И правда, говнюк...Даже встать мне не помог.

— Тонечка, не оставляй меня одну с этим чудовищем, — пищит Милка, вцепившись в меня со всей хваткой, — я же не говорю по-итальянски...

— Я с ней, — выпаливаю нагло, с горем пополам, поднявшись на ноги.

И вздрагиваю от его взгляда, который он задерживает на мне. Он смотрит на меня не меняя выражения...одну секунду, две, три...

«Псих ненормальный!» — вопит моё нутро и я начинаю переминаться с ноги на ногу, чувствуя себя дико неуютно от этого его взгляда. Интуитивно поправляю подол платья.

Что не так-то?

— Документы, — прерывает он своё молчание.

—Мои? — тычу пальцем себе в грудь.

—Твои…— протягивает он руку.

— Это ещё зачем?! — возмущаюсь. — Я же извинилась. Я не специально. Вы же видели... я шнурок завязывала... И вообще, я чуть шею себе не свернула, когда... — замолкаю вовремя, потирая рукой затылок.

Это нормально вообще, что у мужика такие железобетонные яйца?

Неосознанно бросаю взгляд на его пах и резко поднимаю голову, понимая, что щёки мои начинают заливаться краской...

Да чтоб его!

— Ты сама просила меня остановиться, разве нет? — наигранно удивляется он прикладывая руку к груди.

Он что дурак?

Показалось, что губы его чуть дрогнули в улыбке, а выражение лица немного смягчилось, но он тут же вернул своему красивому лицу неприступное выражение.

— Заходи, — приглашает он Милку кивком головы, бросив на меня безразличный взгляд.

— То-онь, он же меня сожрёт там одну…— пищит она.

Внутренний голос орёт: — нет! Но я зачем-то достаю свой паспорт и протягиваю ему, мысленно матеря его на чём свет стоит.

Он тут же открывает мой документ и начинает внимательно его рассматривать. Губы его растягиваются в холодной издевательской ухмылке, а мне хочется выматериться уже вслух. Желательно, по-итальянски.

На фото в паспорте я похожа на алкоголичку в запое. И паспорт свой никому из знакомых никогда не показываю.

«Ладно, — успокаиваю себя, — несколько минут позора и долгожданный отпуск».

И смело делаю шаг в сторону распахнутой двери. За мной Милка сланцами шаркает....

Окидываю взглядом комнату: серые стены, белый потолок, стол по центру, за которым скучает в телефоне мужчина в такой же форме что и наш сопровождающий. Вполне себе интересный, хоть и взросленький уже. При виде нас взгляд его оживает. Он с интересом начинает нас рассматривать, отложив телефон в сторону.

— Добрый вечер, — здороваюсь негромко и останавливаюсь.

Милка молча рядом стоит, переминаясь с ноги на ногу.

— Присядьте пока, — кивает он нам вполне приветливо, показывая пальцем на скамейку за нашими спинами.

Может, хоть этот нормальный?

Послушно присаживаемся. Ждём.

Кондёр в комнате фигачит так, что после духоты в зале прилёта и нервного перенапряжения, струйки пота на моей спине моментально остывают, неприятно холодя спину.

Красавчик небрежно кидает наши документы на стол. Смотрит на меня какое-то мгновение. Потом пододвигает к себе стул и садится. Выражение лица его приобретает вполне себе нормальный человеческий вид.

Красивый гад. Я даже успела на него засмотреться пока он не открыл рот и всё не испортил...

Глава 3

Глава 3

— Вон та, длинная, — начинает он, и тычет в меня пальцем. — Хам! — Откуда-то знает итальянский...

—Что? — не выдерживаю. — С каких это пор знать итальянский...

— Спокойно, — поднимает руку его начальник. — Разберёмся...

— Козёл! — цежу сквозь зубы...

—Говори..те по-итальянски, — делает мне замечание придурок-пограничник.

— Я забыла итальянский, — перехожу на английский, хлопая по-идиотски глазками. Так бесит он меня сейчас.

Нет, я вполне вменяемый человек и умею держать себя в руках. Да и опыт общения с итальянцами кое-какой у меня имеется. Но эта сволочь смазливая, просто вывела меня из себя.

— Как пожелаете, — переходит он на английский, прошивая меня убийственным взглядом.

