— Как тебе вообще детей родители доверяют? — гогочет Лерка. — Расскажи-ка нам давай, как у тебя ночь сегодняшняя с горячим итальянским парнем прошла, а то мы тут измучились все уже в неведении...
— Ну, как? Как и положено крепкой семейной паре, — ржёт, — в пижамах и под разными одеялами. Оставил меня спать поутру, сам на работу ушёл.
— Ничего себе, как далеко вы продвинулись за столь короткое время! — восхищается в шутку Лерка, — Да у тебя талант дорогая...
— Ещё какой... — довольно ухмыляется наша мелкая, вытаскивая из-за спины ключи от квартиры и карту города Рима. — Может, Папу почтим своим визитом, коль мы здесь застряли?
Я выдёргиваю из её рук карту, на которой уже отмечены все основные достопримечательности Вечного города, гостеприимным хозяином и начинаю строить планы...
— Да не хочу я по такой жаре по городу шляться, — разрушает наши мирные планы Лерка, — нет там никого интересного, я уже посмотрела. И вообще, я не просвещаться сюда прилетела, а развлекаться. Не забывайте, что у меня травма... сердечная. Тонь, что здесь моря что ли поблизости нет? Позвони кому-нибудь, пусть нас на море отвезут...
Глава 11
Глава 11
Глава 11
— Нельзя тебе на море, у тебя месячные... — наезжаю я на неё из вредности.
— Ну и что, у тебя же тампоны есть... — не моргнув глазом отвечает мне Лерка. — Я куплю потом, отдам тебе, если что...
И пока я хлопаю глазами, лишившись дара речи от её наглости, они с Милкой, начинают увлечённо изучать ближайшие к Риму пляжи, совершенно не обращая внимания на мою недовольную физиономию. Вот как так, а?
— Что думаешь, по поводу Анцио? — наконец, вспоминают они обо мне. — Пишут, что лучший пляж близ Рима. И недалеко опять же, всего в шестидесяти километрах. На поезде около часа...
— Правда? — развожу я руки по сторонам, нарочито удивлённо вытаращив глаза. — Можете прокатиться на поезде, если вам так хочется. Я воздержусь, — не скрываю я своего недовольства.
— Тонь, ну ты чего? — невинно хлопает Лерка глазками. — Я же не только о себе думаю. Вот у тебя сколько уже нормального мужика не было? Ты где его искать собралась, на аудиенции у Папы что ли? Или ты втихаря от нас решила состариться на работе в одиночестве? Так мы тебе не дадим, так и знай...
Хотела было поначалу ей возразить: что не собираюсь я мужика никакого тут себе искать, но в конце её пламенной речи не выдерживаю, и начинаю тупо ржать.
Ладно, фиг с вами. Пляж так пляж.
— Ну, если мы все тут согласные, — подключается к дискуссии Милка, — тогда, может, за завтраком подробности и обсудим? Там Винченцо с утречка за свежими круассанами для нас сгонял...
Мы с Леркой на этом месте переглянулись, поморгали и благоразумно промолчали. Дружно встали и пошли на кухню.
— Тут вообще есть-то можно? — спрашивает Лерка, внимательно осмотрев кухню.
Если бы не круассаны на столе, да кофеварка на рабочей поверхности, можно было бы принять эту стерильную комнату за медицинскую лабораторию, например. Раковина из нержавеющей стали и смеситель с гибким изливом без единого развода. И я сильно сомневаюсь, что этой кухней Винченцо пользуется по назначению. Или, и правда, драит двушку свою всё свободное от работы время.
— Ну, других нет, значит, можно... — делает вывод Милка, и по-хозяйски начинает накрывать на стол.
Лерка, не задумываясь, принимается тестировать кофемашину дедовским методом тыка.
Я в дела хозяйские не вмешиваюсь. Листаю контакты в своём телефоне. Пилить на пляж на поезде, совсем не хочется, тут Лерка права.
Между делом, заталкиваю в рот круассан почти полностью, закатываю от удовольствия глаза. Кажется, никогда в жизни ещё такой вкуснотищи не пробовала.
В Италии этот рогалик называют — корнетто и считают эту волшебную выпечку неотъемлемой частью своей культуры, как и французы, впрочем. И те и другие предпочитают не вспоминать, что впервые рогалики в форме полумесяца появились в Вене. Эти рогалики венские пекари начали печь в честь окончания осады города войсками Османской империи.
