— А как же чай? — поинтересовалась я.

Он неожиданно поддался ко мне: глаза сузились, мышцы напряглись, губы искривились. Мне оставалось только отшатнуться. Правда, места на лавочке для манёвра не хватило, а путь к отступлению загородил он.

— И что же побуждает вас ходить за чаем ночью?

Слово «чай» он произнёс с нажимом, словно имел в виду что-то другое. Он же не подозревает, что я бегаю к мужчине? Даже не знаю, плохо это или хорошо? Хотя если подумать, то хорошо. Подозревая, что я кого-то покрываю, и желая выяснить кто это, он придёт меня спасать.

Лицо Элиона оставалось каменным, но в глубине изумрудных глаз что-то мелькнуло. Быстро, как тень, но я это поймала. Он быстро сел ровно, но, прежде чем к нему вернулось полное самообладание, я заметила, как дёрнулась его щека, искривив краешек губ.

— Позвольте, я уточню: вы подозреваете, что кто-то из слуг причастен к покушению на вас?

— Да, — не стала отрицать я.

Раз я не могу сказать ему правду, то хоть приведу его в дом. Тогда он выяснит всё сам. Или же он ничего «не заметит». В этом случае, я буду знать, на чьей он стороне.

— Вы говорили об этом лорду Хауарду?

— Я не решилась.

— Ваш дядя — глава семьи. Его долг — защищать вас, — произнёс он.

Это прозвучало как заученная фраза, которой пытаются успокоить не в меру впечатлительную девицу.

Стоит признать, что всё пошло немного не по плану. Элион явно не из тех, кто безоговорочно сочувствует жертве. Скорее, слабость и нежелание озвучивать подробности, вызывают у него раздражение. Жертва мешает поймать преступника.

Самое время для неожиданного хода, чтобы подогреть его интерес.

— А ваш долг — находить преступников, — парировала я. — Так нашли вы тех, кто пытался меня убить? Или… может быть, вы уже близки к разгадке?

Я смотрела на него, пытаясь прочесть хоть что-то на его идеальном лице. Он слегка прищурился. Я поднялась, делая вид, что намереваюсь уйти.

— Будьте осторожны, леди Офелия. Доверяйте только тем, чья преданность не вызывает сомнений.

Это прозвучало как предупреждение.

— А вам можно доверять, лорд Элион? — поинтересовалась я.

— Я всегда на стороне правды, какой бы неудобной она ни была.

Какая интересная игра слов: правда — вещь двуликая, с какой стороны ни посмотри, у каждого она своя.

Он поднялся со скамьи и протянул мне руку:

— Позвольте проводить вас. Утренний воздух свеж, но для ослабленного здоровья вреден.

Я не стала спорить и руку приняла. На миг его пальцы сжались сильнее, чем было необходимо.

Когда ворота поместья показались впереди, он остановился. Он склонил голову в прощальном кивке и, развернувшись, ушёл.

Я не удержалась и посмотрела ему вслед, сжимая руки в кулаки.

Вернувшись в свою комнату, я обнаружила на столе новое платье: нежно-сиреневое, с серебряной вышивкой. Рядом лежал футляр. В нём была изящная серебряная подвеска в виде лука и стрелы, оперенье которого заканчивалось клиновым листом. Герб Лансеров, я не сомневалась, что это он. Рядом лежала записка от тётушки Гвинет: «Немедленно переоденься и подвеску не снимай».

Мне оставалось только вздохнуть. Сейчас придётся подчиниться. Всё для того, чтобы усыпить их бдительность. А дальше придётся бежать.

«Ладно, Офелия, — мысленно обратилась я к своей предшественнице. — Похоже, нам обеим не повезло, но я не собираюсь сдаваться так легко».

Мне нужен был план: не пассивное ожидание, а активное нападение. И чтобы всё увенчалось успехом, мне необходимы союзники. Для начала я выполню заказ. Только для того, чтобы всё прошло гладко, нужно, чтобы тётушка не следовала за мной по пятам. Придётся приложить усилия, чтобы убедить её, что я ни капельки не изменилась.