— А с той, что не так? — кивает начальник на Милку, неожиданно вдруг притихшую.

— А та слишком хорошо говорит по-английски... — выдаёт красавчик, а на губах его блуждает тень лёгкой усмешки в этот момент.

Да охренеть просто! — я подскакиваю с места.

Он что, за идиоток нас принимает?

—Успокойся, — дёргает меня за платье Милка, ставшая вдруг примерной скромницей.

— Ну, с документами у них всё в порядке…— несколько неуверенно тянет начальник, рассматривая мою фотографию в паспорте.

Я сажусь.

Хрен с ним, пусть любуется на мою опухшую рожу, только бы выпустили. Надоел уже этот цирк. Да и встречают нас вообще-то — вспоминаю.

— Не думаю, что они путанами решили у нас подработать...

— Вы издеваетесь? — у меня чуть глаз не выпал от его заявления.

— Нет, —начальник спокоен, даже расслаблен. — У нас тут каждый день желающих на дорогах постоять немерено прилетает, а сейчас ещё и сезон начался...

— Да что вы себе позволяете?! — подскакиваю. — Я работаю в итальянской фирме...

Нет, Милка ещё куда ни шло. Вид у неё вполне соответствующий: шорты еле задницу прикрывающие, помятое личика, красные глазки, свалявшиеся волосы торчат в разные стороны, ещё и перегарищем несёт за версту. Хорошо, что здесь кондёр на полную мощь шарашит, а то давно бы уже полегли все от её паров огнедышащего дракона. Но она в отпуске месяц уже как прохлаждается, училка же. Это я в аэропорт прямиком из офиса ехала, даже переодеться не успела. Какая путана нафиг? Стою здесь перед ними в закрытом платье почти до пят.

— Вспомнила итальянский? — тоном нежного садиста интересуется красавчик, отчего замёрзшие было капельки пота, растаяли, и покатились по моей спине дружными ручейками.

Делаю глубокий вдох...

— Я на вас заявление накатаю за оскорбление чести и достоинства, — выпаливаю в сердцах.

Это я зря ему, наверное, сказала судя по его довольной ухмылке, но уже поздно.

Поворачиваюсь к начальнику и продолжаю, еле сдерживаясь, чтобы не сорваться на крик от возмущения:

— Нас встречает мой коллега, у меня письмо есть...официальное...

— Да? Давай…— протягивает руку красавчик.

Вот неймётся ему!

— Я не с Вами разговариваю, — специально делаю ударение на «Вы».

Он удивлённо вскидывает одну бровь.

Начальник его усмехается и протягивает руку:

— Давай...

А я вдруг вспоминаю, что письмо это у Лерки, которая шла первой...

—Э-э, — тяну я, — оно у подруги... она уже вышла...

— В смысле? — уточняет начальник.

— Нас трое... одна уже вышла, и ваш сотрудник, — показываю пальцем на красавчика, — он проверял её документы... и не обнаружил никаких нарушений, так что...

— Как его зовут? — перебивает начальник и берёт телефон.

— Кого? — теряюсь.

— Коллегу.

— А-а, — беру себя в руки, — Винченцо Франко

— Как?

— Винченцо Франко, — повторяю, чуть громче.

—Имя его назови...

—Винченцо...

—А фамилия?

—Франко...

—Франко?-- переспрашивает издевательски начальник, помахивая перед собой сложенными в горстку пальцами. — Франко — это имя...

Начинаю сомневаться.

Чёрт!

Неужели я что-то перепутала в суматохе?

—Что они к нам прицепились? — подаёт голос Милка, всё это время сидевшая на своём месте без признаков жизни. — Я тут в ледышку скоро превращусь. Не хватало ещё заболеть... — кхекает для убедительности, и начинает громко шуршать за моей спиной...

Позади что-то с грохотом падает на пол, а перед носом моим со свистом пролетает неопознанный летающий объект...

... И... приземляется прямо перед кроссовками красавчика...

«Упс!» — выдаёт Милка.

— Чёрт! — вскрикиваю, опознав презервативы.

Быстро приседаю, чтобы успеть спрятать компромат, прежде чем его кто-то увидит, но одновременно с моей рукой, коробочку накрывает мужской кроссовок сорок последнего размера. Хватаюсь пальцами за уголок коробочки — кроссовок, прижимает мои пальцы к полу...