Во Францию же эту выпечку привезла австрийская принцесса Мария Антуанетта в конце восемнадцатого столетия, и здесь уже, этот волшебный рогалик, начали называть — круассан, значительно усовершенствовав рецепт венских пекарей. И Французы могли бы вполне одержать эту победу над Италией, в своём вечном с ними противостоянии, если бы не одно «но». Север Италии в те времена был частью Австро-Венгрии. Так что итальянский корнетто приходится дедушкой французскому круассану. Кстати, в итальянском корнетто, в отличие от французского круассана, присутствуют яйца и больше сливочного масла. И, как мне кажется, они вкуснее французских. Но это на мой вкус, а о вкусах, как известно, не спорят.
— Лер, — обращаюсь к ней, как главному эксперту, поглотив очередной корнетто. Ещё несколько дней таких завтраков и ни в один свой купальник я не влезу, но об этом я, так и быть, подумаю позже. — Есть два кандидата: один обещает освободиться через пару часов, и отвезти нас куда наша душенька пожелает...
— Покаж... — лезет она носом в сахарной пудре в мой телефон. — Пейзажи на аватарку ставят или токсичные пидорасы или старпёры, — выносит она своё экспертное мнение. — Второй?
Я внимательно всматриваюсь в лазурного цвета волны на аве, которые мне безумно понравились, и, с сожалением, смахиваю контакт. Токсиков в моей жизни было предостаточно, больше не хочу.
Милка в нашем отборе кандидатов, участия не принимает. Сидит с кем-то чатится в телефоне.
— Пойдёт, — одобряет Лерка следующего кандидата, — красавчик...
Аватарка красавчика показалась мне отдалённо знакомой, но заострять внимание на этом я не стала. Мало ли похожих людей по свету бродит? Голос его вроде ничего так, довольно приятный. Разговаривала с ним несколько раз по телефону. В отделе логистики он у нас работает. Не летящий айтишник, опять же, от которых у меня уже глаз дёргается.
Исключительно из любопытства нахожу контакт виновника наших приключений: просто «EF». Ну Энцо Феррари, не иначе.
— А если просто инициалы? — любопытствую у Лерки.
— Да кем угодно может быть, по манере общения нужно смотреть. Часто среди таких встречаются умные и богатые, просто не вовлечённые в интернет-комьюнити, но может быть и полным придурком, извращенцем каким-нибудь...
Блин, лучше бы не спрашивала. Богатые и умные мне отродясь не доставались, а с манерой общения у него ну о-очень большой вопрос. Так что...
— Мил, твой ненаглядный когда обещал вернуться? — переключаюсь на подругу, чтобы не думать про умных, богатых и красивых.
— Сказал, что вернётся поздно, стоматолог у него ещё сегодня после работы…— докладывает она нам занудным тоном учительницы.
Лерка, поперхнувшись, закашлялась.
— Милка, блядь, — выдавливает она из себя сдавленно едва прокашлявшись, — предупреждать надо...
— Я не блядь, — смотрит Милка на Лерку взглядом строгой учительницы из под очков, — мы ещё даже не целовались...
— Тем не менее ключи от своей квартиры в Риме он тебе уже отдал, — хмыкает Лерка, постукивая пальцами по столу.
Я сижу, наблюдаю за их перепалкой, и улыбаюсь во весь рот. Всегда удивлялась, как наша Милочка умудряется сочетать в себе несочетаемое: прекрасную хозяюшку и добытчицу, и полную распиздяйку.
— Слушай Мил, — вдруг прищуривается Лерка, — а что ты там вчера всё-таки сказала этому красавчику Энцо, открой секрет, а? Я всю ночь сегодня не могла уснуть, всё никак понять не могла: ты это его так довела, или наша Тонечка ему так сильно понравилась, что он отпускать её не хотел?
Я вытаращила было глаза на неё из-за: «всю ночь не могла уснуть», прекрасно помня, как отбивалась от её ног полночи, но тут же про неё забываю, переключаюсь на Милку, которая вдруг встаёт со своего места и виновато так потупив взор, начинает говорить:
— That`s not the fuck is your business why I came here... — произносит она сладким голосом и с визгом срывается с места, прежде чем я успеваю подскочить со стула...