Весь день я была воплощением смирения. Тётушка выполнила наказ дяди и почти полностью переодела меня за один день. Я с ней спорила, даже когда она затягивала шнуровки корсета до потемнения в глазах. Я молча сносила её ядовитые комментарии о моей внешности и манерах. Я послушно разучивала с ней идиотские светские реверансы и фразы для бала. Я стала тихой, бледной, почти прозрачной.

Дядя Каэлен смотрел на меня с холодным удовлетворением, явно считая меня сломленной. Тётушка Гвинет видела в этом успех своего воспитания. Даже Лира перестала шарахаться от меня и начала смотреть с жалостью.

Только Киран, столкнувшись со мной в коридоре, нахмурился:

— Ты стала похожа сама на себя, — бросил он и прошёл мимо.

Я еле удержалась от хмыка ему в спину. Настоящая Офелия, судя по дневнику, была живой, мечтательной, способной на тайну и на бунт. Только об этом никто не знал. Она умела претворяться.

Вот это и вызывало тревогу, что именно её сломало?

Утомившись за день, я мечтала только о том, чтобы добраться до кровати, но предварительно снять этот удушающий корсет. Поэтому, едва переступив порог, я начала расстёгивать пуговицы на платье.

Тень я заметила слишком поздно и поняла, что не одна, только когда мои руки перехватили чужие.

Глава 14

Я попыталась вырваться, ударить схватившего меня, но внезапно оказалась прижатой к шкафу. Почувствовав, как ручка упёрлась в мою спину, замерла.

Его пальцы сжимали мои запястья, словно стальные наручники. Паника ударила в голову, и адреналин придал сил. Я дёрнулась, пытаясь вывернуться, толкнуть его, укусить, сделать что угодно, лишь бы вырваться.

— Леди Офелия, что заставляет вас бороться с таким отчаянием? — холодный голос прозвучал прямо над ухом, и я замерла, наконец осознав, кто передо мной.

Сердце бешено колотилось, дыхание срывалось. Я подняла на него глаза. Элион стоял так близко, что я различала каждую ресницу на его идеальном лице. Кроме того, было ещё кое-что. Голос может звучать, как угодно, даже глаза могут врать. Взять тех же актёров, они легко показывают химию с теми, кто совершенно не в их вкусе. Но вот физиология — другое дело. И, судя по всему, эльфу всё понравилось. Или такая реакция на меня, или же ему попросту нравится такое?

Скорее второе! Маньяк ушастый!

— Вы меня напугали! — выдохнула я, старательно добавляя в голос дрожи. — Не ожидала вас сегодня увидеть. Мне кажется, или мы слишком часто встречаемся?

Эльф смерил меня внимательным взглядом. Расстёгнутое платье медленно съезжало, обнажая всё больше кожи. Высвободив одну руку, я подхватила ворот. Насколько я поняла, нравы этого мира близки к средневековью, и обнажаться перед малознакомым мужчиной неприлично. Впрочем, немного можно. Не нравится мне ход его мыслей. Боюсь, как бы он не почувствовал моей двойственности. Видно, я плохо копирую настоящую Офелию.

— Правда? После нашей утренней беседы я счёл нужным проверить ваши слова.

Его пальцы скользнули к горловине моего платья, к застёжкам. Я отшатнулась, прижимаясь к шкафу. Надеюсь, получилось вполне натурально.

— Успокойтесь, — его голос внезапно потерял металл и стал низким. — Я не причиню вам вреда.

Судя по его интонации недосказанное слово: «Сегодня».

Он сделал шаг в сторону и отвернулся к стене. Вот только одна моя рука так и осталась в его «плену». Я несколько раз дёрнулась, пытаясь вернуть свою конечность. Пальцы эльфа только сильнее сжали моё запястье.

Ситуация стала абсурдной, предполагалось, что я или должна привести наряд в порядок, или сменить его. Однако как справиться с пуговицами одной рукой я не знала.

Хотя… Настоящая Офелия могла расстегнуть его до конца и в итоге остаться в нижнем платье из тонкого, просвечивающегося материала. Может, на это и был расчёт?

— Лорд Элион, я опасаюсь, что нас могут увидеть вместе. Отпустите меня и уходите.

Он медленно повернулся ко мне, я опустила глаза, скрывая своё раздражение. Надеюсь, сойдёт за смущение.

— Леди Офелия, кто придёт к вам ночью?

— Я никого не жду.

— Тогда как меня могут увидеть?