.

И когда совещание наконец закончилось, я, вежливо попрощавшись со всеми гостями, пулей вылетела с переговорного зала. Еле-еле быстрыми шагами дойдя до своего стола, я просто рухнула в него, словно мешок картошки. Сердце колотилось как умалишенное, я конечно же всю себя пересмотрела. Блузка персикового цвета, без пятен, пуговицы на месте, волосы собраны в пучок.

Вроде бы все на месте, вид опрятный.

- Ну как тебе новый босс? - Машка взялась из неоткуда, заставив меня врасплох. Вздохнула и спокойно ответила:

- Да не знаю я. Не поняла. Сидел и молчал всю дорогу. Ну в одном ты права, не хотела бы я оказаться с ним наедине, - зачем-то ляпнула и сразу же прикусила губу. Не стоит сплетничать за спиной про начальство. Не такая уж и подружка мне эта Маша, вдруг доложит, мне неприятности ни к чему. Она видать прочитала в моих глазах эту мысль, и так же удалилась, как и появилась минутой ранее.

Я глубоко вздохнула и взялась за пылающие щеки.

Что вообще это было и что нужно этому Богдану Станиславовичу, из-за которого я даже заикаться начала в один момент, не справившись с волнением и его явным интересом ко мне?

Глава 2

Богдан

Я заприметил ее сразу, как только переступил порог отдела. Сложно не разглядеть такое миловидное и отличающееся личико, среди тонны косметики и силикона, и пройти мимо. Она смотрела в упор, заставив меня остановиться. Во взгляде был интерес ко мне, любопытство. Впрочем, как и у всех молодых женщин, гоняющихся за деньгами в поисках легких денег. Трахаться за внушительную сумму куда более приятнее, чем работать, даже без любви!

Все они шалавы одинаковые и внутри, и снаружи, вот только обычно я не смотрю на них, а на этой завис.

Наше молчаливое общение на невербальном уровне длилось несколько секунд, после чего она опустила глаза вниз (Боже, какая невинность!), а я зашел в кабинет к брату.

– Где французы? – Ренат явно нервничает от предстоящей сделки. Чувствует провал. Я решил дать ему шанс и найти партнеров для будущего развлекательного комплекса, а после разнес проект в пух и прах. Но он стоял до конца защищая свою работу, поэтому проекту быть. Ренат должен чувствовать ответственность, а я переживу пару миллионов в убыток.

– Скоро будут, – скрещивая пальцы, отвечает.

– Буду в переговорной. Надеюсь, там все готово? – поворачиваюсь на сто восемьдесят и не дожидаясь ответа иду в соседний кабинет.

Мы с Ренатом, как кошка с мышкой. Сначала я его ненавидел, узнав об измене отца и страданиях матери. Еще и ребенок. Двойной удар по ее здоровью. Никакие страдания еще не приносили счастья в конце.

Ненавидел - это даже мягко сказано. Он был как черное пятно в моей жизни, которое не стереть и не забыть.

Вторая семья отца оставила неизгладимый след на формирование меня, как личности. Я стал жестким, я перестал ценить людей, сразу научился их использовать. Мне было пятнадцать, когда я случайно услышал разговор предка, мальчик был болен и его шалава набралась смелости и позвонила, в момент, когда он был дома, после этого мое детство закончилось. Матери я соответственно ничего не сказал, но играть в счастливую семью не желал. Стал ежиком, если говорить ее словами, замкнулся в своих проблемах, стал убегать из дома, курить. Связался с плохой компанией и кожей почувствовал всю прелесть уличной жизни. Колоться не начал только благодаря маме, жалко было ее слез, не хотел добавлять новых.

После смерти отца сразу прибрал к рукам фирму и сел в его кресло. Точнее я сжег его, а себе купил новое. Уволил без сожаления почти всех его приближенных, оставив обычных работящих сотрудников и создал новую империю.

Испытывал ли я жалость к отцу? Нет! Даже на похоронах молча стоял и смотрел, как его засыпают землей.

С Ренатом мы начали общение примерно года два назад. Он сам пришел, постучав в дверь моего кабинета. Сначала я хотел его убить за столь дерзкий поступок, но потом решил дать парню шанс и начал постепенно знакомиться с братом. Даже устроил его к себе, поняв, что тот ни на что не претендует. Да даже если и осмелится, шансов у него ноль.

Захожу в переговорную и начинаю изучать документы, аккуратно лежащие на моем столе. Может дать этим французам шанс? Ренат же тоже не идиот, зная о провале, так настойчиво цепляться за них. Хотя, он оптимист, который верит всем и вся!

Мои мысли прерывает шум и непонятная речь. Этот пункт тоже был одним из, почему я так против. Французский не довелось изучать, а я ох как не люблю, когда говорят непонятно что, глядя прямо в глаза.

– Где Тамара Викторовна? – смотрю на соседний свободный стул, потом перевожу взгляд на Рената. Мой переводчик должен быть под рукой. Чужим не доверяю.

– Она на больничном. Вместо нее сегодня переводить будет Камила Сергеевна.

В этот момент стул занимает та самая девушка, одаряя меня робкой, вежливой улыбкой. Запах вокруг меня приобретает цветочный аромат.